Эта необыкновенная история началась в самой обыкновенной комнате.

За обыкновенным письменным столом в обыкновенном кресле сидел обыкновенный человек в самом обыкновенном халате. Обыкновенный ковёр украшал пол этой комнаты, под столом стояла обыкновенная корзина для мусора, и обыкновенные игрушки были свалены в углу.

Всё было бы очень обыкновенно, если бы человек вдруг не сказал необыкновенные слова:

– Я не братья Гримм, не Шарль Перро и не Ганс Христиан Андерсен. Не братья Гримм я потому, что, во-первых, у меня нет никакого брата, а во-вторых, у меня совершенно другая фамилия. Именно по той же причине я не Шарль Перро и не Ганс Христиан Андерсен. Я просто человек, который умеет подсматривать сказки… Вообще-то, подсматривать, конечно, нехорошо. Но сказки – можно. Как это делается?

Очень просто. Надо снять тапочки, лечь на тахту, укрыться халатом и крепко зажмурить глаза. Тогда игрушки, которые я специально для этого держу у себя в комнате, начнут оживать.

Они очень хитрые, эти игрушки. В случае чего, они говорят, будто всё это вам только приснилось. Поэтому надо быть очень осторожным и не заснуть на самом деле!..

Человек, который произнёс эти необыкновенные слова, был явно человеком дела: он снял тапочки, лёг на тахту и укрылся халатом. Но как только он крепко зажмурил глаза, тотчас в комнате зазвучала волшебная музыка, и разноцветные сполохи заходили по стенам.

И тут же с лёгким скрипом приоткрылась дверца правой тумбы стола. Уродливый человечек с длинной чёрной бородой высунулся из-за дверцы, огляделся, вытащил из кармана игрушечный мобильный телефон, набрал номер и в левой тумбе заиграла мрачная мелодия.

Спустя некоторое время дверца левой тумбы бесшумно приоткрылась, и оттуда появилось странное существо в полупрозрачном мерцающем одеянии. Стрельнув по сторонам огромными злобными глазищами, существо нажало на кнопку своего телефона.

– Злая волшебница Пустота у аппарата, – прохрипела она в трубку.

– Здравствуйте. С вами говорят из царства Забытых Игрушек, – радостно затараторил человечек. – Мы живём в правой тумбе письменного стола. Правит нами злая-презлая принцесса Я.

– Вы – принцесса?! – удивилась волшебница.

– Да нет же! Меня зовут дядюшка Ять. Я – извергер двора её высочества и её ближайший родственник. «Я» – так зовут принцессу нашего царства.

– Так что Я хочет от меня? – перебила его Пустота.

– Я всё сейчас объясню. Я, то есть не я, а наша принцесса была хорошенькая – прехорошенькая, и вдруг ни с того, ни с сего – почернела. Что мы только не делали – ничего не помогло. А тут выяснилось, что неподалёку от нас поселилась всемогущая злая волшебница Пустота, и мы решили обратиться к вам за советом. Не зашли бы вы к нам в гости? – осторожно предложил волшебнице человечек.

– Да, я со своими солдатиками Пустышками разместилась в левой тумбе письменного стола, – подтвердило странное существо. – Хозяин этой огромной страны, которая называется Комната, давно не клал в неё ничего путного, и я, Пустота, заселилась в неё на законном основании! – со злобным торжеством заявила волшебница. – Но в гости к вам я не пойду, – продолжила она. – Однако могу сказать, отчего Я почернела. Это произошло из-за куклы Нади. Она живёт на другом берегу Красного моря, которое зовётся у людей Ковром. Кукла Надя – самая красивая на свете кукла, и Я просто-напросто почернела от злости и зависти.

– Что же нам делать? – всплеснул руками дядюшка Ять.

– Должна почернеть кукла Надя, – злобно хихикнула Пустота, – тогда принцесса Я посветлеет от злобной радости. Ха-ха!

– А вы бы не смогли нам это устроить? Мы хорошо заплатим! – попросил уродливый человечек.

– Я беру только звонкими пустыми обещаниями! – с металлом в голосе ответила волшебница.

– O-о-о! Kак всякие порядочные правители, такой звонкой монетой мы располагаем. Сколько вы хотите? – немедленно согласился дядюшка Ять.

