Восторги пламенной души

И чувства, взросшие в тиши,

Война, разбои, царский гнев,

Свирели хрупкий сей напев,

И первые цветы любви,

Иль как иначе назови,—

Хоть годы юные проказ —

Божеств, героев и царей

Деянья режут глаз. Скорей

Забудь о них. К тому ж давно

О них писать запрещено.

В поэмах солнце и закат

Победным золотом горят

А ссохшийся поблеклый лист

Пронизан светом и лучист.

Весь мир описан и воспет,

И, кажется, веками нет

Угла в подсолнечной, где стих

Не наследил бы стоп своих.

Но тематический исток

Мне даст холодный сверхвосток:

От перевалов Эвота

Течет он словом мерзлота[2].