Мэйзи тупо уставилась в эти горящие золотом глаза, уверенная, что ослышалась.

- Что ты сказал?

- Famiglia уже не такая могущественная, как была когда-то. Но тем не менее я не планирую сбрасывать их со счетов. Если ты выйдешь за меня замуж, это даст тебе и Люку защиту, без которой вы будете очень уязвимы.

- Ни за что. Я не могу… не могу выйти за тебя замуж! Мы почти ничего не знаем друг о друге.

- Мы находимся в необычных обстоятельствах. Кроме того, тебе не кажется, что однажды мы уже поступили необычно?

Она рассмеялась, но в этом смехе слышалась боль.

- Это неслыханно. Ты должен найти другой способ защитить Люка.

- Другого способа нет. Существуют неписаные законы, gattina. Хоть они и бандиты, но они уважают семью. Если ты выйдешь за меня замуж, это будет означать, что и ты, и Люк находитесь вне их досягаемости.

- Но все равно это не даст стопроцентной гарантии, разве нет?

Ромео пожал плечами:

- Ничто в жизни не даст стопроцентной гарантии. Я не имею намерения связываться с ними, но они могут пытаться оказать на меня давление. Временный брак - наш лучший выход.

- Ни за что. Я не могу этого сделать, Ромео. Я… я не могу вот так просто изменить свою жизнь и вырвать сына из привычного окружения, чтобы уехать неизвестно куда и каждую минуту оглядываться по сторонам.

- Но можешь ли ты честно сказать, что будешь мирно гулять по парку, зная, что жизнь нашего сына может оказаться в опасности в любую минуту?

Она содрогнулась.

- Это несправедливо, Ромео.

Его горький смех словно обжег ее.

- Жизнь никогда не бывает справедливой, gattina, - прошептал он ей на ухо. - Поверь мне, я знаю из первых рук, насколько несправедливой может быть жизнь. Поэтому я не хочу того же для нашего сына. Он будет законно носить мое имя и находиться под моей защитой.

- Мы можем еще…

- Мы можем еще сделать многое, - сказал Ромео. - Но ничто не будет таким эффективным, как то, что я предлагаю. По крайней мере, это даст нам время найти другое решение.

- Нет! - закричала Мэйзи. Та часть ее, которая еще помогала ей удерживать контроль, отступила перед надвигающейся истерикой. - Я не сделаю этого! Я не…

Она судорожно выдохнула, когда сильные руки сомкнулись вокруг нее, и она оказалась прижатой к его телу.

- Basta![10] Нет повода закатывать истерику.

Она попыталась высвободиться, но он только крепче прижал ее к себе.

- Я не закатываю истерику, - солгала она. Но в голове у нее все спуталось. А близость Ромео только ухудшала дело. Положив руки ему на грудь, Мэйзи попыталась оттолкнуть его. - Отпусти меня, Ромео.

- Успокойся, тогда отпущу.

Она замерла, потом совершила ошибку и посмотрела ему в лицо.

Он смотрел на нее мягким взглядом, губы его слегка приоткрылись. Выражение его лица вызвало в ней ответные опасные чувства.

- Нет… - прошептала Мэйзи.

Но его голова начала склоняться, и спустя секунду его горячие, чувственные губы коснулись ее губ. Мэйзи оказалась совсем в другом, затруднительном положении. Она чувствовала себя так, словно все ее тело было наэлектризовано.

Он застонал и прижал ее еще ближе. Казалось, что между ними вспыхнуло пламя. Мэйзи провела руками по его плечам и спине.

Сексуальный голод, который она заставила себя похоронить, внезапно ожил и настойчиво захлестнул ее. Когда его рука обхватила ее грудь и он начал поигрывать ее соском, Мэйзи захотела крикнуть, «Возьми меня!»:

Но даже это потребовало бы от нее слишком большого усилия, настолько она была одурманена его поцелуями. Ее пальцы пробежались по его спине и вцепились ему в волосы, и она полностью отдалась переполнявшим ее чувствам.

- Gattina… моя маленькая дикая кошечка, - простонал он, покрывая поцелуями ее щеки.

Мэйзи ахнула, когда он куснул ее за мочку уха.

- Ромео.

Он снова приник губами к ее губам, и Мэйзи решила, что уже умирает от избытка удовольствия.

- Мама!

