№ 38. 1935.XI.21–22. Соловки. Дорогая Аннуля, наконец-то получил твое письмо, № 37, от 5 ноября. Начну с ответа на твои вопросы. Присылать журнала мне не надо: читать один журнал — все равно, что ничего не читать, да и держать его негде. Все равно за наукой следить мне не приходится, уже и сейчас я безнадежно отстал. Мне ясно, что моя научная работа закончена и что вернуться к ней я никогда не смогу. Ведь научная мысль требует непрестанной и упорной работы над собою, и плоды появляются лишь в итоге жизненного накопления. Мое же накопление все разсеяно, заниматься же наукою кое-как считаю недобросовестным и безцельным занятием.
Никольский корпус Кремля.
Фотография С. В. Веретенникова. 2002 г.
Спрашиваешь о посылке С<ергея> А<лексеевича>1. Я получил за последнее время 2 посылки, одну папиросную, другую — с консервами и т. п., а ранее получил яблоки (одна посылка) и лук с маслинами (другая). Которая из них С<ергея> А<лексеевича> — не знаю. Во всяком случае поблагодарил его за внимание и память. Впоследний раз в посылке содержались буковые орешки, напомнившие мне детство и Кавказ. Откуда они? А главное, зачем лишаешь детей последнего и присылаешь мне, то, что хотелось бы передать им. Еще раз прошу, если хочешь заботиться обо мне — заботься о детях и о себе, в этом мне гораздо больше радости и поддержки. — Если Е<лена> В<ладимировна>2 сообщит тебе о своем замужестве, поздравь ее от меня. Относительно чтения: мне не хотелось бы этого, т. к. там только отрывки, а у меня 1-ая песнь написана почти вся, и это гораздо больше и цельнее, чем то, что у тебя. Когда закончу совсем, то перепишу для тебя и, если будет возможно, пришлю.3 С Тикой, да и прочими также, старайся как можно чаще писать диктанты, каждый день, хотя бы по нескольку строк, и потом разбирай ошибки. В короткое время грамотность придет, если будешь делать так. Я уверен, что у Тики не неспособность и не безпамятство, а неуверенность в себе и отсутствие настоящей школы. Музыка, изобразительное искусство, архитектура могут стать прочными элементами образования, если произведения не просто воспринимать, но и активно продумывать. Для неподготовленных поэтому очень полезно обсуждать совместно (хотя бы даже делая ошибки), анализируя вещь, находя слова для охарактеризования тех или других моментов, усваивая терминологию и строя различные схемы произведения, как целого. Это относится ко всем отраслям: надо научиться охватывать целое, а для этого надо научиться характеризовать его, как целое, в первом приближении, затем во втором и т. д., детализируя и осложняя свое высказывание дополнительными моментами. Даже такие примитивные ответы, как «роман состоит из вступления, изложения и заключения», по-видимому пустые, уже дают нечто, ибо заставляют подумать о каком-то, хотя бы в самом первом приближении, расчленении. 1935.XI.22. Рад за тебя, что ты занимаешься насаждениями в саду или во дворе. С детства я страстно любил растения, разговаривал с ними и жил как с самыми близкими друзьями.4 Может быть именно потому я не стал специально изучать растения, это казалось слишком холодным. Но всегда жила тайная мысль когда-нибудь впоследствии, ликвидировав все то, чем должен заниматься, обратиться к растениям и пожить с ними тесно, как в детстве.
Семья Флоренских. В саду дома в Загорске. Василий, Кирилл, о. Павел, Тика, Ольга, Мик на руках Ф. М. Флоренской, на заднем плане: К. А. Гиацинтова и Н. П. Гиацинтова. Фотография. 1933 г.
Мечтал о том же мой отец. Мечтал о том же дед. Но никому не удалось осуществить это желание. Поэтому я доволен, что осуществляешь его ты, хотя бы частично. Жаль только, что в нашем, московском, климате большинство растений интересных или не акклиматизируется, или требует для акклиматизации больших знаний и еще больших усилий. — М.б. тебе интересно узнать об одном роде японской керамической техники, о которой редко приходится слышать. Это — сацума, мозаика по фарфору. Она составляется из мельчайших кусочков чего-то, вероятно цветной глазури, величиною примерно в 1/10 булавочной головки и потом подвергается обжигу. Понятно, такие изделия дороги и встречаются не часто. Вообще, высокое совершенство китайской и японской техники основано гл<авным> обр<азом> на чрезвычайной длительности технического процесса и потому в настоящее время утрачено самими китайцами и японцами. Вещь делалась ранее тремя-четырьмя поколениями. Напр<имер>, для лучшего китайского фарфора каолиновая масса, тесто из каолина с разными добавками — «гнило», — т. е. выдерживалось в погребах при постоянном уходе, в течение примерно сотни лет. Знаменитые японские лаки накладывались тончайшими слоями очень большое число раз, после полного просыхания, затвердевания и созревания каждого отдельного слоя, и на наращивание сколько-нибудь толстой лаковой пленки уходило много десятков лет. Вероятно и сацума требует микроскопической работы, а следовательно — и большого времени. Современная техника старается придумать вместо старинных медленных <фраза не окончена. — Ред.>. XI.23. Дорогая Аннуля, сегодня я отправил тебе 60 рб. — скопилось из так называемого премвознаграждения. Конечно, ясно представляю себе ничтожность этой суммы при вашей сложной жизни, но хотелось послать хоть что-ниб<удь>, не как помощь, а как знак, что я все время думаю о вас. Х1.24. Сегодня получил посылку: <нрзб.> гранаты, масло, баранки и что-то в мешечках — я еще не успел посмотреть. Все дошло хорошо, даже еще не дозрели. Крепко целую тебя, дорогая Аннуля, будь бодрой. Напиши мне, как твоя рука и вообще здоровье. Еще раз целую.
1. Голованенко Сергей Алексеевич — ученик о. Павла Флоренского по Московской Духовной Академии. До своего ареста посещал семью о. Павла в Загорске.
2. Дервиз Елена Владимировна (1890–1973) — пианистка, родная сестра Марии Владимировны Фаворской (1890–1959), жены художника В. А. Фаворского.
3. Речь идет о поэме «Оро».
4. В воспоминаниях о. Павел пишет: «…цветочное царство в целом — любил до самозабвения и считал, что не могу не любить его, если даже моя фамилия, — как я тогда думал, — происходит от Флоры, богини цветов» («Детям моим», с.113).