Курорт «Брунетти Интернэшнл мауи» представлял собой тропический оазис, который был словно создан по образцу рая. Он насчитывал шесть особняков из камня и дерева, каждый из которых был большим и настолько роскошным, что мог удовлетворить самого взыскательного постояльца. Самый большой особняк располагался на вершине холма в центре острова. Из рекламной брошюры, прочитанной ею в самолете, Мэйзи узнала, что этот особняк был забронирован на ближайшие три года, и за эту привилегию гости заплатили огромные деньги.

- Ты идешь с нами?

Она чуть не подпрыгнула, услышав приглашение Ромео.

- Да, конечно.

Она последовала за Ромео к кабриолету, стоявшему на тротуаре. Он посадил Люка, который пребывал в восторге, на сиденье и пристегнул его ремнем, прежде чем обратиться к ней.

- Хочешь проехаться и осмотреть окрестности сейчас или позже? - холодно спросил он.

- Сейчас было бы чудесно, спасибо.

Он кивнул и завел мотор. Когда Люк начал возбужденно ерзать на своем сиденье, Ромео снизил скорость и дотронулся до руки сына.

- Сиди смирно, bambino[11], или тебе придется идти пешком всю дорогу до дома.

Люк посмотрел по сторонам.

- А где дом? - спросил он.

Ромео указал на стоявшую на вершине холма огромную виллу, чей стеклянный купол возвышался над островом.

- Вон там.

Люк моментально притих.

- Я буду сидеть смирно.

Ромео взглянул на Мэйзи со слабой улыбкой, потом осторожно потрепал Люка по волосам.

- Веnе… Это означает «хорошо» по-итальянски.

- Веnе, - повторил Люк, почти идеально копируя акцент отца.

Мэйзи огляделась по сторонам и обратила внимание на две вещи. Первое - брошюра не отдавала должное острову Хана, и второе - только два особняка из всех, мимо которых они проезжали, выглядели обитаемыми.

- Но я думала, что эти курорты были полностью забронированы на несколько лет вперед?

- Были… до вчерашнего дня, когда я отменил большинство заказов.

- Зачем?

- Потому что я хотел обеспечить нам уединение. Две семьи, которые остались здесь, были тщательно проверены и подписали договор о конфиденциальности. Остальным я выплатил компенсацию за неудобство и отправил их на другой курорт. За свой счет, разумеется.

Когда они поднимались на холм, Мэйзи осматривалась по сторонам. Все вокруг напоминало райский сад.

- Неужели ты думаешь, что…

Он бросил на нее предостерегающий взгляд, и она прикусила губу. Когда Люк помчался к дому, Ромео повернулся к ней.

- Нет, я не думаю, что у нас здесь будут неприятности. Но тем не менее я предпринял необходимые меры предосторожности.

Она окинула взглядом цветущий рай.

- Но мы не можем остаться здесь навсегда, Ромео.

- Мы останемся здесь до тех пор, пока я не найду способ все уладить. Кроме того, все думают, что мы проводим здесь медовый месяц, так почему бы не получить удовольствие на это время? Я не думаю, что с момента рождения Люка у тебя было время для отпуска. И наверное, будет облегчением не быть обремененной заботами о нем двадцать четыре часа в сутки?

Мэйзи нахмурилась.

- Я не считаю его бременем, - резко возразила она.

- Это из-за него ты поменяла карьеру? - поинтересовался он.

- Ну… да, но…

- Сменить карьеру адвоката по уголовным делам на руководство рестораном в старинной маленькой деревне - это большая перемена.

- Это был выбор, который я сделала как для Люка, так и для себя.

Он кивнул.

- Ты доказала, что умеешь приспосабливаться к обстоятельствам. Так что привыкнуть к нашей новой ситуации тебе будет несложно.

Она осмотрелась по сторонам.

- Я не создана для того, чтобы лежать на солнышке и потягивать коктейли. Мне нужно занятие, даже когда я нахожусь рядом с Люком.

- Тогда мы найдем тебе занятия.

- Спасибо. А теперь допрос касательно моих материнских умений и преданности окончен?

Ромео молча кивнул и вышел из кабриолета.

