Двадцать седьмого июня 1593 года Томас Нэш завершил работу над романом, озаглавленным им «Злополучный скиталец, или Жизнь Джека Уилтона» — именно эта дата стоит в конце первого издания книги Нэша, вышедшего в 1594 году. В том же 1594 году появилось и второе, исправленное издание романа.
«Злополучного скитальца» нередко называют английским плутовским романом и предполагают, что он создавался Нэшем по образцу «Ласарильо с Тормеса» (английский перевод — 1576 г.), хотя никаких явных следов знакомства Нэша с испанской повестью в самом тексте романа обнаружить не удалось. Да и по сути «Злополучный скиталец» многим отличается от испанских плутовских романов, что объясняется не только своеобразием национального опыта Нэша (следует отметить, что английская действительность отразилась в «Злополучном скитальце» весьма косвенно, поскольку основное действие романа разворачивается на континенте — во Франции, Германии, Италии). Самое жанровое видение мира у Нэша и у анонимного автора «Ласарильо» мало схоже, и «Ласарильо» и «Злополучный скиталец» могут быть уподоблены друг другу лишь на основе внешних сюжетных совпадений: и тут и там герой повествует о своей полной превратностей, но завершающейся благополучной женитьбой жизни. Однако в «Ласарильо» герой действительно рассказывает о себе, о своей жизни, со своего рождения до того момента, когда он приступает к сочинению письма-исповеди (см. об этом вступ. заметку к повести «Жизнь Ласарильо с Тормеса»), и его автобиография необходимо включает в себя этапы его личностного становления (или деградации), основные вехи его «воспитания», и все эпизоды повести представляют интерес лишь постольку, поскольку соотнесены с внутренним опытом героя. Джек Уилтон повествует в первую очередь не о себе, а об увиденном вокруг себя, внутренне почти не соприкасаясь с окружающим его миром, никак не изменяясь на протяжении всего романа, хотя описываемые им события охватывают по меньшей мере двадцатилетний отрезок времени, с 1513 по 1534 год. Впрочем, Нэш обращается с временем весьма произвольно: Джек оказывается свидетелем событий, изображенных как следующие один за другим эпизоды из его странствий, а на самом деле образующих такую причудливую последовательность: осада Турне (1513 г.) — сражение при Мариньяно (1515 г.) — разгром «Мюнстерской коммуны» (1534 г.) — посещение Италии (до 1527 г.) — встреча Генриха VIII с Франциском I, на которую приходится конец странствий Джека (1520 г.). Джек Уилтон, являющийся на первых страницах романа в роли рассказчика, и Джек — герой повествования — одно и то же лицо, и рассказ его не столько автобиография, сколько используемый Нашем технический прием, позволяющий ему воспроизвести на страницах «Злополучного скитальца» стиль живой разговорной речи — в противовес искусственному языку писателей-эвфуистов. Роман Нэша напоминает растянутый монолог, разыгрываемый героем со страниц книги. Ситуация своеобразного пролога — обращения к придворным пажам — весьма наглядно воспроизводит отношения героя-повествователя и читателей романа: это отношения аудитории и актера-чтеца, исполняющего роль ловкача, шутника и острослова. Существует мнение, что на Нэша повлиял гротескно-исповедальный стиль Роберта Грина, автора памфлетов «Жизнь и смерть Нэда Броуна» (1592), «Грош мудрости, приобретенный за миллион раскаяния» (1593). Однако, по-видимому, автобиографическая форма «Злополучного скитальца» возникла не без воздействия на манеру Нэша-повествователя современной ему драматургической практики. Театральность многих эпизодов романа (особенно истории Ездры и Катуольфо, так и называемой Нэшем «трагедией») очевидна, равно как натурализм и жестокость отдельных сцен романа свидетельствуют отнюдь не о «реализме» Нэша-романиста, а о том, что сам Нэш и его читатели-современники воспринимали эти сцены через призму своей зрительской практики: кровавые ужасы были обычным явлением на английской сцене конца XVI века.
В романе Нэша существенно иную роль, нежели в «Ласарильо», играет традиционный материал. При создании «Джека Уилтона» Нэш, несомненно, использовал многие сюжеты из английских сборников анекдотов, циклизованных вокруг похождений героя-пройдохи (так называемых «джест-букс»), и опыт итальянских новеллистов, и традицию гриновских памфлетов о «ловцах кроликов», то есть простофиль. Но если в испанской повести сюжет средневекового фаблио или итальянской новеллы подчинен задаче самораскрытия образа героя-повествователя, то в «Злополучном скитальце» анекдот или новелла — лишь сюжетный материал для построения очередной комической или трагической сцены.
