Через некоторое время носилки вышли на большую площадь, окруженную официальными зданиями. Дворец, чудо из белого мрамора, инкрустированного драгоценными камнями, слабо поблескивал голубым оттенком вдали. Он был окружен садами, а с одной стороны простирался обширный зеленый лес. Магия висела в воздухе, как туман.

— Я должен немного рассказать вам о королевской семье, — сказал Валлус, врываясь в мысли Телдина. — Эвермитом правит королева Амлаурил, которая возглавляет королевскую семью лунных эльфов.

— Кто такие лунные эльфы? — спросил Телдин.

— Они всего лишь один из нескольких эльфийских народов на Ториле, — начал Валлус. — Они необычны в других мирах, так что нет ничего необычного в том, что вы не сталкивались с ними раньше.

Валлус указал на бледную, черноволосую эльфийку, которая шла рядом с носилками, обмениваясь любезностями с Тривитом.

— Это лунный эльф, — сказал Валлус. — Легкий голубой оттенок кожи является обычным явлением, но в остальном они больше похожи на людей, чем другие эльфы.

Беседу эльфа прервал скрип ворот. Они достигли территории дворца, и несколько стражников присоединились к процессии, чтобы сопроводить их во дворец. Когда они приблизились к дворцовым садам, Телдин с интересом отметил, что лужайки были глубокого, ярко-синего цвета, как и высокие кусты, которые образовывали садовый лабиринт. Он покачал головой в безмолвном изумлении. Услышав о голубой листве, он не был готов к странности этого зрелища.

Телдин перевел взгляд на стены дворца. Он мгновенно отпрянул. Во дворце не было дверей; огромная стена выглядела так, словно была вырезана из цельного драгоценного камня.

— Как же нам попасть внутрь? — прямо спросил Телдин.

Валлус указал вверх. — Вход там.

Когда Телдин вытянул шею, чтобы посмотреть, носилки поплыли прямо вверх. Дверь была далеко над ними, но расстояние быстро сокращалось. Телдин бросил взгляд вниз. Драконы неуверенно там расхаживали, и он заметил, что стражники направляют их в сторону садов. Драконы выглядели довольными таким поворотом событий и отреагировали странным прыжком на четырех ногах. Телдин улыбнулся, радуясь, что может сосредоточиться на эльфийских мудрецах без бесконечных вопросов драконов и болтовни, отвлекающей от важных дел.

Валлус также заметил, что драконы ушли в сторону. — Это как раз к лучшему. Если бы Чирп и Тривит участвовали в этой конференции, они почувствовали бы себя обязанными проследить родословную королевской семьи за пределами Мифа Драннор, до ковки первого лунного клинка.

Телдин уловил нотку ироничного юмора и ответил довольной, хотя и смущенной улыбкой. — Боюсь, вы меня потеряли.

— Прошу прощения?

— Поверните налево на Миф Драннор, — услужливо подсказал Телдин.

Валлус выглядел удивленным, а затем откровенно рассмеялся. У Телдина от удивления отвисла челюсть. Почему-то он никогда не думал, что эльфийский волшебник обладает большим чувством юмора. Однако с момента их прибытия в Эвермит, Валлус, казалось, избавился от большей части отчужденной, отстраненной манеры, которую Телдин ассоциировал с ним.

— Если бы я мог, — сказал эльф со смешком. — Этот особый центр эльфийской культуры пал за много веков до моего рождения. Судя по всему, это было бы зрелище, на которое стоило бы посмотреть.

— Вы много знаете об эльфах Торила, — прокомментировал Телдин.

— Учиться — моя страсть, — жадно сказал эльфийский волшебник. Его бледно-зеленые глаза остановились на темном плаще Телдина, и невольная, почти незаметная дрожь пробежала по его стройному телу.

Телдин моргнул, пораженный внезапной силой эмоций эльфа. Он никогда раньше не умел «читать» выражения лица Валлуса, но не мог не заметить настороженности, с которой эльф рассматривал плащ. Телдин рефлекторно подтянул мрачную черную одежду и выглянул в окно.

Земля теперь была далеко внизу, и носилки достигли высоты на уровне с дверью странной формы. Створки внезапно исчезли, плавно скользнув в углубления в стене дворца. Они поплыли вперед, и Телдин отметил, что необычная форма носилок соответствовала двери так же точно, как ключ мог бы соответствовать ее замку. Носилки скользнули в холл, и пассажиры ступили на зеленый ковер, который вел вниз по извилистому склону в зал совета. Через арочный дверной проем Телдин мельком увидел помост в форме полумесяца, усеянный тронами.

У дверей эльфийская стража объявила их послами Имперского Флота. Валлус опередил Телдина, произнеся ритуальную фразу на эльфийском диалекте, который Телдин никогда не слышал, но, тем не менее, понял.

— Мы приветствуем вас, Валлус Лифбовер, как личность, а также как представителя Имперского Флота.

