Во лесах-то было, во лесах-борах,
Во сырых борах, во дремучиих,
Брала Машенька грибки, ягодки,
Бравши, Машенька призадумалась,
Призадумавшись, слезно плакала,
Во слезах-то Машенька заблудилася,
Заблудивши, Машенька вышла на дороженьку,
Вышла на дороженьку, села на колоденку,
Севши Машенька на колоденку, стала укати,
Свово мила дружка кликати:
«Ах ты, миленький, сердечный друг!
Ты подай-кося голос через темный лес,
Через темный лес, через быстрые речушки,
Через быстрые речушки, через кусты-то ракитовы».
«Рад бы, Машенька, я стукнуться,
По бокам-то стоят два-три сторожа!
На первой-то стороже — тесть-то батюшка,
На второй-то стороже — теща матушка,
На третьей-то стороже — моя-то молода жена,
Молода жена, змея лютая.
Змея лютая, подколодная.
На руке лежит, во глаза глядит,
Во глаза глядит — целовать велит!»
Киреевский, 1917, стр. 61, № 1389, Новгородская губ.