Опыт «Вселенная 25», поставленный на мышах в 1968–72 годах Джоном Кэлхуном, известен настолько широко, что нет нужды подробно его пересказывать. Вкратце: загон 2,4 × 2,4 м, высотой 1,4 м. 256 ящиков-гнезд, каждое может вместить 15 особей. Температура комфорта, чистая вода и качественный корм без ограничений. Одновременно могли бы питаться до 9 500 мышей. Еженедельная чистка загона, отсутствие врагов, паразитов и инфекций. Идеальные условия.
Начало: в пустой загон высадили 2 пары. Освоившись, они стали очень активно размножаться. Позднее размножение замедлилось. Когда особей стало около 600, усилилось иерархирование, возникли касты. «Отверженных» вытесняли в центр загона, их кусали и преследовали. Пожилые мыши, долго жившие в полностью безопасных условиях, охраняли свой статус и «опускали» молодых конкурентов на низшую ступень.
«Изгои» делались подавлены, переставали защищать себя и самок, изредка конфликтовали внутри своей группы. Самки делались тревожны и агрессивны, защищая потомство. Затем агрессия обращалась и на собственных мышат, самка могла убить их и стать «отшельницей», уйдя в дальнее гнездо и отказавшись от размножения и любой социальной роли в сообществе.
Размножение замедлялось, пока не остановилось вовсе. Увеличилась детская смертность. Развился индивидуализм.
Появилась каста «красавцев» — самцов, на тельцах которых не было следов крови и драк. Они ели, пили, спали и чистили свои шкурки. Не спаривались, не дрались, не занимали никаких социальных ролей, избегали любых конфликтов.
Со временем они и самки-одиночки стали большинством в стае и занимали дальние гнезда.
Средний возраст стал поднялся до 776 дней (на 200 больше максимального репродуктивного). Рождаемость падала и достигла ноля. Началась деградация, спонтанная агрессия, возник и ширился гомосексуализм. Появился каннибализм.
Популяция вымирала, имея все идеальные условия для жизни, и вымирание ускорялось.
Максимальной численности — 2 200 особей — популяция достигла через 500 дней эксперимента. Через четыре года от начала эксперимент был прекращен: вымерли практически все. Осталось 27 особей, все вышли из репродуктивного возраста, самой молодой мыши было 987 дней (что примерно соответствует 95 годам человека).
Выводы:
Идеальные условия, отсутствие трудностей и опасностей, которые надо преодолевать, гарантированное питание и жилье, о которых не надо заботиться — чреваты огромной опасностью. Искажена среда обитания, к которой особь адаптирована эволюцией. Невозможность реализовать осмотрительность, смекалку, выносливость, ненужность напрягать силы для преодоления опасности — это отсутствие необходимых стрессов и напряжений. Происходит раскоординация психики. Врожденная энергия, не находя применения, обычного в природе, направляется на деструкцию социальных отношений и самокалечение.
Стремительное размножение в идеальных условиях — одновременно расслабляет и дезориентирует организм в условиях ненужности борьбы — и создает тесноту, дегенерацию социального пространства. А теснота усугубляет психические проблемы. Некуда уйти, нет свободного пространства для освоения.
То есть. Полное удовлетворение всех физических потребностей — не делает счастливыми, но напротив: ведет к деградации и вымиранию. Труд и опасности, борьба за жизнь и кусок хлеба — это наша доля, на которую мы рассчитаны Природой.
(Обычные возражения: люди не мыши, у нас есть разум, и можно уйти в виртуальное пространство, и найти себе дело, работу, не сходя с места, и вообще переехать в другой город или страну. Так что народам это не грозит.
Ответ: ага! То-то люди вечно воевали и бунтовали от ума и избытка пространства. То-то всегда знали, что в безопасности и комфорте самые бойцовые народы со временем расслабляются, дрябнут, теряют силу и мужество и предаются роскоши и разврату: вслед за чем вымирают и становятся добычей варваров.)