– Миллион двести тысяч пустых обещаний! – назвала цену Пустота.

– Мы их вам даём! Мы вам их даём! – радостно пообещал извергер двора её высочества. – Больше того – мы даём два миллиона! Более того – предлагаем поступить к нам в родственницы! Ну, хотя бы тетушкой. А?

– Да вы меня просто завалили милостями! – злобные глазищи волшебницы засверкали пуще прежнего. – Два миллиона! Да за такую цену я буду служить вам верой и правдой. Я буду стоять на страже царства Забытых Игрушек. Я сотру в порошок всех, кто захочет вас найти. А насчёт тетушки – подумаю.

Дядюшка Ять рассыпался благодарностями, откланялся и исчез в правой тумбе стола. А волшебница, уставившись в пустоту левой тумбы, стала озабоченно размышлять.

– Да, но как же я сделаю куклу Надю чёрной? Она не может почернеть от зависти. Надя так хороша, что ей просто некому завидовать. И от злости не почернеет. Она добрая девчонка, хоть неженка и капризуля. Впрочем, все куклы не лишены некоторых недостатков! Значит…

Тут какой-то шум внизу прервал её рассуждения. С недовольным видом она приложила ладонь к уху и стала подслушивать. Странные звуки доносились из мусорной корзинки, что стояла под столом. Вдруг ворох рваной бумаги раздвинулся, и на поверхности показалась чумазая головка Пузырька из-под чернил в пробке-шапочке, надетой набекрень.

– Чёрен я, чёрен! Хотя и пуст. Почти пуст, – принялся горестно вздыхать Пузырёк. – А меня выбросили в мусорную корзину. Я обижен! Такой замечательный Пузырёк из-под чернил выбрасывать! Смешно! И обидно! – Охая и стеная, он уселся на ворох рваной бумаги и запел грустную песенку собственного сочинения:

– Ого! – обрадовалась злая волшебница Пустота. – Это, кажется, то, что мне нужно, – прошептала она, набирая номер телефона.

В глубине корзины раздалась грустная мелодия. Пузырёк засунул руку в мусор, пошарил там и вытащил треснувший мобильник.

– Ну, чего надо? – произнёс он в трубку.

– Это мусорная корзинка? – деловито уточнила волшебница.

– Ну, мусорная, – горестно подтвердил Пузырёк.

– Простите, с кем я говорю? – не обращая внимания на вздохи, продолжила волшебница.

– Ну, с Пузырьком из-под чернил, – уныло представился Пузырёк.

– А я – злая волшебница Пустота. Здравствуй.

– Ну, здравствуйте.

– Э… как жизнь? – вкрадчивым голосом поинтересовалась волшебница.

– Разве это жизнь, в мусорной корзинке? – возмутился Пузырёк. – Смешно! И обидно. Живу с опустошённой душой.

– А кто её опустошил? – не унималась Пустота.

– Ну, Хозяин Комнаты, – Пузырёк от обиды даже всхлипнул. – Он кому-то там признавался в пылкой дружбе. Трое суток всё макал да макал в меня ручку. Извёл впустую всю мою душу, то есть чернила, которые меня наполняли. А потом всё порвал и выбросил в корзинку. И меня туда же. Смешно! И обидно! Теперь я – опустошённый! – сижу на всех его признаниях. А ведь я сам хотел признаться в пылкой дружбе одной девочке. Кукле Наде, – пожаловался Пузырёк. – Она такая белая-белая, а я – чёрный- чёрный. Мы великолепно бы дополняли друг друга!

– Так ты знаком с куклой Надей? – спросила волшебница.

– Увы, – вздохнул Пузырёк, – я только один раз видел её издалека, когда Хозяин Комнаты нёс меня к письменному столу. Она была в голубом платье и белых туфельках, – заулыбался Пузырёк, вспоминая красивую куклу. – А ещё она любит говорить слово «грандиозно». О-о! Как она его грандиозно говорит…

Злая волшебница Пустота внимательно слушала и одобрительно кивала головой.

– А скажи мне, Пузырёк, ты совсем-совсем пустой? – как бы между прочим поинтересовалась она.

– Нет, – покачал себя Пузырёк. – На донышке осталось ещё немного чернил.

Тут мобильник в руке Пузырька затрещал, замигал огоньками и отключился.

