Царствия небес благородный консул,
Мы к тебе взываем с мольбой, да явишь
Курию Олимпа для нас отверстой,
Аполлинарий!
Слуг твоих да примет Ключарь небесный,
Что утешен много питомца славой
И ликует, вняв, как тебя величит
Мерное пенье.
Ибо ты Равенне, в ночи косневшей,
Вверженной во мрак и обман кумиров,
Утренней Звездой возблистал с Востока
Пламеннозрачно.
Иренея отпрыск, незрячий прежде,
Зрит, дивясь, тебя, как светило мира;
Ты ж уму отца, как и взору сына,
Свет открываешь.
Не поможет Фекле врачей искусство,
Не помогут сонмы богов безбожных;
Но тобой она спасена и к небу
Очи подъемлет.
Радостно глаголют уста классийца,
Что разверсты мощью твоей молитвы,
И, слова слагать научившись, славят
Отчее Слово.
Деву, что двоякой подпала смерти,
Воздвигаешь ты от греха и тлена;
Се, дыханьем — плоть, благочестьем — сердце
Животворится.
Славу и хвалу мы Отцу приносим,
Что Своих святых возвеличил дивно,
С Ним же Сыну честь и Святому Духу
Буди вовеки.
Да славословят ангелы,
Да песнословят верные;
Страдальца преставление
Есть миру просветление!
Народам проповедавший,
О Боге им поведавший,
Аполлинарий казнями
Прославлен несказанными.
Святой твердит и в пламени
Христова славу имени;
Один, помыслишь, мучится,
Другим же слово молвится.
Разъяты члены дыбою,
Испытан правый пыткою;
Се рана раной ранима
И мука мукой мучима!
На плоть, в огне горящую,
Струю лиют кипящую:
Над жертвой всесожжения
Вершатся два заклания!
Сей ратоборец доблестный,
Антиохией взрощенный,
Воспринят в часть блаженную
Спасенною Равенною.
Славна святая Троица,
Кем все столь дивно строится,
Что нам и вины древности
К духовной служат радости!
Се круг небес вращается, —
И день святой светлеется,
В который муж апостольский
Стяжал венец страдальческий.
Сколь славно преставление,
Что к жизни есть рождение!
Тот жизнь обрел нетленную,
Кто смерть приял священную.
Совлекшись тела бренности,
Облекшись в ризу радости,
Расторгнув узы дольние,
Он видит светы горние.
Ликуй, благословенная
Равенна осиянная:
Что Рим обрел в Наставнике,
Имеешь ты в Наперснике!
О, наш предстатель благостный,
Вонми молитве ревностной,
И в день Суда последнего
Моли за нас Предвечного!
Величим Безначального
И с Ним Собезначального,
И Духа дуновение, —
Сих Трех единосущие!
Многосветлый перл Властодержца вышних,
Образ чистоты и зерцало братий,
От немирного, Бенедикте, мира
Ум возведи наш.
Дольний прах презрев, воспаряя к звездам,
Ты понудил к вере тебя родивших;
Ты ж сосуд разбитый, призвавши Бога,
Целым содеял.
В малом теле многую мощь являя,
Ты несешь труды, побеждаешь старость,
Всей душой ревнуешь о строгом долге
Жизни уставной.
Отрока, что был погребен обвалом,
Ты, возвысив глас, воскресил молитвой,
Чувства во плоти, как и плоть во здравье
Восстановляя.
В образе святом голубицы мирной
Сестрину ты зреть удостоен душу,
Возлетевшую до верховных высей
Звездного круга.
Так и сам, победу стяжав над миром
И окончив брань, ты восходишь к небу,
По стезе, горящей огнем созвездий.
Шествуя дивно.
Песнию величим Отца и Сына;
Равная Им честь, и одно хваленье,
С Ними же и Духу, что круг вселенной
Весь исполняет.
Девственник и дивный служитель Девы,
Что в словах святых славословил Слово,
Молим, да паденья изгладишь наши,
О, Иоанне!