Практическая аналогия:
В США особенно ясно было видно, как жизнь в мегаполисах обоих Побережий деформирует личность, искажая мораль и уродуя социальные представления и связи между людьми, что ведет к деградации популяции и цивилизационному краху. В регионах же сельской местности и малых городов, где достаточно социального пространства и меньше возможностей для комфортного социального паразитирования, люди скорее сохраняют психическое и физическое здоровье и репродуктивную функцию, удерживая стабильный цивилизационный уровень.
Обстоятельство непреодолимой силы:
Цивилизационные прорывы, научно-технический и культурный прогресс осуществляются именно в местах самого крупного скопления людей. Там сконцентрированы учебные и научные центры, деньги и мозги, возможности предложения и спроса. Там информационное облако достигает наибольшей концентрации и объема, интенсивно происходит обмен мыслями, мозговой штурм; уровень инвестиций максимален. Мегаполисы — это концентрация человеческой энергии, поисков и открытий, точек приложения своих сил, форм и способов человеческой самореализации.
И здесь следует трагический вывод:
Цивилизация человекозатратна.
Для ее создания, подъема, движения — необходимы крупные концентрации человеческих масс. Это высвобождает средства и мозги, обеспечивает спрос, рождающий предложение идей и изобретений. Сюда стремятся таланты и честолюбцы. Только в сгущенной атмосфере мегаполиса могут из массы отсеиваться драгоценные крупицы человеческих гениев. Они и двигают прогресс.
Но одновременно в скученных и комфортных мегаполисах деградирует и вымирает население. Люди перестают быть здоровыми физически и нравственно, и перестают размножаться.
А поскольку мегаполис — это власть, экономическая и политическая, то он диктует здоровой провинции свои законы и порядки, ставшие со временем из свободных и прогрессивных — ошибочными и губительными.
Резюме:
Такова одна из главных системных причин цикличности существования цивилизаций: их подъема, спада и краха.
Подопытным крысам создают стрессовую обстановку: опасности, конфликты, смена периодов обильного питания и голода, дискомфортная температура. Несчастные задерганные крысы нервны, подавлены, болеют, живут недолго. Умирают.
Другой группе создают комфортные условия: питание, температура, безопасность — никаких стрессов: сплошное счастье. Живут хорошо. Потом болеют и умирают. Но что характерно! Они живут не намного дольше первой группы! Не принципиально дольше.
Со следующими группами жертв науки испытатели пробовали различные соотношения положительных и отрицательных эмоций. Если этим крысам и плохо — плохо, и хорошо — плохо, то что же им хорошо? Что предпочитает психика и чего требует организм?
И оказалось, что полезнее всего для крысиного настроения, здоровья и долголетия — соотношение положительных и отрицательных эмоций 3:1. Три позитивных возбуждения на одно негативное.
Вывод:
Очень простой. Тепличные условия здоровью и долгой жизни не способствуют. Нужна доля трудностей и опасностей: преодолевать, избегать, трудиться и бороться, терпеть и искать выход. Условно и примерно (мерить сложно) — три радости на одно равноразмерное горе.
Аналогия:
Вот поэтому люди ищут приключений на свою голову, занимаются экстремальным спортом и ставят себе в жизни трудные, хотя и бессмысленные задачи — типа создать шедевр, чье совершенство тупая публика и кретины-критики все равно не оценят, или «заработать» сто миллиардов: переживает из-за скачков на бирже страшно, зато прибыли так радуется, что положительных эмоций как раз больше.
Теория и история:
Физиолог Уолтер Кэннон ввел понятие «стресс» (1926) и «реакция: бей или беги» (1919).
Эндокринолог Ганс Селье к середине ХХ века разработал теорию стрессов. Он делил их на положительные (эустресс) и отрицательные (дистресс).