– Разве это телефон? Мусор! – Потряс трубку Пузырёк и выбросил её в корзинку. Потом посмотрел наверх на тщетно кричавшую в свою трубку волшебницу и, грустно вздохнув, громко воскликнул: – Ну, чего вы кричите? Я и так вас слышу.

Пустота высунулась из тумбочки и, наклонившись в его сторону, продолжила разговор:

– Слушай, Пузырёк, ты мне нравишься! Хочешь, я тебе помогу подружиться с куклой Надей?

– Так ведь она же во-о-он на том берегу живёт! – безнадёжно махнул рукой Пузырёк. – Не знаете, что ли?

– Да, далековато, – согласилась Пустота. – Но тебе повезло, что ты почти пустой, и потому не утонешь. Можешь смело прыгать, а я на тебя дуть стану. И ты в два счёта домчишься до того берега.

– Здо́рово! – обрадовался Пузырёк и поплотнее затянул пробку-шапочку. – Ну, я прыгаю!

– Погоди, погоди! – остановила его волшебница. – Сначала поройся в корзине и поищи там какой-нибудь подарок. А то приедешь издалека и без подарка! Неудобно!

Пузырёк на секунду задумался.

– Я не умею дарить, я стеснительный… Но подарок, пожалуй, всё- таки, нужен, – и он решительно нырнул в корзину.

А волшебница, тем временем, быстро набрала номер и, дождавшись ответа, приказала:

– Дядюшка Ять немедленно собирайтесь с принцессой Я в дорогу! Пусть она наденет голубое платье и белые туфельки. Кроме того, научите её через каждые два слова говорить «грандиозно»… Если всё исполните точно, то…

Пустота прикрыла телефон рукой и стала что-то тихо шептать в трубку.

* * *

Пузырёк, подгоняемый ветерком, который подняла злая волшебница, благополучно переправился на другую сторону Красного моря. Выбравшись на кромку ковра, он огляделся и сначала с удивлением отметил, что огромный стол-гора, под которым он жил в корзинке, отсюда кажется маленьким утёсом. А чуть поодаль от того места, где он выбрался на берег, лежали неподвижные куклы. Пузырёк было расстроился, но потом, поразмышляв, догадался, что они просто пока ещё не ожили.

С волнением поглядывая на кукол, Пузырёк теребил носовой платочек, найденный в корзине.

– Ах, какой красивый платочек я нашёл. Только как же его подарить? Ох, до чего же я стеснительный! Может, положить его рядом с куклой Надей? Правильно! Пусть сама увидит и возьмёт, – наконец, решил он, уронил платочек рядом с куклой и поспешил спрятаться за краем ковра.

Как раз в это время куклы начали оживать. Как они это делали? Да очень просто – при помощи волшебной зарядки!

Сначала потянулся человечек профессорского вида с большим портфелем под мышкой. Наверное, он знал больше всех на свете, потому что, не успев даже встать, тут же начал командовать:

Внимательно следя за куклами, старательно делающими зарядку, Профессор деловито осведомился: – Ну-с, и как мы себя чувствуем?

– Живём! – ответили те хором.

– Э-э-э… что и требовалось доказать! – удовлетворённо кивнул он. – О-о-о, да среди нас новенький? Представьтесь, пожалуйста, милейший.

– Здравствуйте! – отозвался новенький. – Меня зовут Онитаруб. Я – деревянный.

– Грандиозно! – захлопала в ладошки кукла Надя. – Значит, вы Буратино? Ведь, один только Буратино деревянный…

– Нет, я не Буратино. Я – совсем наоборот, – насупился новенький. – И сейчас я вам это докажу. – У Буратино длинный нос? – начал приводить доказательства Онитаруб.

– Длинный, – кивнула головой кукла Надя.

– А у меня – наоборот. Короткий! – торжествующе воскликнул новенький и загнул один палец. – Далее. Буратино сделан из берёзового полена, а я наоборот – не из берёзового, – он загнул второй палец и, посмотрев на третий, продолжил: – Буратино вырубали топором, а потому – он изделие топорное. А меня тесали и рубанком, и стамесками, а поэтому я – отёсанный. И, наконец, – загнув четвёртый палец, произнёс он, – если имя Буратино сказать наоборот, то получится Онитаруб.

