— Надежный Друг, вот вы знаток,[85] —

Скажите, кто из донн милей?

Одна хоть любит и верней,

Но не пускает на порог,

Моленья ваши отвергая.

Вторая хоть не столь верна

(Резвушки изменять ловки),

Зато нежнее к вам она.

Уж слишком муки велики,

Которые сулит другая!

— Фолькет! Подумать дайте срок,

Не знаю случая сложней —

Одно лишь ясного ясней:

Не оберетесь вы тревог,

Хоть ту, хоть эту выбирая.

С резвушкою судьба одна —

С ней ревность вас возьмет в тиски.

Уж лучше вам лишиться сна

И умирать от злой тоски,

Достойной сердце отдавая.

— Надежный Друг, да в чем тут прок?

Как пред достойной ты ни млей,

А ведь с резвушкой веселей!

Любить обидно недотрог,

Малейшей ласки не стяжая.

Любить без ласки! Вот те на!

Нет, донна! Что за пустяки!

Пусть ты для трона рождена,

С себя надменность совлеки,

Ко мне вниманье умножая!

— Фолькет! Ужель вам мил порок?

Что может быть коварства злей!

Что ласк изменницы подлей?

Их получить любой бы мог,

Вас, бедный, нагло унижая.

А той, что с виду холодна,

Пренебрегут лишь простаки.

Ей не затем любовь дана,

Чтоб тешить злые языки,

Нескромно чувства обнажая.

— Надежный Друг! То лишь предлог

Даря любовь, томить людей.

Дар без привета, без речей

Всегда обиден и жесток,

Пренебреженье выражая.

Душа резвушкой пленена,

Всем опасеньям вопреки.

Да, верить ей нельзя сполна,

Но и у вашей есть грешки, —

Видать, судьба у всех такая.

— Фолькет! Прервите слов поток!

С подругой нежною своей

Я знал немало светлых дней.

Иначе жил бы одинок,

С другим делиться не желая.

А вашим песням — грош цена,

И нет в них правды ни строки.

Зачем вам надо, старина,

Кропать столь бодрые стишки,

Душой от ревности сгорая?

— Надежный Друг! Их плел, играя,

Для вас я — бодрость вам нужна:

Ведь есть преловкие дружки,

К ним ваша донна так нежна,

Что вы к отчаянью близки, —

Моя ж, поверьте мне, иная.

— Фолькет! То похвальба пустая.

Гаусельма[86] нас судить должна.

Вопросы эти ей легки.

Сдаюсь, коль скажет, смущена,

Что донну у меня дружки

Крадут, в измены вовлекая!