Под «стрессом» может пониматься как объект или процесс, воздействующий на ваш организм и психическое состояние, так и общая адаптационная реакция организма на внешний фактор; так и само эмоциональное переживание какого-либо события.
Для нас сейчас достаточно знать: человеку необходимы положительные стрессы — это активизирует правильную работу организма, поднимает иммунитет, укрепляет здоровье. Но и отрицательные стрессы — тоже необходимы! Для напряжения сил организма к преодолению стрессов. Для привычки и готовности нервной системы, иммунной системы, эндокринной системы — и с ними всего мышечного, дыхательного и т. д. и т. д. аппарата — адаптироваться к трудным условиям, неожиданным препятствиям, вызовам среды. М-да… Но, конечно, дистрессы не должны быть частыми и нерешаемыми. В меру, и чтобы хороший конец.
Вот это потребно нервной системе человека и всему организму; сущность наша такова. Иначе жить будем плоховато и недолго.
Шесть крыс помещаются в ящик. Из него один выход — в огороженный бассейн. На противоположном берегу бассейна — еда, достать ее можно только вплавь.
В группе возникают четыре социальные роли. Две бета-особи плавают за едой и приносят. Две альфа-особи бьют их, отбирают еду, питаются, после чего разрешают бета доедать остатки. Одиночка гамма-особь сама плавает и сама ест, давая отпор альфам и не позволяя обобрать себя. Одиночка дельта-особь — пария: плавает, приносит, после чего ее бьют все, даже бета и гамма, и отбирают еду; она питается тем, что остается после всех.
Из разных групп брали шесть альфа-особей и повторяли эксперимент: с тем же результатом. Двое плавают, двое отбирают, одна сама по себе, одна — изгой.
Повторяли с шестью гамма-одиночками, с шестью изгоями, с шестью бета — всегда один результат. Группа структурируется тем же образом.
Вывод:
Стремление группы особей к структуризации, усложнению, созданию и распределению разных социальных ролей — имманентное качество группы, заложенное в ее природе. Это стремление аморфной массы монад структурироваться в определенную систему.
Аналогия:
В русских тюрьмах и лагерях ставились при советской власти подобные опыты. Осужденных, впервые совершивших преступления, причем нетяжелого, случайного или бытового характера, изымали из общих мест заключения и помещали в отдельные лагеря. Начальство полагало, что там, где нет рецидивистов-уголовников и жестоких правил воровского мира, установятся гуманные отношения.
Однако! Мирные арестанты, вчерашние добропорядочные граждане, мигом воспроизводили тюремный кастовый порядок. То есть: выделялся главвор, под ним — группа воров, под ними и шире — круг блатных. Они не работали, брали себе лучшую еду из посылок, лучшую униформу и лучшие места (у окон и т. п.) в бараках. Основная масса — «мужики» — работали. «Чушки», кроме того, мыли полы и исполняли роль прислуги. «Опущенные», «петухи», «парафины» назначались в пассивные гомосексуалисты для сексуальных услуг.
Причем! Порядки и отношения в таких зонах были более жестокими, чем у профессиональных уголовников! Неофиты, знаете, всегда рьяны…
Следствие:
Не будут у вас все шесть крыс вместе братски плавать за едой и потом братски, поровну питаться. Ни все вместе, ни по очереди.
Не будет никогда никакого анархизма, анархокоммунизма и анархосиндикализма, а также либертарианства — как реального политико-экономического строя. И равенства никакого тоже никогда не будет. Ибо оно противоречит основам Природы.
Элементарные частицы, атомы и молекулы, минералы и клетки — складываются всегда в такие комбинации, чтобы образовать как можно более сложные системы. Это относится и к социальной форме материи. Всегда — только усложнение, только дифференциация по качествам и ролям.
И кто полагает справедливость в равенстве ролей и результатов — тому придется вечно подавлять и насиловать людей, чтобы удерживать их в анти-естественном, анти-природном социальном состоянии — вопреки их психологической, энергетической и социальной сущности. Придется калечить их.