Двери открылись, и на пороге появились две женщины, одна из них пожилая тонганка, другая - молоденькая девушка, которая с улыбкой подошла к Люку. Мэйзи заметила, что она слегка хромает.

- Это Эмили. Она будет помогать тебе присматривать за Люком. А Махина - наша экономка.

Мэйзи ухитрилась улыбаться во время знакомства с женщинами и во время экскурсии по дому Ромео. Она даже постаралась издать изумленный возглас при виде бассейна размером с олимпийский, гидромассажной ванны, искусственной пещеры, в которой был водопад, и пруда, примыкавшего к пещере. Она улыбалась, когда быстро мыла Люка, пока услужливая Эмили распаковывала его вещи. Когда девушка предложила отвести его на кухню и напоить соком, Мэйзи заставила себя кивнуть, радуясь возможности отправиться к Ромео и высказать ему все, что она о нем думает.

Она нашла его в большой, полной света комнате, преобразованной в кабинет. Закрыв за собой дверь, она направилась туда, где сидел Ромео.

- Как ты посмел нанять няньку, не проконсультировавшись со мной? - набросилась она на него, когда он поднял глаза от документа, который изучал.

Он на мгновение нахмурился, а потом поднялся и обошел стол. Мэйзи заставила себя не отступить перед ним.

- Я не думал, что ты будешь возражать.

- Потому, что я страстно желаю избавиться от бремени заботы о своем сыне?

- Потому, что мне говорили - каждой матери время от времени нужно отдыхать.

- И кто, скажи на милость, просветил тебя на этот счет? Наверняка не твоя мать, поскольку, как я догадываюсь, она не была в числе претенденток на звание лучшей матери года.

По тому, как он напрягся, она поняла, что зашла слишком далеко.

- Мы, кажется, отклоняемся от темы нашего разговора. В самолете ты спала не более часа, и я уверен, что и накануне ночью ты спала недолго. Очень скоро ты почувствуешь усталость после такого перелета. - Он пожал плечами. - Я думал, что ты с радостью примешь помощь.

- Так она будет только временной помощницей? - настаивала Мэйзи.

- Нет. Она единственная в штате, кто обучался работе с детьми. А в чем, собственно, заключается проблема?

Проблема в том, что ты принял решение, касающееся Люка, не посоветовавшись со мной.

Он раздраженно выдохнул.

- Так будет лучше для всех нас, включая Люка. Некоторые решения придется принимать, невзирая на твое мнение.

- Только не в том, что касается моего сына.

Он пожал плечами:

- О'кей, ты можешь прибегать к помощи Эмили, когда тебе это понадобится. Но ты не можешь контролировать каждую минуту его жизни, Мэйзи.

От охватившей ее ледяной ярости у нее перехватило дыхание.

- Ты знаешь его сколько? Два дня? И ты смеешь говорить это мне?

Его глаза потемнели.

- Разве это моя вина, что я не знал о его существовании?

- Что ж, это и не моя вина. Если бы ты потрудился остаться со мной до утра после…

- Чего ради? Для того, чтобы обменяться лживыми обещаниями встречаться и дальше? Или, быть может, ты хотела услышать комплименты по поводу того, какую замечательную ночь мы провели?

Холодная ярость на ее лице сменилась сердитым румянцем.

- Прости, что я незнакома с этикетом, в соответствии с которым следует вести себя наутро после проведенной вместе ночи. Это было моим первым и последним опытом. Но я никак не ожидала проснуться в одиночестве, когда мужчина, с которым я провела ночь, исчез бесследно. Или что он дал указание консьержке не раскрывать своего имени. Если ты хочешь злиться, злись на самого себя. Потому что, несмотря на твое омерзительное поведение, несмотря на то, что ты оставил меня одну расхлебывать эту кашу, я все равно вернулась в надежде найти тебя, когда узнала, что беременна.

На его лице отразилось удивление.

- Что ты сделала?

- Вернулась. Я истратила сбережения, которые лучше было бы сохранить для моего ребенка, чтобы заплатить за две недели, проведенные в этом запредельно дорогом отеле. Все дни я ходила по улицам Палермо и посетила все кафе за эти две недели, и все в надежде найти тебя. - Она с горечью рассмеялась. - Знаешь, сколько ответов можно получить в Интернете на запрос Romeo of Palermo?

