Ой, на улице воробышек попрядывает;

Уж он девушек, молодушек на улицу зовет:

«Уж вы, девушки, молодушки, сходитеся играть,

И скакать, и плясать, и в ладоши трепать!»

Вот девушки говорят: «Нам своя воля гулять, —

Отцы-матери велят, не заказывают,

Не заказывают — все приказывают».

Молодушки говорят: «Нам нет воли погулять,

Нам нет воли гулять — нам мужья не велят,

Нам мужья не велят, все приказывают,

Все приказывают и заказывают…»

Уж я мужнину грозу в узелочек завяжу,

В узелочек завяжу, в уголочек положу,

В уголочек положу, а сама гулять пойду;

Где узел-то лежит, там угол задрожит…

Прихожу я ко двору, — лежит свекор на полу,

Лежит свекор на полу, — я ногою топону,

Я ногою топону и под лавку скопону.

А свекруха на печи — ровно сучка на цепи;

А деверья, как кобелья, — по подлавочью лежат,

По подлавочью лежат, по-собачию рычат;

А золовки-колотовки против печки стоят;

А мой миленький дружочек, он на лавочке лежит,

Он на лавочке лежит, одну речь говорит:

«Ой и полно вам, собаки, на мою жену рычать,

На мою жену рычать, и кутить, и мутить,

И кутить, и мутить, выговаривати».