– Логично, на это нечего возразить! – одобрительно похлопал новенького по плечу Профессор. – О, юноша! Вы меня покорили!

– Грандиозно! – вновь захлопала в ладошки кукла Надя. – И меня вы тоже покорили.

– Весьма польщён! – учтиво поклонился ей Онитаруб.

– А теперь, юноша, позвольте и нам представиться. Это – кукла Надя, самая хорошенькая кукла на всём белом свете.

Кукле Наде очень понравился Онитаруб, и ей очень захотелось чем-нибудь поразить его. Она присела перед ним реверансе, а потом, напевая, закружилась в грациозном танце:

Конечно, всю эту церемонию знакомства видел и слышал Пузырёк, который прятался за кромкой ковра.

– Пррроклятъе! – в отчаянии Пузырёк сорвал с себя шапочку-пробку. – Неужели я опоздал, и кукла Надя подружится с этой деревяшкой?! Никаких сомнений! Она, конечно, будет с ним дружить! О-о-о! Чёрен я, чёрен!

Но его никто не услышал…

Профессор, вежливо поаплодировав Наде, начал представлять Онитарубу себя:

– А я… так сказать… честь имею… Профессор! Да-с! Я много-много думаю, а потом говорю истину. Ну, например… – важно произнёс он, задумчиво уставившись в потолок. – У стола всегда бывает четыре ножки! Вот-с!

– Грандиозно! – восхитилась кукла Надя.

Однако Онитаруб не спешил присоединиться к восхищению куклы, вместо этого он неожиданно спросил:

– А если их только три?

– Э-э-э… Да вы опасный оппонент, юноша! – воскликнул игрушечный мыслитель. – Три?.. Три… Так не бывает! Хотя… Ага! Значит, одна ножка сломалась! А?! Какое остроумное решение! Его надо записать! Послушайте, дорогой Онитаруб, не согласились бы вы стать моим секретарём? А? Вы бы записывали все мои оригинальные высказывания!

– Не грандиозно! – покачала головой кукла Надя.

– Почему? – обернулся к ней Профессор.

– Да как же он может записывать? – ответила та. – Разве вы забыли, Профессор, что мы, куклы, знаем только по одной букве, потому что больше одной буквы в кукольной голове не умещается? Вот я, например. Когда я первый раз вышла из коробки, я была совершенно безграмотной. И вдруг, увидев меня, какая-то девочка сказала: «У, какая хорошенькая!» Так я узнала букву «у». Я даже читать её умею. А ещё для памяти она у меня записана вот здесь – на рукаве.

– Действительно, – подумав, согласился Профессор. – Ты права! Когда меня вынули из коробки, какой-то мрачный человек поглядел на меня и, сказав, «Э-э…», развёл руками. Очевидно, его озадачил мой вид. Потом он, наверно, всё-таки понял, с кем имеет дело, и сказал – «А-а!» Затем, ещё внимательнее разглядев меня, он выразил своё восхищение при помощи буквы «О-о!» Правда, он почему-то меня не купил, но зато я узнал сразу три буквы Э, О, А – и стал профессором! Эти буквы у меня тоже где-то записаны.

– А я сделан из очень твёрдого дерева, – вмешался в разговор Онитаруб. – Поэтому у меня твёрдый характер. Кроме того, я твёрд в своих убеждениях. Правда, единственная буква, которую я знаю, это твёрдый знак. Вот! – Он распахнул плащ и продемонстрировал выведенный на его груди твёрдый знак. – А поскольку к тому же у меня очень твёрдая память, то я могу запоминать ваши изречения, Профессор, – продолжил он.

– Грандиозно! – как обычно восхитилась кукла Надя.

– Ещё бы! – поддержал её Профессор. – Теперь я спокоен! Мои мысли не пропадут для целых поколений новых кукол! Итак, Онитаруб, для начала, запомни те мысли, которые я высказал вчера: чёрное – это чёрное, а белое – это белое! И – ещё: уходя, гасите свет! Запомнили, юноша? – Онитаруб утвердительно кивнул. – Тогда продолжим:

Кукла Надя всплеснула ручками и воскликнула: «Грандиозно!».

