Фрейд идет по стопам античных толкователей навстречу смыслу сновидений. Фрейд обращается не ко сну, а к сновидению, к содержанию, а не к физиологии. Он нацелен на психические процессы, а не на работу мозга. Спать и видеть сны – не одно и то же. Сон и сновидение – две предельно связанные, но разнородные формы активности. Фрейда интересует «исключительно семантический элемент, передача смысла, артикулированная речь, то, что он называет мыслями, Gedanken, сновидения» [17:181]. Сновидение – «не просто объект, который Фрейд расшифровывает, это его, Фрейда, речь. Именно это обстоятельство и придает данному сновидению парадигматическую ценность» [17:233]. Речь всегда уже обращена и к себе, и к себе другому, и к Другому. Сообщение отправляется, и в этом интерсубъективная позиция сновидения: «Что Фрейда действительно интересует… так это сообщение как таковое, больше того, сообщение как прерванная и настоятельно заявляющая о себе речь» [17:181]. Итак, сновидение – не просто видение, но обращенная другому мысль, своеобразная речь.

Впрочем, сновидение это – не только речь, и даже не столько речь, сколько письмо, письменность, образный язык [Bildersprache], иероглифическая письменность. Сновидение как бы «циркулирует между очевидной ясностью речей, обращенных другому, и неисчерпаемой неясностью образов, в которых переделывается странная близость самому себе» [8:497]. Сновидение – сообщение в передаче сообщения. Сновидение – сообщение между собой и другим, если не сказать – собой другим.

Различая сон и сновидение, Фрейд утверждает автономию психического. Оно, будучи связанным с органом, то есть с мозгом, следует своим законам. Психические процессы непрерывны. Человек спит, но душа его не дремлет: «Никогда, все же никогда не спит душа» [37:67]. Неслучайно в разные времена и в разных культурах существовало представление о том, что душа во сне отлетает от тела и путешествует сама по себе. Сновидение утверждает свободу духа, свободу образования смысла.

Сновидение имеет смысл. И не один. После анализа сновидения «Об инъекции Ирме», в начале следующей, третьей главы, Фрейд пишет: «если бы мы даже выяснили, что каждое сновидение имеет смысл и психическую ценность, мы должны были бы все же допустить, что этот смысл не является в каждом сновидении одним и тем же» [46:142]. Смысл в том, что смысл не один. Причем, во всей двусмысленности этой фразы.