Ты спешишь оставить отца по плоти,
Горнего Отца в небесах взыскуя;
Мрежи покидаешь, рыбарь; к ловитве
Душ ты отозван.
Как река лиясь от истоков вечных,
Ты течешь и мир напояешь целый,
Ибо сердце, к сердцу приблизясь, тайно
Мудрость впитало.
Похвала земли и светильник неба,
Испроси для нас от Владыки милость
И уму отверзни святые бездны
Богопознанья.
Созерцая свет сокровенный Слова,
Все усилья лжи ты разрушить властен.
Возведи ж и нас, Вождь умов прозревших,
К вечному Лику.
Песнию величим Отца и Сына;
Равная Им честь, и одно хваленье,
С Ними же и Духу, что круг вселенной
Весь исполняет,
Радость мира ты и звезда, от коей
Солнца свет возник, родился Создатель,
Грешным руку дай, окажи нам помощь,
Дева Мария.
Ты ведь лествица, созданная Богом,
По какой с высот сходит вышний долу,
Даруй нам взойти от земли до самой
Неба вершины.
Сладкогласный хор ангелов блаженных,
Лик апостолов и святых пророков
Гимнами тебя, вечно славословя,
Чтят после Бога.
Ты чертог святой вышнего Владыки,
На семи столпах мудрости стоящий;
Ты, кого весь мир охватить не в силах,
В чреве вместила.
Ты грозу небес и погибель аду,
Господина рек и морей и вихрей,
В честь кого поют и восток и запад,
Держишь в объятьях.
Молоком своим ангельским питая,
В лоне девственном ты несешь того, кто
Властвуя над всем, в равновесье держит
Тяжесть земную.
Беспредельного мы Христа прославим,
Кто, рожден святой девою Марией,
Равный и Отцу и святому Духу,
Царствует вечно.
Воспомни, Господи Иисусе Христе, что не золотом или серебром, но ценою собственной крови ты меня искупил; и если ты — источник дома Давидова, открытый для омовения грешника и кровоточащей, ужели один только я, Господи, буду лишен такой милости и останусь вне пределов твоего искупления? Увы мне, всемилостивый Господи, предашь ли ты меня с одеждой твоего возрождения, которую дал мне со знамением святого Креста, начертанного тобою на челе моем, в руки диавола, и с самыми твоими Символами мучиться на вечном огне? Знаю, Господи, сколь велико милосердие твое: ты, коль я искренне обращусь к тебе, тотчас же примешь меня. Но поелику из-за полной моей бренности и невежества моего обращение мое не может совершиться достойно без твоей помощи, ты обрати меня, Боже, спаситель мой, ты просвети душу мою, ты направь меня, ты зажги во мне пламя Любови твоей. Но, быть может, о всеправедный и всеблагой Господи, столь велики грехи мои, что никакого моего раскаяния недостанет для их сокрушения? Вот тело мое, через которое я, несчастный, тебя оскорбил: ты, врачеватель душ, бей, бичуй его; либо проказой, либо иными любыми тебе угодными страданьями жесточайше терзай. Я — всецело творение твое, создатель мой; опоясай меня плетьми твоими и не предавай меня в руки врага моего; или, если столь возрастет неправедность моя, что не будет ей искоренения в жизни сей, повели до самого дня суда твоего быть мне угнетаему карами и наказаниями, дабы по крайней мере тогда удостоился я оказаться последним из всех тобою избранных. Да минует меня жажда славы: довлеет мне лишь избегнуть казни.
Но поелику моления мои, возносимые столь нечистыми устами, недостойны восходить к тебе, молю я тебя, благодатная дева Мария, храм Бога живого, чертог царя вечного, святилище Духа святого, благословенная в женах; обоняю сердцем моим благоуханное поле чрева твоего, ибо на этом поле произросла единственная и несравненная лилия, из коей возник нераздельно с нею весь росток духовных доблестей, ибо ты — небесная почва, приносящая плод свой, ты — вещество небесной Премудрости, из коего создала она храм собственному телу. Ты исполнилась духа святого; тебя несказанно осенила благодать Высочайшего; ты отнеси мольбы мои Сыну, создателю твоему! Но нет: ты сама моли за меня, ты умоляй, ибо молитвы твои не могут быть презрены, просьбы твои в очах его не пребудут ничтожными. Вот, Владычица моя, меня, несчастного, застигнутого на месте преступления, ведут на виселицу, влекут на меч, тащат на казнь. Да взойдет Царица мира, да воспротивится, да приступит к Сыну и освободит обвиненного.