А это всегда кончается крахом антисистемы и социальным взрывом.
Двадцать крыс поместили в парк, где были разные ходы, тоннели, колеса, домики, бассейн, длинные переходы и много пищи. Других двадцать держали в обычных клетках. Обеим группам поставили по две поилки: с обычной водой и с подслащенным раствором наркотика.
Крысы в парке предпочитали исключительно воду. Если некоторые и пробовали иногда наркотический раствор, зависимости не возникало, обычно они все равно пили чистую воду.
Крысы же из клеток быстро пристрастились к наркотику.
Далее группы поменяли местами.
Крысы из «парка развлечений», оказавшись в клетках, быстро перешли на наркотик.
Крысы из клеток, получив в парке возможность гораздо более разнообразной и подвижной жизни, постепенно перешли на воду.
Вывод:
Сенсорное голодание, отсутствие разнообразия, ограничение в новых впечатлениях, недостаток стимулов к движению, исследованию окружающего — ведет к эскейпизму, уходу в виртуальный мир, к наркомании, алкоголизму. К эрзац-жизни вместо жизни, к поиску искусственно вызываемых ощущений — вместо ощущений от реальных действий и достижений.
Аналогия:
Широкое распространение наркомании в развитых странах последней трети ХХ — начале XXI века — прямое следствие того, что молодежи неинтересно жить. Нет неведомых земель, которые можно открыть, пустынь, которые можно оросить, океанов, которые можно пересечь впервые, сопряженных с риском и опасностями путешествий, которые можно совершить. Мир благоустроен и комфортен, везде дороги, аэропорты, госпиталя и магазины. Что осталось? Банды и революции — но это пресекается. И наркотики — о, это легко.
Дайте людям трудности и лишения, которые необходимо преодолеть, пустынные континенты, чтобы их цивилизовать, угнетателей, которых надо свергнуть — и наркотики будут не нужны.
Добавление:
Творцы, люди, которым всегда интересно жить, которые всегда находят себе занятие, делают открытия и создают науку, промышленность, искусство — эти люди составляют вряд ли 2 % населения. Остальным необходимо заниматься чем-то, чем нельзя пренебречь, иначе вымрешь! Вот когда этим остальным 98 % не обязательно делать что бы то ни было — они и прибегают к наркотикам.
Психолог Курт Рихтер опускал диких (отловленных) крыс в бачки, до половины наполненные водой, из которых они не могли выбраться. Вообще крысы — неплохие пловцы. Но убедившись в полной безнадежности своего положения, через четверть часа они прекращали борьбу за жизнь и тонули.
Рихтер взял домашних крыс (вернее, лабораторных). Более, так сказать, окультуренных. При этом не таких сильных и агрессивных. В воде они пытались спастись более активно: тыкались в стенки и даже в дно, пробуя все возможные варианты выхода. Но через ту же четверть часа убеждались в невозможности спасения и также тонули.
А вот на следующей стадии Рихтер доставал уже выбившуюся из сил и сдающуюся крысу из воды, обсушивал, подкармливал, давал передохнуть — и кидал обратно. И — крыса плавала после этого шестьдесят часов! То есть: в 240 раз больше!
У нее появлялась надежда: выбраться можно. И цель: держаться до прихода спасения! Это вскрывало в организме силы, неведомые ни ученому, ни ей самой.
Вывод:
Человек сам не знает, как много он может. Преодолеть, вытерпеть, совершить, дождаться, победить! Надежда и вера, вера и надежда! Не сдавайся никогда, не признавай себя побежденным никогда, борись, пока жив! Успех придет.
Аналогия:
Это забавное научное подтверждение бродячего сюжета древней притчи: одна лягушка утонула в горшке с молоком, из которого нельзя выбраться, а вторая била лапками до тех пор, пока не сбила молоко в масло: тогда она выпрыгнула.
Сделай или сдохни!
Время думать и время трясти.