Он медленно покачал головой.

- Что ж, скажу лишь, что для того, чтобы разыскать их всех, мне понадобились бы годы. Я не говорю по-итальянски, поэтому надо мной либо смеялись, либо тупо на меня смотрели.

Поэтому не смей говорить мне, что со мной не будут советоваться по любому решению относительно моего сына. И не заставляй меня чувствовать себя идиоткой из-за последствий того, что мы сделали по обоюдному согласию.

На его щеках выступил румянец. Отвернувшись, он уставился в окно.

Когда Мэйзи поняла, что молчание будет тянуться вечно, она подошла к окну и встала рядом с ним.

- Ты не собираешься ничего сказать мне? - спросила она более ровным голосом, когда прошло еще несколько минут.

Он искоса посмотрел на нее.

- Меня трудно удивить. Но ты удивила меня, gattina, - пробормотал Ромео.

- Потому что я показала, что под моими рыжими волосами скрывается буйный темперамент?

На его губах появилась слабая улыбка.

- Это как раз не было сюрпризом. Я отлично знаю, что ты способна на глубокую страсть.

Мэйзи покраснела и отвернулась.

- Что же тогда?

- То, что ты сделала… - Ромео помолчал и покачал головой. - Никто из всех, кого я знаю, этого бы не сделал. И ты права. После того как я сбежал от тебя, ты имела полное право вычеркнуть меня из своей жизни. А я очень старался, чтобы меня было трудно найти.

- Это еще мягко сказано. Ты часто так поступаешь? Прячешься так надежно, чтобы твои женщины не могли найти тебя? - спросила она, не удержавшись.

- Не совсем так. Обычно я оговариваю, что мои связи не длятся долго.

- А-а… понятно.

Этим он ей все объяснил.

- Та ночь была необычной и для меня тоже, во многих отношениях.

Мэйзи хотела спросить, почему, но в его глазах появился тот самый затравленный мрачный взгляд, который дал ей понять, что она рискует получить резкую отповедь, стоит ей лишь вопросительно приподнять бровь. К ее удивлению, он продолжил говорить:

- Это был тяжелый день, такой, который я не хотел бы пережить еще раз, хотя я знал, что он наступит.

- Да, у всех нас бывают такие дни.

- Но ты вернулась, несмотря на то что чувствовала себя отвергнутой и, возможно, сильно оскорбленной? - спросил Ромео.

- Я поставила себя на место своего ребенка и поняла, что должна дать ему шанс узнать своего отца. Но, полагаю, отчасти я была напугана тем, что не смогу пройти через все это одна, и в некотором смысле искала поддержки. - Мэйзи пожала плечами. - Вернувшись в Дублин, я признала, что осталась одна со своими проблемами. Потом родился Люк, и с каждым прожитым днем страх рассеивался. Я больше не была одна. У меня был он.

Он посмотрел на нее очень долгим взглядом.

- Ты больше не одна.

Мэйзи подняла брови.

- Но ты не согласен, что со мной необходимо советоваться, когда речь идет о Люке?

Его взгляд сделался стальным.

- Я обеспечу тебе жаркие диспуты, касающиеся важных решений. А ты можешь попытаться разорвать меня в клочья по мелким вопросам.

- Иными словами, мы собираемся спорить по любому поводу?

Уголок его рта приподнялся.

- Только потому, что ты, похоже, обожаешь споры.

В ответ на ее губах тоже появилась улыбка.

- Предупреждаю, что я никогда не останавливаюсь, пока не добьюсь своего.

Ромео посмотрел на ее губы, и ее дыхание участилось, а сердце стало выпрыгивать из груди, когда она прочитала в его взгляде откровенное приглашение.

Желание вспыхнуло в ее крови, и все внутри задрожало.

- Возможно, время от времени я буду давать тебе возможность победить, - пробормотал он хриплым глубоким голосом.

Когда его взгляд остановился на ее груди, по телу Мэйзи пробежал легкий трепет. Она решила, что разумнее будет отойти от него, прежде чем сделает какую-нибудь глупость, например, встанет на цыпочки и прижмется губами к его губам. В этот момент раздался стук в дверь.

