Так неужели умолк

Тот глас, славнейший некогда,

Глас Окегема златой?

Так музыки угасла честь?

Ну говори, говори

На струнах скорбных, Аполлон,

И Каллиопа сама,.

Одета в траур, с сестрами

Слезы священные лей.

10 Скорбите, страстность милую

Музыки взял он с собой.

И мужа восхвалите вы:

Да, Аполлоновых чар

Он был священным Фениксом.

Злая, что делаешь, смерть?

Умолкнул голос — золото,

Золото — голос того,

Кто скалы вел бы пением:

Гибкий, искусный напев,

Не раз в прозрачной ясности

В храме взносившийся ввысь

Ко слуху небожителей,

И земнородным мужам

Сердца глубоко трогавший.

Злая, что делаешь, смерть?

Как здесь к нему пристрастна ты,

Кто беспристрастна ко всем!

Ты без разбора многажды

Дело губила людей;

Но божье дело музыка, —

Что же ты богу вредишь?