Глазам не верю! Ты — писать отважился?

Максим — писатель? Право, дальше некуда!

Каких же псов бесстыдство мне с твоим сравнить?

Ну, времена настали! Все позволено:

Зато кругом плодятся, как грибы растут

Начальники, наставники, епископы —

Все без труда, без пота, без учения!

И что мы видим? По углам разогнаны

Способности и доблесть затирается:

Зато победоносное невежество

Чуть рот раскроет, дерзостью одной берет!

Попробовал бы выступить без выучки

Стрелец, канатоходец!.. Или нынче так:

Была бы наглость — знаний не потребуют?

Тебя, быть может, мудростью исполнили

Нежданно музы, как бывало в древности?

Иль же лавр священный Фебов обуял тебя,

Или родник исполнил силой вящею,

Что наш Максим безграмотный писать взялся?

О, подивитесь делу непостижному:

Саул[99] попал в пророки, в мудрецы — Максим!

Но кто же после этого воздержится?

Чернила и бумага у любого есть.

Чего робеть! Хватайся за перо, строчи,

Сбирай толпу, лови рукоплескания.

Не бойся тех, кто смыслит: так немного их!

Толпа же из максимов составляется.

Толпе спеши понравиться; а там наплюй

На всех ученых вместе с их ученостью:

И впрямь, смешны мы!

Но когда притиснет враг.

Смелеет смирный: ярость да охватит нас!

Да в самом деле, буйствует ругатель всласть

А нам и посмеяться не позволено?

(А уж куда как много здесь забавного!)