В XII в. европейская драма далеко ушла вперед от той зачаточной простоты, образец которой мы видели в «Действе о посещении Гроба». Выработался обширный репертуар, насчитывавший несколько десятков вариантов литургических пьес. Подавляющая часть их разрабатывала два сюжета — пасхальный (как «Действо о посещении Гроба») и рождественский. Менее распространены были другие новозаветные сюжеты (воскрешение Лазаря, обращение Павла), сюжеты богородичного цикла (введение во храм, благовещение и др., обычно с малой драматической разработкой), ветхозаветные сюжеты (Исаак и Ревекка, Иосиф и его братья, Даниил) и некоторые другие (притча о мудрых и неразумных девах, действо о святом Николае). К числу самых редких и самых интересных принадлежит помещаемое здесь действо об Антихристе. Интерес его в том, что здесь действие уже вполне отделилось от литургического обрамления, оформилось в замкнутое художественное целое и проникнулось важными элементами не церковной, а светской идеологии — имперской идеологии времен Фридриха Барбароссы.

Представление об Антихристе имеет очень древние корни. Оно восходит к дуалистическим идеям Востока о борьбе за власть над миром между дьяволом и богом, причем в предпоследний момент одолевает дьявол, а в последний — бог. Оно получило разработку у иудейских пророков, учивших, что за предельным унижением праведных последует предельное их торжество; отголоски этих представлений имеются в Новом Завете. Дохристианская традиция подчеркивала в лжемессии воинственность, и жестокость, христианская стала подчеркивать в нем коварство и соблазн, представляя его как антипода истинного мессии, Христа. В IV в. к легенде об Антихристе добавилась деталь из сивиллиного пророчества: последний римский император перед Антихристом должен овладеть всем миром, а потом сложить с себя венец в Иерусалиме. В таком виде и была изложена легенда об Антихристе в основном источнике эсхатологических сведений западного средневековья — в небольшой книжке Адсона «Об Антихристе», посвященной королеве Герберге французской (X в.). По Адсону, Антихрист будет из евреев, родится в Вавилоне, волхвы обучат его волхвованию; тотчас после отречения последнего императора он придет в Иерусалим, нетвердых в вере соблазнит, твердых сокрушит и займет престол в храме. Его гонцы разойдутся по всему миру, страхом, дарами и ложными чудесами обращая к вере в Антихриста христиан, иудеев и язычников и Ставя им знак на лбу. Срок его власти будет три с половиной года; потом его станут изобличать пророки Енох и Илия, их и поверивших им побьют камнями, но на третий день они воскреснут; потом господь поразит Антихриста и установит царствие свое.

Именно этот сюжет и инсценируется в «Действе об Антихристе». Соответственно его членению и пьеса членится на три части: покорение мира императором и низложение венца; покорение мира Антихристом и его торжество; появление пророков и падение Антихриста. Две первые части симметрично начинаются доксологией: Христианство, Иудейство и Язычество поют песни, излагая каждое свое вероисповедание (в рукописи эти песни сохранены неполностью). Появление Антихриста искусно подготовлено: все остальные действующие лица занимают места на сцене с самого начала, один Антихрист является в середине действия. Очень умело построен конец пьесы: Антихрист, одержав полную победу, поет о своей власти слова «Мир и безопасность!», между тем как эти слова — роковые для него (I Фессал., 5, 3: «Ибо когда будут говорить: мир и безопасность, тогда внезапно постигнет их пагуба, подобно как мука родами постигает имеющую во чреве, и не избегнут»): таким образом, он сам — причина своего смертного часа, как Фауст в позднейшей легенде. Пьеса написана стихами, тяжеловатыми, но ясными и сильными; 13-сложные, 14-сложные и 15-сложные стихи сменяются по репликам и сценам, придавая им выразительное своеобразие; в переводе эта игра стиха передана с совершенной точностью. Не случайно «Действо об Антихристе» ставилось на сцене и перекладывалось на музыку уже в XX в.

Своеобразие, внесенное в разработку этого сюжета неизвестным автором пьесы, — прежде всего, политического свойства. Пьеса проникнута немецким националистическим пафосом (насколько можно говорить о национализме применительно к феодальной эпохе). Прежде всего «император» представлен не отвлеченным «римским императором», как в адсоновской легенде, а отождествлен с германским королем, как это было политической реальностью в XII в. В первой части пьесы прославляется победа императора над французским королем, потом иерусалимский король жалуется, что с отречением императора ему стало трудно держаться на своем престоле, потом император более стойко, чем кто бы то ни было, сопротивляется водворению Антихриста, покоряясь только при виде совершаемых чудес. Все это заставляет предполагать, что пьеса — немецкого происхождения и относится к первому десятилетию правления Фридриха Барбароссы (1152—1189). Его натянутые отношения с Францией сказались на изображении отношений «императора» с «французским королем» в пьесе; его натянутые отношения с папой объясняют, по-видимому, почему в пьесе о судьбах христианской веры папе отведена лишь немая роль. Скорее всего, пьеса датируется временем около 1160 г.: около 1162—1164 гг. рейхерсбергский аббат Герхох, бурный обличитель пагубных нравов современности, написал трактат о приближении Антихристова времени, в котором, между прочим, упоминает, что клирики, разыгрывающие в лицах пришествие Антихриста, таким неподобающим поведением сами способствуют этому пришествию. Так как других пьес об Антихристе мы не знаем (наша пьеса тоже большого распространения не получила и сохранилась только в одной рукописи), то можно предположить, что до Герхоха дошли слухи о постановке именно этого «Действа».

Таким образом, «Действо об Антихристе» принадлежит к тому культурному кругу, центром которого был во второй половине XII в. императорский двор Фридриха Барбароссы и к которому принадлежали, например, историк Оттон Фрейзингенский и поэт Архипиита Кельнский.