Они отпрянули друг от друга, тяжело дыша. Ромео казался ошеломленным, его щеки горели, золотистые глаза были горячими, напряженными и исполненными желания.

- Мама!

Она, пошатываясь, направилась к двери, ведущей в холл.

- Gattina.

Она не хотела слышать это слово, не хотела, чтобы ей напоминали, что она вела себя как похотливая кошка. Но все же обернулась и встретила его пылкий взгляд.

- Поправь свою блузку, - прошептал он.

Мэйзи опустила глаза и увидела, что ее блузка расстегнута. Она не имела ни малейшего представления о том, как это случилось. Покраснев, она дрожащими руками привела блузку в порядок и поспешила в комнату сына.

Он сидел в кровати, потирая глаза кулачками и надув нижнюю губку. Мэйзи села рядом, посадила его к себе на колени и крепко обняла.

- Ну, золотце. Тебе приснился плохой сон?

- Да. Это был плохой гоблин.

Его губы задрожали, и он уткнулся лицом ей в плечо.

- Все теперь хорошо, детка. Мама с тобой. Я прогоню гоблинов, так что они тебя не тронут.

Он сонно хихикнул и глубже зарылся в ее объятия.

Минуты шли, а она сидела, покачивая его, пока он снова не заснул. Нежно поцеловав его в лобик, она уголком глаза уловила какое-то движение. Подняв голову, увидела стоявшего в дверях Ромео.

Еще не успокоившись после всего пережитого, Мэйзи с трудом соображала и не нашла подходящих слов, поэтому просто молча смотрела, как Ромео вошел в комнату, склонился над ними и нежно погладил Люка по спинке.

Когда его глаза встретились с ее глазами, она затаила дыхание, увидев решимость, которая таилась в ореховой глубине.

- Ты прогонишь его воображаемых гоблинов. Но что ты станешь делать с настоящими? - проговорил он тихо и настойчиво.

- Ромео…

- Я позабочусь о них. Все, что от тебя требуется, - это взять мою фамилию. Думай об этом просто как о способе выиграть время.

Он перевел взгляд на спящего Люка. Его рука поднялась, словно он хотел дотронуться до него, но он тут же снова положил ее на постель. У Мэйзи перехватило дыхание.

- Ты хочешь заботиться о нем, не правда ли? - пробормотала она.

По его лицу пробежала тень, но оно мгновенно снова стало непроницаемым.

- Еще двадцать четыре часа назад я не знал о его существовании. Но он мой, а я привык заботиться обо всем, что мне принадлежит.

Ромео бережно забрал у нее Люка, положил его в кровать и накрыл одеялом. Потом выпрямился.

- Давай закончим этот разговор. Сейчас.

В его голосе прозвучали командные нотки.

Когда они вернулись в гостиную, Мэйзи настороженно посмотрела на Ромео.

- Так в чем проблема? - спросил он.

Она сцепила руки.

- С чего ты хочешь, чтобы я начала? Даже если бы я хотела согласиться на твое предложение, что будет с нами?

Он нахмурился:

- С нами?

- Да, с нами. С тобой и со мной. Мы практически незнакомы. Что дает тебе основание думать, что мы продержимся под одной крышей хотя бы день?

Он пожал плечами:

- Я полагаю, что, если мы оба будем понимать, что поставлено на карту, мы сможем это уладить.

А на карту было поставлено благополучие ее сына. Все это было ради Люка. Она была просто лишним пассажиром в этой поездке. Поцелуи, которыми они обменялись, были лишь остатками гормонального взрыва с их прошлой встречи. И ничем более.

В первую очередь, причиной того, что Ромео находился здесь, был Люк. Она ни на секунду не сомневалась, что ее отказ не заставит его уйти. Человек, стоявший перед ней, потребует своего сына. Она знала это наверняка.

- Мэйзи?

- Я не знаю, что сказать…

Он ждал.

- Прежде чем я соглашусь, мне нужно твое заверение, что ты решишь эту проблему как можно быстрее.

Его ноздри раздулись, но он кивнул:

- Si.

- И что ты будешь сообщать мне обо всех изменениях, касающихся защиты Люка.

- Даю тебе слово.

- О'кей… тогда я выйду за тебя замуж.

В его глазах сверкнули золотые огоньки, и он кивнул.