Официальные слова были произнесены чистым контральто, в котором звучала вся музыка и потенциал моря. Говорившая женщина была эльфийкой, такой красивой, какую Телдин когда-либо видел или представлял. Ее возраст было невозможно угадать, потому что ее гладкая белая кожа была безупречна, и тронута голубизной там, где лицо человеческой женщины порозовело бы. Упоминание Валлуса о синей коже напомнило, о пыльном, непривлекательном цвете лица аркана, но эльфийская женщина обладала красотой такой холодной и неуловимой, как лунный свет на пруду. Ее лицо было угловатым, нежным, и над ним доминировали большие миндалевидные глаза, такие же голубые, как у Телдина, хотя и с золотыми крапинками. Волосы эльфийской королевы были искусно уложены каскадом волн и локонов, и цвет был поразительно глубоким, ярко-синим, который выглядел так, будто он был соткан из прекрасных сапфиров.

Вокруг ее трона стояло тринадцать стульев. Один стул, как заметил Телдин, был демонстративно пуст. На  остальных сидели шесть принцев и шесть принцесс, все очень похожие на Амлаурил. У некоторых из них были ее чудесные голубые волосы, у других — черные. Все были одеты в придворные одежды бледно-зеленого весеннего цвета, у всех была залитая лунным светом кожа и золотисто-голубые глаза, и все смотрели на него с дружелюбным любопытством.

Валлус снова поклонился королеве, подняв при этом руки ладонями вверх. — Позвольте представить вам Телдина Мура, Обладателя Плаща, — сказал он, бросив на Телдина многозначительный взгляд.

Телдин шагнул вперед и сносно изобразил поклон Валлуса. — Спасибо, что приняли меня, королева Амлаурил.

Эльфийский монарх наклонилась вперед, сложив тонкие руки на своих шелковых коленях. — Для нас большая честь, Телдин Мур. Ваши поиски представляют величайший интерес для всех нас, но для меня вы принесли ответ, который я искала много веков. Королева сделала паузу и оглядела комнату, и легкая неуверенность смягчила ее царственное лицо. — Видите ли, я сама видела великий корабль «Спеллджаммер».

— Почему вы не говорили об этом раньше, моя королева? Требование было произнесено голосом, который потрескивал от возраста и удивления.

Телдин проследил за направлением голоса говорившего и впервые заметил еще одну группу эльфов, сидевших по одну сторону помоста в форме луны, все они были одеты в бледно-серые одежды. Он предположил, что это были эльфийские мудрецы, о которых говорил Валлус.

Задумчивое выражение промелькнуло на лице королевы Амлаурил, когда она ответила мудрецу. — Если бы я рассказала такую историю, когда это произошло, кто бы мне поверил? Около восьмисот лет назад путешествие в дикое пространство не было широко известно в Эвермите. Даже после того, как я услышала рассказы о великом корабле, я не могла быть уверена, что это было то, что я видела. Самые ранние воспоминания ребенка настолько похожи на сон, что сон и реальность практически неразличимы. В ее улыбке было большое очарование и насмешливый юмор. — Пока мы не получили ваше сообщение, Валлус Лифбовер, я не была уверена, что сама себе поверила.

— Что вы видели? — потребовал Телдин, делая шаг ближе. Краем глаза он заметил предупреждающий взгляд, брошенный на него Валлусом, и предположил, что он нарушил какой-то протокольный код. В своем стремлении узнать о «Спеллджаммере» от кого-то, кто видел его собственными глазами, он не особенно заботился об этом.

— Прежде чем мы начнем, может быть, вы присядете? — любезно сказала королева, указывая на стол, расположенный прямо перед троном. Телдин и Валлус заняли свои места, и Амлаурил начала свой рассказ.

— Земли предков моей семьи лежат на самом северном берегу острова, — начала она неторопливым эльфийским говором. — В детстве я много времени проводила на побережье, иногда гуляла по берегу, иногда плавала в защищенных бухтах со своими сестрами. Однажды ночью, когда была полная луна, я ускользнула одна, движимая каким-то детским порывом увидеть морских жителей. Видите ли, моя няня недавно рассказала мне истории о чудесных танцах, которые морской народ устраивал на поверхности воды в каждое полнолуние, и мне не терпелось увидеть это чудо.

— Вместо этого я увидела гигантский корабль в форме ската манты, который медленно летел по небу и почти закрывал луну. В то время, конечно, я не знала о других мирах и не думала, что корабли могут плавать среди звезд. Я помню, как смотрела с корабля сверху на море внизу. Видеть его отражение в спокойных водах бухты казалось полным переворотом всего, что я когда-либо знала или представляла. Я была напугана и очарована одновременно.

Мимолетная улыбка коснулась ее губ. — Конечно, я убежала, как испуганный суслик, обратно в безопасность своей собственной кровати. На рассвете я не была уверена, видела ли я корабль или он мне только приснился. Даже в более поздние годы я слышала так много противоречивых историй о «Спеллджаммере», что было невозможно понять, что я видела.

