Я малешенек у матушки родился,
Я глупешенек у матушки женился,
Ой, люли, люли, мальчик я родился.
Я привел себе жену молодую,
Словно ягодку ее боровую.
Повела меня жена к тестю в гости,
Привела меня жена к березовой роще,
Привязала меня жена к белой березе,
А сама-то и пошла, сама загуляла,
Ровно девять-то денечков ко мне не бывала,
На десятый-то денечек пришла, приходила,
Что такие ли речи она говорила:
«Хорошо ли те, негодный, в пиру пировати?» —
«Государыня жена, мне уж не до пиру!
Соловьюшки головушку всеё расклевали,
Комарики-сударики ножки обточили». —
«Уж будешь ли, негодный, поить меня квасом?» —
«Государыня жена, буду я сытою,
Что сытою, что сытою, сладкой медовою». —
«Уж и станешь ли, негодный, кормить меня хлебом?» —
«Государыня жена, стану калачами». —
«Уж и станешь ли, негодный, пускать меня в гости?» —
«Государыня жена, — поди хоть и вовсе!»
Шейн, стр. 229–230, № 861, Тульская губ.