- Я сам все подготовлю. Тебе не придется ни о чем заботиться.

С этими словами он подошел к софе, на которой лежало его пальто, и надел его. Она застыла от удивления.

- Ты уходишь?

- Мне нужно сделать несколько телефонных звонков. Я вернусь утром.

Несколько часов спустя Мэйзи поняла, что заснуть ей так и не удастся. И она все еще не спала, когда в шесть часов утра в ее дверь громко постучали.

- Есть какая-то особая причина вламываться ко мне на рассвете?

Ромео приподнял бровь, глядя на сердитый взгляд, направленный на него из-под золотистых волос.

- Я бы позвонил, но не хотел разбудить Люка.

Он также не хотел давать ей шанс отказаться от того, на что убедил ее согласиться накануне.

Но она продолжала мрачно смотреть на него.

- Полагаю, мне нужно выразить благодарность за такую предупредительность.

- Я вижу, ты не жаворонок.

- Очень тонкое наблюдение.

Только тут он заметил тени под ее глазами. Возможно, ему нужно было прийти чуть позже. Но он устал ходить из угла в угол в своем номере в отеле. И он подозревал, что, если дать ей время опомниться, она откажется от своего слова.

Ромео не собирался давать ей это время.

Он не отводил взгляда от Мэйзи, которая стащила с запястья резинку для волос, взяла ее в зубы, а потом собрала свои тяжелые шелковистые волосы в узел на затылке. Когда она подняла руки, ее ночная сорочка задралась вверх, обнажив стройные ноги и бедра.

Его охватило пламя, и его взгляд упал на ее тяжелые точеные груди.

Она, похоже, заметила его возбуждение, и ее глаза слегка потемнели.

Ромео подавил свое желание и отбросил воспоминание о том, как он держал эти груди в руках накануне вечером. Повторения вчерашней разожженной похотью сцены не будет. Ромео не имел намерения позволить сексу разрушить его планы.

Он не понаслышке знал о том, как одна минута безумия может повлиять на всю дальнейшую жизнь. Он появился на свет благодаря этому. Это было причиной того, что мать все годы обвиняла его в том, что он разрушил ее жизнь. И это было причиной того, что здесь находился его сын.

Мэйзи взглянула на него и отвела глаза. Но в этом взгляде Ромео уловил колебание, которого он так боялся. Он стиснул зубы.

- Сомнения - вещь вполне естественная. Но нужно всегда держать в виду всю картину в целом.

Она закусила губу.

- Я не верю, что это происходит.

- Это происходит, gattina… Мы скажем Люку, когда он проснется. Есть ли еще кто-нибудь, кого ты хочешь поставить в известность? Твои родители?

Выражение ее лица стало замкнутым.

- Мои родители больше мною не интересуются. А если бы и интересовались, это была бы прекрасная новость для них. Их единственный ребенок выходит замуж за отца своего сына из-за угроз со стороны мафии. - Ее губы скривились в горькой усмешке. - Сколько времени у меня есть, чтобы привести все в порядок? Мне понадобится по меньшей мере несколько дней, чтобы… Ты качаешь головой. Почему? - резко спросила Мэйзи.

- Мы уезжаем сегодня утром.

- Но это невозможно. Мне нужно упаковать вещи и найти подходящего человека, который управлял бы рестораном, пока… - Она замолчала и нахмурилась. - Я смогу вернуться в скором времени?

- Нет, некоторое время не сможешь.

- Как долго продлится это некоторое время?

- Несколько недель, может быть, несколько месяцев. Будет лучше, если ты на время забудешь об этом месте.

- Тебе легко говорить, - возмутилась Мэйзи. - Тебе не пришлось работать добрых два года днем и ночью, чтобы поставить бизнес на ноги.

Ромео позволил себе слабую улыбку.

- Я немного знаю о том, сколько тяжелой работы требуется, чтобы раскрутить бизнес. Скажи мне, что нужно сделать, чтобы ускорить твои сборы.

- Мне нужно поговорить с Броной, чтобы она взяла на себя управление, и…

Ромео прервал ее:

- Известный шеф-повар приедет в девять часов, чтобы взять на себя каждодневное управление рестораном. Как только Люк проснется, сюда прибудет бригада перевозчиков, чтобы упаковать ваши вещи. Мы сделаем остановку в Лондоне, где поженимся в четыре часа дня. После этого мы прямо из Лондона полетим на мой остров на Гавайях.

