Когда невежда умствует — о боже мой,

Куда глядеть? Куда бежать? Как вынести?

Ужасно выносить глупца суждения[528],

До крайности ужасно, коль в почете он;

Но если он — юнец из дома царского, —

Вот это уж доподлинно «увы и ах».

Насколько предпочтительней с разумными

Нужду терпеть, чем богатеть с невеждами!

Так дай же мне, о боже правый, бедствовать

С мужами просвещенными и мудрыми;

Все лучше, чем довольство посреди глупцов!

Доверься в дружбе другу дружелюбному[529],

Но берегись невежду выбирать в друзья.

Во всем победу женский род снискал себе:

Так учит Ездра, подтверждает — истина[530].

Хоть женщина красивая, — конечно зло,

Но все же в красоте немало радости;

Но если и пригожесть у нее отнять, —

Двойное зло: и радоваться не на что!

Муж некий, изувеченный и скрюченный,

Плешивый, однорукий, черный, сморщенный,

Хромой, кривой, глухой и заикавшийся,

Заслыша брань какого-то похабника,

Пропойцы, плута и головореза, — так

Ответил на издевки злоязычные:

«В моей судьбине горькой неповинен я,

Уродом уродился не своей виной.

Вот ты — ты сам в своей повинен гнусности:

Ведь не создатель ею наделил тебя.

Все сам наделал, сам терпи и сам казнись».