Телдин был благодарен аураку за его смертельную ярость, потому что казалось, что он может незаметно ускользнуть от людей Вандурма. Но как только он приблизился к краю кустарника, копье вонзилось ему в спину. Он почувствовал горячее дыхание лошади за своим плечом. — Вперед, погонщик мулов, а не назад, — приказал всадник, легонько подталкивая копье, чтобы пришпорить Телдина. С большой неохотой Телдин направился к Вандурму.

В центре дороги битва была окончена. Дракониды были разбиты, хотя и определенной ценой для людей Вандурма. Капитан и еще двое наемников слезли с лошадей и занялись своими спутниками. Двое наемников были явно мертвы: всадник был зарублен насмерть, когда упал, а второй убит Траммазом в последней атаке аурака. Еще один человек сидел на земле, схватившись за бок. Его лицо было бледно-голубым, а глаза остекленели. Кровь сочилась сквозь его пальцы, и он пробормотал что-то тихим стоном. Вандурм посмотрел на него, затем повернулся к одному из оставшихся в живых. — У нас нет целителей. Оторк — мертвец. Предложи ему меч или пусть сидит там, пока сам не умрет. Человек кивнул, затем опустился на колени и что-то прошептал на ухо умирающему наемнику.

Несколько других человек щеголяли ранами — кровавыми порезами и проколами, но казались достаточно здоровыми, чтобы ехать верхом. Все пятеро сказали, что они в порядке. У одного из них сильно кровоточила большая рана на ноге. Вандурм подошел и осмотрел рану. — Ты сможешь ехать верхом? — потребовал он ответа.

Солдат посмотрел на умирающего, на дороге Оторка. — Да, сэр, — процедил он сквозь зубы.

— Хорошо. Подсадите его на лошадь, — приказал Вандурм. — Мы скоро уезжаем. Вандурм повернулся к Телдину. — Итак, у тебя есть плащ, Тел, и очень интересный, я в этом уверен. Понимаешь, кому-то очень нужен этот плащ. Они предлагают хорошую цену за фермера со странным плащом, то есть просто за плащ. Я даже слышал об этом в Каламане. Вандурм взял край плаща и потер его между пальцами. — Интересно, почему он такой ценный? Наемник схватился за цепочки, которые удерживали плащ.

Телдин почувствовал покалывание в спине, затем раздался резкий треск и запах гари. — Аааа! — закричал Вандурм, отдергивая руку от цепочек. Наемник потряс рукой, пытаясь прогнать боль из своих нервов. — Он ударил меня искрой!

Заподозрив фермера в предательстве, солдаты сомкнули ряды за спиной своего капитана, и подняли мечи. Их лица были мрачными и враждебными. Острие копья снова вонзилось в спину Телдина, на этот раз до крови.

— Что случилось с нашей дружбой, Вандурм? — горячо потребовал Телдин. — Ты сказал, что я был для тебя как твой сын. А как же война? Действительно, Вандурм был его другом — но никак не этот человек, стоявший сейчас перед ним. Телдин в ярости сжал кулаки. В окружении людей с мечами он мало что мог сделать.

— Стальные деньги, вот в чем дело. Много денег, Тел, — коротко ответил капитан, все еще массируя онемевшую руку. — Но поскольку ты мой друг, сними плащ, и я оставлю тебя в живых.

Телдин напрягся. — Я не могу, — тщетно попытался он объяснить. — Это…

— Слишком плохо. Это очень плохо, — перебил фермера Вандурм. — Мне грустно, что ты так говоришь. Я думаю, что не смогу снять с тебя плащ — с живого. Он повернулся и пошел обратно к своим раненым, но на полпути остановился и оглянулся. — Убей его, а я возьму плащ, — приказал он всаднику, стоящему за спиной Телдина.

Телдин втянул в себя воздух, готовясь к удару.

Раздался громкий треск, за которым тут же последовал громкий крик. Копье рванулось вперед в финале удара, но внезапно упало со спины Телдина и с грохотом упало на землю. — «Должно быть, что-то сделал плащ, как и в предыдущем случае, ударив искрой», — с изумлением подумал Телдин. В то же самое время фермер увидел, как Вандурм и остальные удивленно обернулись, когда тяжелое тело наемника обрушилось на плечо Телдина, размазав кровь и сбив фермера с ног. Лошадь в панике встала на дыбы, фыркнула и поскакала прочь.

— Отойдите, или я выстрелю снова, — прогремел бас Гомджи. Вандурм и остальные застыли, не понимая, что произошло. Гифф стоял на краю дороги. В каждой руке он держал по пистолету, тщательно нацеленному на наемников. Из ствола одного из них валил дым. — Подойдите сюда, сэр, — сказал Гомджа.

Лежа на земле, Телдин потянулся, чтобы скатить упавшее тело со своих ног. Наемник рухнул на землю с зияющей раной на затылке. Вскарабкавшись на ноги, Телдин осторожно двинулся к Гомдже.