— А теперь, Телдин Мур, — заключила она, — пришло время для вашего рассказа. Позвольте мне сначала представить вашу аудиторию.

Одного за другим королева представила членов своего двора. Телдин склонял голову перед каждым принцем или принцессой по очереди, пытаясь запомнить незнакомые эльфийские имена.

Когда представление было завершено, королева попросила Телдина рассказать свою историю. Он кивнул и сделал, как ему было велено. Помня об эльфийском терпении и восторге эльфов от длинных и фантастических историй, он мало что упустил из того, что случилось с ним с того дня, как он впервые надел плащ. На протяжении всего его рассказа пристальное внимание эльфов не ослабевало. Говоря это, Телдин с удивлением отметил, что начинает понимать эльфийские реакции и эмоции. В общем и целом, они были более утонченными, чем у людей, и так же отличались, как медленные стилизованные танцы, которые он видел в мире Чимни, от шумной резвости танца урожая на его родной планете. Менее тяжелая походка, отметил он, довольный собственной аналогией.

Их лица выражали сдержанное возмущение, когда Телдин рассказал историю эльфийского адмирала Сираторна и о его попытке захватить плащ для своих собственных целей. Наконец, он описал битву с иллитидами и свое спасение Валлусом Лифбовером.

— Валлус предложил помочь мне в моих поисках, при  понимании, что как только мы найдем «Спеллджаммер», корабль присоединится к эльфийской стороне в войне.

— Война? Какая война? — спросил пожилой мудрец недовольным тоном, его лицо сморщилось от ужаса. Телдину показалось, что эльфа огорчает не столько перспектива войны, сколько то, что такое может произойти без его ведома.

Проницательный Валлус вмешался, чтобы успокоить эльфийского мудреца. — Война, о которой говорит Телдин Мур, — это дело других миров. Она бушует далеко от ваших берегов, Мастер Цет.

Эльфийская королева откинулась на спинку трона, выражение ее лица внезапно стало непроницаемым. Ее взгляд с золотыми крапинками остановился на Телдине. — Куда направлен ваш следующий поиск?

— Разбитая Сфера.

Его ответ, очевидно, удивил их, потому что более дюжины пар эльфийских бровей взметнулись вверх в идеально поставленном унисоне. Эльфийские мудрецы обменялись лукавыми взглядами. — Можем мы спросить, почему? — спросил пожилой Цет высокомерным тоном.

— Фал, гигантский космический мудрец, известный своей долгой жизнью и великой мудростью, сказал мне, что я могу найти ответы в Разбитой Сфере.

Его ответ вызвал у эльфов хор смеха. Этот звук заставил Телдина подумать о волшебных колокольчиках и восторженных младенцах. — Я так понимаю, вы не согласны? — спросил Телдин, как только ему показалось, что его можно услышать. Он был так же ошеломлен их реакцией, как и очарован музыкой их смеха.

— Наряду с мудростью и долголетием, «фалы» известны своими загадочными ответами, — заметил мудрец, который говорил раньше. Улыбка эльфа показалась Телдину невыносимо покровительственной, и его терпение лопнуло. Он пришел сюда за ответами, а не за косвенными насмешками.

— Возможно, это черта, общая для мудрецов всех рас, Мастер Цет, — парировал Телдин, пристально глядя в глаза древнему эльфу. Его ответ вызвал у эльфов новый приступ веселья, задушевный, общий смех, который заставил Телдина почувствовать себя так, как, будто он случайно наткнулся на любимую семейную шутку. Отнюдь не оскорбившийся, древний мудрец на самом деле казался довольным.

— Хорошо сказано! — поздравил его черноволосый эльфийский принц, вытирая слезящиеся глаза. Он улыбнулся Телдину и добавил: — Я так понимаю, вы уже встречались с Мастером Цетом раньше?

— Хватит, Астуриан, — пробормотала Амлаурил в манере любой матери, обуздывающей сына-подростка, но, когда она повернулась к Телдину, в ее глазах все еще плясали искорки смеха. — Мы не согласны с вашим мудрым слизняком, Телдин Мур. Но ответы на загадку, которая является «Спеллджаммером», вполне могут быть найдены в Разбитой Сфере.

— А также ответы на все остальные вопросы, — добавил принц Астуриан, все еще ухмыляясь.

— Боюсь, я не понимаю, — запинаясь, произнес Телдин.

— Позвольте мне? — спросил разрешения Цет. Амлаурил кивнула, и пожилой эльф начал. — Проще говоря, эльфийская философия утверждает, что Разбитая Сфера — это изначальная сфера, мать вселенной, если хотите. Все остальные сферы, вся жизнь, если уж на то пошло, вырвались из этого единственного источника во взрыве невообразимой силы. Со временем сформировались новые сферы и начали свой путь наружу по флогистону. Согласно записям, полученным от Старейшин древнего народа, давно исчезнувшего, и из наших собственных наблюдений, может показаться, что сферы все еще удаляются от источника.