Профессор улыбнулся ей и сказал:

– Э-э-э… дорогой мой Онитаруб. Я хочу, чтобы ты ещё запомнил своей твёрдой памятью…

С этими словами Профессор подхватил Онитаруба под руку и повёл его в дальний угол, где они углубились в серьёзные учёные занятия, ничего не видя и не слыша. И тут кукла Надя увидела, наконец, хорошенький платочек, подброшенный Пузырьком, подняла его и ужасно обрадовалась:

– Ой, какой грандиозный платочек!

Пузырек тотчас высунулся из своего укрытия и принялся радостно комментировать происходящее:

– Она нашла мой платочек! Она подняла его!!! Она смеётся!!! Пошла примерять! Мой платочек! Я должен побегать от радости!

Он снял шапочку-пробку, подбросил её, поймал, снова водрузил на голову и, шёпотом крикнув «ура», куда-то вприпрыжку умчался.

А кукла Надя открыла кукольный шкаф и стала примерять платочек, смотрясь в зеркало, вделанное с внутренней стороны дверцы. И поэтому никто не заметил появления страшных гостей: Дядюшки Ять и принцессы Я. На принцессе было надето голубое платье, точно такое же, как у Куклы Нади. На ногах – белые, как у Нади, туфельки. У неё были точно такие же, как у Нади, льняные волосы, падающие ей на плечи, и только лицо было чёрное и злое-презлое.

– Ну, вот, и добрались, наконец! – озираясь по сторонам, тихо сказал принцессе извергер её двора. – Хорошо, что мы нашли в мусорной корзине эту старую галошу! А то бы нам вовек не переправиться через бурное Красное море!

– Был, был в корзине платочек! Такой хорошенький-прехорошенький! Я сама видела, как его выбрасывали! Чем я теперь закрою лицо от Пузырька?! И-и-и-и-и!!! – не слушая его, вполголоса завизжала принцесса.

– Ваше высочество! Цыц! – попытался остановить её дядюшка Ять. – Вы мне все уши провизжали с этим платочком. И потом почему это вы визжите на букву «И», когда вы принцесса «Я»? Извольте перевизжать.

И та тотчас перешла с «И-и-и-и» на «Я-я-я-я-я».

– Ну, ладно! – остановил её дядюшка, заметив, что из под дверцы шкафа выглядывают край голубого платья и белые туфельки. – Повизжали и хватит! А то нас могут услышать! – И, осмотрев ее, добавил: – Превосходно! Одеты вы точь-в-точь, как кукла Надя.

– Не Надя, а Надька! И-и-и-и-и-й!!! – опять завизжала принцесса.

– Ну ладно, ладно! Надька! – сердито зашипел дядюшка. – Но визжите же, в конце концов, на букву «я». Вы очень одарённая кукла! Так постарайтесь же не потерять своё «Я» в этой части Комнаты.

– Оно у меня крепко пришито, – показала на рукав принцесса.

– Кроме того, я его ещё заколола английской булавкой. Я им очень дорожу! Это, ведь, единственная буква, которую я знаю!

– Очень хорошо! – одобрил её дядюшка. – А теперь слушайте: я сейчас подкрадусь к этой… Ну, Надьке, Надьке! Только не визжите!.. Напугаю её, она упадёт в обморок, я затолкаю её в шкаф и закрою дверцу. А вы здесь дождитесь Пузырька и скажете ему…

И он начал что-то шептать повизгивающей от восторга принцессе. Потом, крадучись, подобрался к шкафу, заглянул за дверцу, и… мгновенно исчезли и край голубого платья и белые туфельки, а дядюшка Ять, зверски улыбаясь, захлопнул дверцу.

– Ну, в шкафу она долго не очухается! Держите, ваше высочество! – он бросил принцессе платочек, который Пузырёк подарил кукле Наде. – Скорее закройте лицо и держитесь ближе к ширме! Сюда бежит Пузырёк. Я спрячусь за ширмой, и в случае чего приду к вам на помощь.

Выбежавший Пузырёк, увидев куклу Надю с платочком, накинутым на лицо, смутился. Но, взяв себя в руки, обратился к ней басовитым от волнения, голосом:

– Надежда!

– Грандиозно! – воскликнула принцесса.

– Дружи со мной, Надежда! – продолжил обрадованный Пузырёк.

– Не грандиозно! – оборвала его принцесса.

– Нет, грандиозно! Знаешь, как я могу дружить! – нисколько не смутившись, заявил Пузырёк.

