1937. VI.4. Соловки. № 101. Дорогая Аннуля. Ты, вероятно, удивляешься, получая от меня письма редко. Но это происходит от того, что имея возможность писать лишь 2 письма в месяц, я дожидаюсь твоих, чтобы ответить тебе и потому задерживаю писание своего. А от тебя не получаю, т. е. получаю редко и с большим опозданием. Живу в Кремле, т. е. не живу, а влачу существование, т. к. работать в моих условиях нет никакой возможности. К тому же у нас очень холодно и быть на воздухе, во дворе, не приходится. Я перенес легкий грипп, теперь принялся за лечение спины физио-терапевтическими средствами — ультрафиолетовые лучи, инсоляция. Вобщем все ушло (всё и все). Последние дни назначен сторожить по ночам в б<ывшем> Иодпроме произведенную нами продукцию. Тут можно было бы заниматься (сейчас пишу письмо напр<имер>), но отчаянный холод в мертвом заводе, пустые стены и бушующий ветер, врывающийся в разбитые стекла окон, не располагает к занятиям, и, ты видишь по почерку, даже письмо писать окоченевшими пальцами не удается. Зато тем более думаю о вас, впрочем безпокоюсь. Жизнь замерла, и в настоящее время мы более, чем когда-либо, чувствуем себя отрезанными от материка.
Справка на з/к Флоренского П. А.
28 марта 1937 г.
Вот уже июнь, а лета никаких признаков, скорее похоже на ноябрь. То туман, то мелкий дождь, то ветер. Даже когда проглянет редкое солнце, не становится тепло. А между тем в этом году весна была очень ранняя и примерно на 2 недели забежала вперед. Живу я в среде сравнительно выносимой — с нашими бывшими рабочими, которые для меня Васи, Миши, Феди и т. д., но конечно не все. Во всяком случае, такое общество несравненно лучше другого, в котором было бы легко оказаться. Но слишком много и хорошего делается трудновыносимым, а у нас ок<оло> 40 человек. Впрочем, и в этом свое преимущество, т. к. при 40 человеках чувствуешь себя более уединенным, чем при 4–6. — Захаживаю в Музей — даю кое-какие советы и таскаю экспонаты, большей частью собранные мною коллекции и всякую всячину в виде диаграмм, рам, утвари из б<ывшего> Иодпрома.
Успенский собор. Рисунок з/к Браза О.
Открытка издания УСЛОН. 1926 г.
Быв. Чоботная палата Соловецкого монастыря.
Фотография С. В. Веретенникова. 2002 г.
Музей находится в стадии оживления, но надолго ли? Настали наши соловецкие белые ночи: и в полночь вполне светло, как у нас под вечер, сейчас же после захода солнца. Ведь мы так близки к полярному кругу, что в наиболее короткие ночи солнце, когда оно вообще не застится облаками, освещает купы дерев не прекращая. К тому же движется оно в наших широтах по линии, почти параллельно горизонту и потому уходит под него очень недалеко. — Загадка Мику1 разгадывается именем Кьельдаль; это — химик, предложивший простой и удобный способ определения азота в органических соединениях, при помощи которого определяется количество белков. Но Мику сразу не говори, пусть постарается узнать сам.
Второй вопрос — о хлорофилле; хлорофилл — белый, а зеленый цвет ему придает присутствующий в нем зелен<ый> пигмент. Третий вопрос: при Иоанне Грозном, который для этой цели сватался к англ<ийской> королеве Елизавете, но получил отказ — на свое счастье, т. к. Елизавета была такая ведьма, что сумела бы доконать даже Иоанна Васильевича Грозного. Четвертый вопрос: Бенедикт есть лат<инский> перевод еврейского Барух, так что Бенедикт Спиноза и Барух Спиноза есть одно и то же лицо. Вот уже 6 час. утра. На ручей идет снег, и бешеный ветер закручивает снежные вихри. По пустым помещениям хлопают разбитые форточки, завывает от вторжений ветра. Доносятся тревожные крики чаек. И всем существом ощущаю ничтожество человека, его дел, его усилий. — Получил 5-го или 4-го твое письмо № 13 от 28 апр. Я уже писал тебе, что занятиями Оли в саду я доволен. Но надо принять меры против ее похудания, т. е. чтобы она не делала лишней работы и ела побольше и питательнее. Крепко целую тебя, дорогая. Сегодня выглянуло солнце и стало теплее.
1. Загадки Мику — в этом же письме: «Дорогой Мик, вот тебе загадка: какая фамилия одного ученого пишется с тремя мягкими знаками? Другой вопрос: какого цвета хлорофилл? Третий вопрос: когда Россия собиралась присоединить к себе Англию? Как-то ко мне обратился с вопросом один (увы!) мой бывший ученик и спросил: „Было два Спинозы, один Барух, другой Бенедикт. Который же из двух был особенно замечателен?“ Мне стало стыдно, почему? Можешь ответов мне не писать, а скажи их мамочке».