- Да? - сказал Ромео, продолжая смотреть на нее.

Вошла Эмили с Люком, который заулыбался, увидев Мэйзи.

- Люк хочет купаться. Я хотела спросить у вас, не против ли вы, - сказала Эмили.

Ромео наблюдал за Мэйзи, приподняв одну бровь.

Она вздернула подбородок.

- Я сама отведу его. - Когда он прищурил глаза, она вздохнула. - Мы оба отведем его, - поправилась она.

Уголок его рта приподнялся.

- Grazie, - пробормотал он.

Мэйзи кивнула.

- О'кей. Я пойду переоденусь.

Ромео подошел к Люку и подхватил его на руки.

- Встретимся у бассейна.

В своей комнате Мэйзи достала скромный закрытый купальник, мысленно прокручивая в голове свой разговор с Ромео. И снова задумалась над тем, какими были его отношения с матерью. В машине он назвал ее шлюхой. Имел ли он это в виду буквально? Она содрогнулась. Иначе с какой стати сын назвал бы свою мать таким унизительным словом?

Было ясно, что Ромео Брунетти хранит в своем шкафу не один скелет. И она вступила на опасный путь, пытаясь раскрыть его секреты. То, что он предпринял такие радикальные шаги, чтобы не встретиться с ней после единственной проведенной вместе ночи, должно было бы предупредить ее, что ему не нужны никакие отношения, не касающиеся его сына.

Ей следует помнить об этом. И еще о том, что между ними не может быть физической связи. С каким бы жаром он ни смотрел на нее. Как бы ни загоралась ее кровь всякий раз, когда он оказывался на расстоянии вытянутой руки от нее.

Наступит время, когда ей придется уйти отсюда со своим сыном, когда с опасностью будет покончено. Ей будет гораздо легче, если она позаботится о том, чтобы к тому времени сердце ее все еще оставалось свободным.

Ромео заметил ее холодность в тот момент, когда Мэйзи спустилась по ступеням террасы. Взгляд, который она бросила на него, был настороженным. Словно между тем временем, когда они разговаривали в кабинете, и тем временем, пока она переодевалась, она замкнулась в себе.

Он наблюдал за тем, как она положила солнцезащитные очки на столик и подошла к краю бассейна, со сдержанной улыбкой наблюдая за выходками сына. Впервые в жизни Ромео испытал потребность узнать, что чувствует женщина. Обычно когда женщины, с которыми он встречался, начинали так себя вести, это было показателем того, что они станут просить у него чего-то большего. Его времени. Обязательств. По этой причине он категорически сводил свои связи либо к нескольким неделям, либо к одиночному уикэнду. Ему нечего было предложить женщине, кроме хорошо проведенной ночи в постели и щедрого прощального подарка на следующее утро.

Так что означало такое поведение Мэйзи?

- Быстрее, быстрее! - кричал Люк, сидевший на спине Ромео. - Мама, давай плыть наперегонки!

Он протянул руки к матери. Мэйзи улыбнулась и подплыла к ним, все еще избегая взгляда Ромео. И продолжала держаться на заметном расстоянии от них, пока они плескались и плавали от одного края бассейна к другому.

Наконец Ромео вытащил уставшего, но протестующего Люка из воды. Мэйзи последовала за ними. Она вытерла сына, прежде чем увести его в дом. Когда она вернулась и легла на свой шезлонг все с тем же отстраненным видом, Ромео прищурил глаза.

- Я не люблю таких внезапных смен настроений, - резко сказал он.

Она повернула голову в его сторону.

- Что?

- Ты была в хорошем настроении, когда уходила из кабинета. Очевидно, что-то произошло после этого. Что именно?

- Ничего. Я просто обдумала ситуацию, вот и все.

- И каков был результат?

Она улыбнулась яркой, фальшивой улыбкой.

- Я осознала, что ты прав. У нас с Люком никогда не было отпуска. Пребывание здесь будет полезно ему… и всем нам. И если найду, чем заняться, я не стану спорить с тобой по мелочам.

Он выслушал ее и пришел к выводу, что это только половина правды. Он откинулся на шезлонге и стал придумывать, как бы заставить ее сказать всю правду.