Вандурм сделал небольшое движение вперед. — Нет, сэр. Стойте на месте, — приказал ему Гомджа. Капитан остановился, глядя на ужасную рану лежащего на земле человека. Когда Телдин подошел, гифф, не отрывая взгляда от наемников, тихо спросил: — Что мне теперь делать, сэр? Может, мне пристрелить их главаря?

Телдин на мгновение поддался искушению, испытывая чистую ненависть к своему вероломному бывшему другу, но потом ему пришла в голову более лучшая идея. — Вандурм, — позвал он, — мой друг — волшебник Красных Одежд. Вы видели, что он уже сделал своей магией. А он использовал только свои палочки. Отойдите от своих лошадей.

Вандурм стоял неподвижно в свете фонаря, не зная, что делать. — Гомджа, ты можешь продемонстрировать им свое оружие? — прошептал Телдин.

— У меня остался один выстрел, сэр. Вы хотите, чтобы я убил еще одного? — предложил Гомджа. Вандурм и остальные переглянулись, пытаясь понять, что происходит.

— Нет, никого не убивай, — медленно ответил Телдин. — Просто демонстрация оружия.

— Есть, сэр. Только демонстрация. Тщательно прицелившись, гифф осторожно нажал на спусковой крючок второго пистолета. Раздался еще один громкий хлопок и запах горелого металла, когда из пистолета Гомджи вырвался столб пламени и дыма. Телдин подпрыгнул от неожиданности, хотя почти ожидал такого результата. На мгновение густой дым скрыл все вокруг. Один из людей Вандурма вскрикнул от боли, за ним последовала череда стонов.

— Будь ты проклят в Бездне Такхизис, фермер! — крикнул Вандурм. — Хватит, мы уходим! Когда дым от пороха рассеялся, Телдин увидел, что Вандурм и его люди направляются к обочине дороги. Одного из раненых теперь тащили капитан и еще один человек. Лицо упавшего солдата исказилось от боли, он схватился за окровавленное колено.

— И что же ты сделал? — спросил Телдин у Гомджи.

— Демонстрацию, сэр, как вы и просили. Я прострелил ему колено, — невинно ответил гифф.

— Отлично, — сплюнул Телдин, все еще пылая гневом. — Держи их под прицелом. Я собираюсь взять нам лошадей.

— Сэр, — сказал Гомджа уголком своего большого рта, — у меня кончились заряды.

Телдин сохранял бесстрастное выражение лица, услышав эту печальную новость. Заряды, предположил он, были силой волшебной палочки. — Слушай, только не говори им — блефуй!

— Есть, сэр.— Гомджа шагнул ближе к наемникам, свирепо глядя на них. Из глубины его груди вырвался животный рокот. Пока он был занят, Телдин поймал двух самых сильных на вид лошадей и криками и воплями разогнал остальных. Для себя он выбрал жеребца Вандурма, испытывая жажду мести. Вскочив в седло, он подвел другую лошадь к Гомдже.

— Передай мне пистолеты, и садитесь в седло,— приказал Телдин. Гомджа передал ему пистолеты, один за другим. Телдин старался держать их направленными прямо на Вандурма. — Колдун показал мне, как пользоваться его магией, — громко объявил Телдин, обращаясь к свирепым людям.

— Я никогда раньше не ездил на таком звере, сэр, — заметил Гомджа, глядя на лошадь.

Телдин собрался с духом и глубоко вздохнул. — Все в порядке, Гомджа. Она тоже никогда раньше не возила таких созданий, как ты. А теперь, поехали! — сквозь стиснутые зубы прошипел приказ фермер.

— Есть, сэр. После нескольких неуклюжих попыток Гомджа, наконец-то, устроился в седле. Телдин шлепнул лошадь гиффа по крупу, посылая ее вперед, в темноту.

— Не пытайся следовать за нами, Вандурм, или я забуду, что ты когда-то был моим другом, — яростно выкрикнул Телдин. Вонзив пятки в бока жеребца, Телдин поскакал в темноту вслед за Гомджей.

— Я найду тебя, черт бы тебя побрал, фермер! — выругался Вандурм, когда Телдин исчез в темноте. — И я заставлю тебя заплатить за это твоей болью!

Глава 10

Гомджа вцепился в седло, крепко обняв ногами бока коня, и его лошадь понеслась галопом сквозь темноту. Помимо того, что гифф был начинающим наездником, он просто не подходил для этой задачи. Его ноги с большими круглыми подушечками никак не могли влезть в стремена, а туловищу было неудобно в узком седле, рассчитанном на человеческий зад. Хуже всего было то, что конь с трудом тащился под тяжестью Гомджи, едва поддерживая резкую рысь.

Гомджа терпел это, казалось, несколько часов. Наконец, он крикнул Телдину, который ехал впереди: — Сэр, прошу приказа спешиться и идти пешком! Слова гиффа прерывались резкими шагами его кобылы, и каждый толчок заставлял обычно низкий голос Гомджи звучать все громче.

— Ну, я думаю, что мы достаточно далеко отъехали от Вандурма, чтобы замедлить темп, — заявил Телдин ради своего спутника. По правде говоря, Телдин понимал, что не будет чувствовать себя комфортно, пока не окажется в безопасности в стенах Палантаса. Рано или поздно Вандурм соберет своих лошадей и обязательно придет за плащом.

