«Дафнис, оплачем кукушку, оплачем нашу кукушку![349]
Мачеха злая ее, ах, отторгает от нас[350].
Голосом слезным звеня, вдвоем мы оплачем кукушку:
Ты, о Меналк, начинай — старшему первая песнь».
— С нами, кукушка, жила ты и тешила нас кукованьем —
Ах, в злополучнейший час ты улетела от нас!
Где ты теперь, в каком далеке от меня ты сокрылась?
Горько нам памятен день нашей разлуки с тобой.
Род людской, и лесное зверье, и крылатое племя —
10 Плачут теперь о тебе, нашему плачу вослед.
Род людской, о кукушке рыдай везде и повсюду —
Ах, погибла она, ах, погубили ее.
Пусть не погибнет она! пусть она возвратится весною!
Пусть, возвращаясь, споет сладкие песни для нас!
Может, она прилетит, а может, и нет: я боюся,
Злые волны могли птичку в пучину увлечь.
Горе мне, ежели Вакх увлек кукушку в пучину —
Вакх, обольститель юнцов, пагубный омут для всех!
Если кукушка спаслась — пускай же воротится к гнездам,
20 Воронов злых миновав — тех, что пернатых когтят.
Кто же, кукушка, тебя похитил из отчих гнездовий?
Кто-то похитил, увы; и возвратит ли, бог весть.
Если услышишь, кукушка, ты песню мою, — возвращайся!
Да, возвращайся, прошу, да, возвращайся скорей!
Не замедляй же полета, молю, коли ты уж в полете —
Дафнис, пастух молодой, жаждет приветить тебя.
Время весны настает, прерви же, кукушка, дремоту:
Ждет тебя добрый Меналк в отчие руки свои.
Вот на полях страниц пасутся быки молодые —
30 Только кукушки здесь нет — где же пасется она?
Горе! Пастырь ее — тот самый Вакх нечестивый,
Коему любо в сердцах севы дурные растить.
Плачьте же все о кукушке, кукушку в слезах поминая —
Весел ее был отлет, будет плачевен возврат.
Но и плачевная пусть к друзьям возвратится кукушка —
Слезы ее разделить каждый из нас поспешит.
Так не жалей же ты слез, оплачь, дорогой, свою долю
Так, как плачешь сейчас где-то в глубинах души!
Ты ведь не камнем рожден бездушным — излейся же в плаче:
40 Припоминая себя, трудно сдержаться от слез.
Сладкая к детям любовь источает у матери слезы,
Если внезапная смерть сына ее унесет.
Если любящий брат теряет любимого брата,
Плачет он горько о нем — плачу и я по тебе.
Трое нас было друзей, и жили мы духом единым —
Двое осталось теперь, третий от нас далеко.
Ах, покинул он нас, кукушка моя улетела,
И остается для нас только страданье и плач.
Песни ему посылаем вдогон, тоскливые песни —
50 Может быть, песни вернут друга-кукушку домой!
Будь же ты счастлив всегда, куда бы судьба ни умчала;
Всюду, везде и всегда помни о нас и прости.