Явись и ты, о Михаил, архистратиг воинства небесного, грядущий при светопреставлении губитель Антихриста, дерзко восстающего на Бога, и низвергни его, хотящего царить в сердце моем. Избавь от искушения душу мою, доколе живет она в теле моем, дабы по кончине моей ты достойно представил ее Создателю. Помоги мне и ты, благословенный Гавриил, благовеститель божественного бракосочетания: спаси молитвами своими меня, жалкого грешника, ты, посланный возвестить пришествие в мир освободителя грешников и несчастных. Исцели скорбную душу мою и ты, святой Рафаил, ты, отогнавший злого духа от Сарры и вернувший Товиту утраченное им зрение; изгони злобного духа, тщащегося отстранить от души моей истинного Христа, и пролей сияние света на темное сердце мое. Молите за меня, все святые ангелы, все святые архангелы, все святые силы, все святые власти, все святые начала. Моли за меня, святой хор престолов, моли за меня, святой хор херувимов, моли за меня, святой хор серафимов. Молите за меня, все святые патриархи, все святые пророки. Да молит за меня праведный собор апостолов. Да молит за меня белоснежный хор мучеников. Да молят за меня все святые исповедники и все святые девы. Молите за меня, несчастного и безмерно скорбного, владыки мои, все святые божии.
И есть ли столь ужасная многогрешность, которую столькие небесные соборы были бы не в силах сокрушить своим заступничеством? Ибо не можете вы быть лишены милосердия, будучи неразрывно соединены с самим источником милосердия. Знаю, Господи, что недостоин я достичь священных порогов церкви твоей, ни поднять несчастных очей к небу. Недостоин я благословенное и преславное имя твое произносить своими порочными и нечистыми устами; но да снидет, молю, Дух твой в душу мою и очистит всю эту скверну. Ибо даже если солнце, не принадлежащее к наивысшим твоим творениям, обладает такими силами, что уничтожает грязь, освещает земли, оплодотворяет пашни, то насколько же действеннее будет единовечный и единосущный тебе Дух, если удостоит озарить эту чахнущую и обнаженную от листвы тростинку и тотчас заставит ее зазеленеть! И не бессилен будет он одеть ее цветами добродетелей и красою зреющих плодов. Приди, Господи Иисусе, вселись, пресладостный, в меня. Благоухание твое побеждает все ароматы, сладость твоя превосходит все медовые соты. Приди, молю, и крепко огради меня судом твоим, дабы ни в чем, ни в единой части не счел меня своим достоянием мучитель, но яви меня всецело твоим храмом, ибо ты Господь и Бог мой, живой с Отцом и Святым Духом и властвующий во веки веков. Аминь.
Тебя молю, тебе поклоняюсь, тебя славлю, тебя восхваляю, благословенный, всемогущий Отец и Сын и Святой Дух, триипостасный и единый Боже. Помоги мне, Господи, оправдай меня, исправь меня, очисти меня, Царю и Боже мой. Дай мне кротость, крепость, воздержание и разумение. Дай мне совершенную веру, надежду и любовь. Надели меня духом мудрости и благомыслия, совета и крепости, знания и благочестия и страха пред тобою. Одожди и ноги мои и главу мою. Благослови меня и росою неба и туком земли. Умягчи, Господи, окаменелое сердце мое. Дай угрызение и сокрушение сердечное, дабы оплакивать мне неисчислимые грехи мои. Недостоин я, Господи, войти в церковь твою. Не смею поднять скорбные очи мои к небу, ни произнести имя твое устами моими; но ты, создавший меня по изволению и ведению твоему, помилуй меня, Господи Боже мой.