Вот на пути село большое,

Куда ямщик мой поглядел,

Его забилось ретивое,

И потихоньку он запел:

«Твоя краса меня сгубила,

И божий свет мне стал не мил,

Скажи, зачем приворожила,

Коль я душе твоей не мил?

Кажись, мне песней удалою

Недолго тешить ездока,

Быть может, скоро под землею

Зароют тело ямщика.

По мне лошадушки взгрустятся,

Расставшись, добрые, со мной,

Они уж больше не промчатся

Вдоль по дорожке столбовой.

И ты, красотка молодая,

Быть может, тяжко воздохнешь;

Кладбище наше посещая,

К моей могиле подойдешь!..

В тоске-кручинушке сердечной,

Главу склони к сырой земле,

Промолвишь мне: „В разлуке вечной

С тобой красавица твоя!“»

В очах тут слезы показались,

Но их бедняк не отирал,

Пока до места не домчались,

Он волю полную им дал.