- Но… мы не можем пожениться так быстро, - выпалила она. - Нам потребуется специальная лицензия, а на это нужно…

- Я уже позаботился об этом.

Она покачала головой:

- Все происходит слишком быстро, Ромео.

- Чем быстрее я смогу взять вас под защиту, тем быстрее я смогу сконцентрироваться на проблеме с Лоренцо.

Он увидел в ее глазах опасение и мысленно выругался.

Мэйзи сложила руки на груди. Ромео с трудом заставил себя не опускать свой взгляд ниже ее шеи.

- По крайней мере, у нас есть время обсудить, каким именно будет наш брак?

Он напрягся:

- Прошу прощения?

- Ну, это же не будет обычный брак? Как ты сам сказал, мы делаем это, чтобы обезопасить Люка, так что я полагаю, что физическая сторона брака не будет частью нашего договора.

Несмотря на то что он говорил себе в точности то же самое после того, как накануне они потеряли контроль, что-то сжалось у него внутри, словно его отвергли. Ромео стиснул зубы.

- Если ты этого хочешь, так и будет.

Мэйзи опустила глаза.

- Да, я этого хочу. Думаю, ты согласишься, что секс зачастую вносит дополнительные ненужные сложности.

Она покраснела, и Ромео был поражен тем, какой невинной она выглядела.

- Si. Люк для нас самое главное.

Почему ему было так трудно это произнести?

Она быстро кивнула.

- Я пойду оденусь. Он уже вот-вот проснется.

Мэйзи направилась к двери, потом остановилась и обернулась.

- Я хочу, чтобы Брона осталась помощником менеджера. Она была мне большой поддержкой, и я не хочу, чтобы новый менеджер вышвырнул ее, когда я уеду, хорошо?

- Если это тебя успокоит, так и будет сделано.

Она снова кивнула и вышла из комнаты.

У него в кармане завибрировал телефон, и он поспешно вытащил его до того, как тот начал звонить. Его охватила ярость, когда он увидел знакомый код региона. Выйдя из кухни, Ромео ответил на звонок.

- Ты, возможно, не привык слышать слово «нет», но, если хочешь иметь со мной дело, тебе придется смириться с тем, что я свяжусь с тобой, когда буду готов.

- У тебя есть преимущество молодости, Брунетти, а мне приходится считать минуты.

- Может быть, тебе стоит вспоминать об этом, прежде чем снова испытывать мое терпение, - проскрежетал он.

Лоренцо рассмеялся.

- Думаешь, я не знаю, что ты затеял? Ты можешь обеспечить своему figlio защиту, но ты по-прежнему должен позаботиться о своем наследстве.

Ромео разозлился еще больше.

- Мое наследство не включает в себя обязанность потакать старикам, отчаянно цепляющимся за старые способы ведения дел.

В первый раз Лоренцо, казалось, заколебался.

- Брунетти…

- Не звони мне больше. Я сам свяжусь с тобой, когда сочту нужным.

Он прервал разговор и обернулся, услышав смех своего сына. Этот звук пронзил его, и он на мгновение застыл на месте.

Джанлука был его наследством. Которое он готов был защищать ценой своей жизни, если потребуется.

Его сын возбужденно ворвался в гостиную.

- Мама сказала, что мы сегодня полетим на самолете!

- Да, вы будете жить у меня некоторое время.

- А у вас большой дом?

У Ромео приподнялся уголок губ.

- Он достаточно большой для моих нужд.

Люк задумчиво наклонил голову.

- А там есть пруд с утками?

- Пока нет, - ответил Ромео, а потом поддался искушению сделать большее, сделать этого маленького мальчика счастливым. - Но я построю его для тебя.

У Люка округлились глаза.

- Мой собственный пруд с утками? - прошептал он с благоговением.

У Ромео странным образом сжало горло, ему было трудно глотать.

- Si… да. Твой собственный.

Ослепительная улыбка засияла на лице его сына.

- Ух ты! А можно еще надувной замок?

Ромео открыл рот, но Мэйзи покачала головой:

- Мы обсудим это позже.

Люк продолжал сиять.

- Это будет самое прекрасное приключение на свете!

И, не будучи в состоянии говорить, Ромео смог лишь кивнуть.