Наконец, в «Злополучном скитальце» совершенно иначе, чем в плутовском романе, соотнесены история отдельной личности и «большая» история. Так, в «Ласарильо» сообщение о толедских кортесах преподносится как факт из жизни героя — исключительно для фиксации того момента, когда он пребывает на вершине житейского благополучия. В «Джеке Уилтоне» жизнь героя целиком спроецирована на исторический фон и на этом фоне растворяется, тускнеет. Роман Нэша можно было бы с полным основанием назвать одним из первых в Европе исторических романов, а точнее — романизированной хроникой: не случайно в работе над «Злополучным скитальцем» Нэш все время ориентировался на исторические труды XVI века — на «Хронику» Ланкета (1565) и «Хронику» Слейдана (английский перевод — 1560 г.). «Злополучный скиталец» — своеобразный синтез авантюрного повествования, сборника анекдотов и хроники. «Все, что я могу обещать Вам в сем фантастическом повествовании, — это некое беспристрастное изложение исторических событий и разнообразные веселые рассказы», — пишет Нэш в посвящении графу Саутгемнтонскому, точно определяя жанровый строй своего романа. Однако «беспристрастность» писателя весьма относительна. Исторический факт не просто романизируется им, «обытовляется» трезво-насмешливым пажом: он предстает повернутым к современным Нэшу проблемам, «искаженным» с объективно-хроникерской точки зрения. Поэтому наряду с историей в основание «Злополучного скитальца» ложится легенда, правда, легенда, возведенная вокруг исторической личности — английского поэта, воина, дипломата, павшего жертвой придворных интриг — Генри Говарда, графа Суррея (1517–1547), первое издание стихотворений которого появилось в 1557 году.
Граф Суррей привлек внимание Нэша как тип человека, воплотившего в себе многие черты ранннеренессансного гуманистического идеала совершенной личности, человека — «чуда природы». Вместе с образом Суррея на страницы романа Нэша вторгается дух рыцарской героики, дух рыцарского романа. В жанре рыцарских повествований Нэш создает легенду о любви Суррея к прекрасной Джеральдине — легенду, поводом для сотворения которой послужил один-единственный сонет Генри Говарда, посвященный им десятилетней девочке, Элизабет Фитцджеральд (написан в 1537 г.). В сонете Элизабет фигурирует под именем Джеральдины. Более нигде в стихах и бумагах Суррея, как и в его жизни, имени Джеральдины не встречается. Граф Суррей никогда не посещал Италию — якобы родину Джеральдины, да и Элизабет Фитцджеральд родилась не в Италии, а в Ирландии. Италия нужна Нэшу как страна, с образом которой прежде всего связывалось представление о ренессансной культуре, как родина — не Джеральдины, а Возрождения. Самое описание Италии, как и других европейских стран, основано Нэшем не на собственных впечатлениях, а на рассказах современников, посещавших описываемые Нэшем места: никакие непосредственные книжные источники, откуда Нэш мог бы черпать свои сведения о чужеземных обычаях, об облике итальянских городов и так далее, назвать невозможно.
Однако во всем остальном «Злополучный скиталец» — настоящая энциклопедия ренессанской культуры: рассказ Джека Уилтона пестрит латинскими изречениями, цитатами из античных авторов (Гораций, Овидий, Марциал, Ювенал, Теренций, Плавт, Сенека, Цицерон, Филемон… — далеко не полный список упоминаемых Нэшем имен), рассуждениями на философские и религиозные темы, построенными по всем правилам классической риторики. Нэш сводит своего героя с Томасом Мором и Эразмом Роттердамским, с Пьетро Аретино и Корнелием Агриппой Неттесгеймским — с крупнейшими деятелями ренессансной науки и словесности.
Но роман Нэша не только компендиум ренессансной культуры. Это подведение итогов, произведение, созданное в момент кризиса раннеренессансных иллюзий. «Рай на земле», описанный Нэшем по образцу «золотого века» древних, — это искусственный рай, вилла для летних увеселений, принадлежащая богатому торговцу. Вокруг виллы — мир, где царят чума, предательство, кровавые пытки, насилие. И не случайно Томас Нэш «отгораживается» от этого мира маской Джека Уилтона — пажа, ставшего свидетелем войн, религиозных распрей и не очень высоко ставящего человеческую природу, предоставленную самой себе. Нэш не просто создает легенду о Суррее и Джеральдине: он ее создает с одной целью — чтобы затем развенчать, спародировать. Насмешлив весь рассказ Джека о любовных страданиях Суррея. Пародия достигает своей кульминации, когда Суррей принимает за Джеральдину хорошенькую итальянку Диаманту и посвящает ей стихи, в которых Нэш пародирует Петрарку.
В этом плане «Злополучный скиталец», как отмечают некоторые критики (например, Д. Урнов), стоит гораздо ближе к «Дон-Кихоту», чем к плутовским романам. Однако пародия у Нэша не становится средством воссоздания внутреннего мира героя, средством изображения его сознания, как это происходит у Сервантеса. Поэтому и «Злополучный скиталец» не смог стать, подобно «Дон-Кихоту», прообразом романа будущего, а остался своеобразной «хроникой» своего времени — панорамой века и «сатирическими записками», в котором Нэш излил свои горечь и разочарование относительно состояния вещей в современном ему мире.
Роман Нэша несомненно пользовался успехом у современников, но вскоре оказался забытым и был издан вновь лишь в конце XIX века. Наиболее авторитетным считается Собрание сочинений Нэша, вышедшее в 1904–1910 годах под редакцией Р.-Б. Маккерроу и перепечатываемое до настоящего времени. В России о Т. Нэше впервые обстоятельно высказался В. Лесевич, опубликовавший в 1901 году в журнале «Русская мысль» статью «Происхождение романа в Англии», в которой содержится пересказ романа «Злополучный скиталец». Отрывки из романа (в переводе В. Лесевича) были помещены в «Хрестоматии по западноевропейской литературе (Эпоха Возрождения)» (сост. Б. И. Пуришев). Полный перевод романа Нэша выполнен специально для настоящего издания Е. Бируковой по изданию: Thomas Nash. The works. Ed. from the original text by Ronald B. Mckerrow. Vol. 1-V. Oxford, 1958–1966.