— Хорошо, если вы так думаете, сэр, — простонал Гомджа, слезая с лошади. Однако, помня о возможной погоне, Телдин поскакал вперед в хорошем темпе, заставляя Гомджу бежать рядом. И все же гифф казался счастливее, чем когда-либо во время верховой езды.

По мере того как они приближались к Палантасу, небо постепенно светлело, и снежные горные вершины светились насыщенным лазурным светом. По мере того, как солнце поднималось над гребнем хребта, его оттенки тускнели и превращались в красные и желтые.

Солнце уже час как поднялось над горами, когда Палантас, наконец, показался в поле их зрения. Почувствовав себя в безопасности, Телдин натянул поводья, чтобы полюбоваться видом города с вершины перевала. Телдин забыл, как – даже во время войны – Палантас был величественным и вдохновляющим зрелищем.

Расположенный в чашеобразной долине, прижавшись спиной к сверкающему сине-зеленому заливу Бранчала, город имел смутные очертания огромного колеса. Концентрические улицы расходились от центра, завершаясь массивным кольцом стен, пронизанных огромными воротами. Стена давным-давно доказала свою неэффективность в сдерживании бурного роста Палантаса, и город вырвался из своих границ, чтобы подняться на окружающие холмы и образовать лабиринт, названный Новым Городом.

Телдин показал на похожее, на собор здание, стоявшее на краю центральной площади в центре города. — Это дворец повелителя Палантаса, — сказал Телдин гиффу, указывая на одну из достопримечательностей. — Видишь те низкие здания, ближе к нам, вдоль дороги? Это библиотека, где должен находиться мудрец Астинус. Однако Гомджа проявил лишь незначительный интерес к архитектуре. — Эти стены построены гномами, — кратко объяснил Телдин. Он был слегка раздосадован тем, что гифф не обращает внимания на его описания. — Говорят, что эти стены — одни из самых древних в мире, построенные еще до Эпохи Могущества.

— Что это за темная башня, которая стоит сама по себе? — спросил Гомджа, указывая на угольно-черное строение неподалеку от дворца. Башня представляла собой одно главное здание с двумя стройными опорами, каждая из которых была увенчана кроваво-красным минаретом.

Телдин вздрогнул, взглянув туда, куда указывал Гомджа. Он бессознательно избегал этого сооружения. — Это называется Башня Высшего Колдовства. Разве ты не чувствуешь зла? Фермер поразился тому, как спокойно гифф смотрел на темное строение.

Гомджа пожал плечами, не смущаясь той осязаемой мерзостью, которую излучала башня. — Магия — это не для гиффа, — вот и все, что он мог предложить в качестве объяснения.

Телдин принял ответ и снова перевел взгляд на Палантас. Он с удивлением отметил новую особенность ландшафта. На дальней стороне, за городскими стенами, возвышалась огромная скала, увенчанная отдельным замком. Все это сооружение находилось в поле на краю Нового Города. Он вспомнил, что во время войны на этом пространстве был учебный полигон. Он показал гиффу на любопытное сооружение, но Гомджа лишь равнодушно кивнул.

— Он очень похож на Скалу Брал, — заметил гифф, небрежно сравнивая эту странную конструкцию с реликвией своего далекого дома. Он посмотрел на расходящиеся улицы города. — А как насчет постоялых дворов? Есть ли здесь что-нибудь такое, где подают еду? По-моему, я уже несколько дней ничего не ел, сэр. Пока он говорил, синекожий инопланетянин искренне смотрел на фермера.

Раздраженный, но довольный, Телдин кивнул головой. — Да, конечно, есть еда. Он потер усталые глаза. — Тогда в город, парни! — бодро произнес Телдин, сидя прямо и игриво, словно обращаясь к тысяче человек. — Во-первых, на конный рынок, чтобы продать этого прекрасного скакуна. Во-вторых, завтрак! Отдав приказ, Телдин повел свою воображаемую армию к городу Палантас.

*

К позднему утру кошелек Телдина зазвенел, а живот Гомджи снова приятно заурчал. Лошадь Вандурма принесла хорошую цену на ярмарке, хотя продаже в значительной степени помогли знания Телдина о лошадях и торговцы лошадьми из Палантаса. — «Годы, проведенные в войсках Уайтстоуна в качестве погонщика мулов, не прошли даром», — размышлял фермер. Продажа обеспечила достаточно стальных денег для них двоих, чтобы прожить несколько недель, хотя Телдин был вынужден понизить свою оценку к тому времени, когда Гомджа закончил завтрак. Преодолев свой страх перед странной фигурой в мантии, служанки снабжали солдата, казалось бы, бесконечным потоком фруктов и овощей. Телдин мог только утешаться тем, что гифф, по крайней мере, отвергал более дорогие жаркое и сосиски, которые ему предлагали.

Телдин нервничал, когда они с Гомджей шли по улицам Старого Города, направляясь к Великой Библиотеке Палантаса. — «Как же мне попасть к Астинусу?» — подумал он. — «Мы совсем не дворяне — мы даже не помылись!»