– Грандиозно! – отозвалась принцесса.

– Да, я могу дружить грандиозно! – от волнения у Пузырька с головы свалилась пробка-шапочка.

– Оскорбите его! – зашептал из-за ширмы дядюшка Ять. – Ну… Ты грязный, ты чумазый…

– Ты грязный, ты чумазый, ты плохой, ты противный! Я-я-я-я-я-я!!! – Завизжала принцесса и ущипнула Пузырька.

– Ой! Почему ты щиплешься?! – отскочил тот.

– Это чтобы ты пришёл в себя! – продолжал суфлировать из-за ширмы дядюшка.

– Это… чтобы ты пришёл в себя, – повторила вслед за ним принцесса.

– Понимаю! Ты хочешь дружить с Онитарубом! Смешно. И обидно! Подумаешь, пришёл чур на новенького и все уже от него без ума! Ну и пожалуйста! – обиделся Пузырёк.

– Пора! Скажите ему главное! – опять подсказал дядюшка.

– Слушай, Пузырёк! Как же мы будем с тобой дружить, если ты чёрный-чёрный, а я белая-белая? – вспомнила, что нужно сказать принцесса.

– Ну, мы будем дополнять друг друга, – не очень уверенно проговорил Пузырёк.

– Не грандиозно! – отмела его предложение принцесса.

– А что же делать? – растерялся Пузырёк.

– Облей меня чернилами, которые ещё остались у тебя на донышке, и я стану такой же, как ты. Тогда мы будем с тобой дружить! Грандиозно? – предложила принцесса.

– Ещё бы! Я сейчас, только разбегусь! – обрадовался Пузырёк.

– Погоди! – остановила его принцесса. – Зажмурь глаза! Зажмурил?… Не пора… не пора…

Она на цыпочках подбежала к шкафу, повесила на ручку дверцы платок, забежала за ширму, и только тогда крикнула:

– Пора!

– Ну, где же ты? – открыв глаза, стал оглядываться Пузырёк.

– А я от тебя спряталась в шкаф! Вытащи меня оттуда и облей чернилами! – отозвалась принцесса.

– Грандиозно! – воскликнул Пузырёк. Подбежал к шкафу, распахнул дверцу, вытащил куклу Надю, снял шапочку-пробку, и, наклонившись, принялся обливать остатками чернил. Лицо бедной куклы тотчас стало чёрное- пречёрное.

Увидев случившееся, дядюшка Ять и принцесса Я выбежали из-за ширмы и пустились наутёк.

– Она почернела! А я уже начинаю светлеть от злобной радости! – приплясывала на бегу принцесса.

А кукла Надя недоумённо крутила головой, оглядываясь по сторонам:

– Что со мной? Где я? Кто это?

– Это я, Пузырёк!

– Спасибо тебе, Пузырёк! – сделала книксен кукла Надя. – Ты привёл меня в чувство! Я ничего не помню, что со мной было.

– Просто тебе стало нехорошо от духоты. Зачем ты залезла в шкаф? Поиграть захотела? Ну, ничего! Зато теперь ты чёрная-пречёрная, и мы будем с тобой дружить! – торжественно произнёс Пузырёк.

– Как чёрная-пречёрная? Почему чёрная-пречёрная?

– Ну, потому что чернила во мне не фиолетовые и не синие! Да ты не волнуйся, всё получилось грандиозно… И этот цвет тебе очень идёт, – попытался успокоить её Пузырёк.

– Причём тут чернила?! – всплеснула руками кукла Надя.

– Ну, знаешь ли! Сама же попросила облить тебя чернилами, а теперь… Смешно! И обидно! – с укором сказал Пузырёк.

Кукла Надя, вскочив, бросилась к зеркалу и, глянув на себя, зарыдала, ломая руки:

– Я ничего тебя не просила! Что ты наделал!

Услышав громкий плач, Профессор и Онитаруб бросили свои учёные занятия и подбежали к шкафу. Увидев, что случилось, они всплеснули руками, да так и замерли, уставившись на куклу Надю.

– Это он… он сделал меня такой… противный Пузырёк! – объяснила им бедная кукла.

– Но она же сама меня попросила об этом! Честное слово! – тоже чуть не плача выкрикнул Пузырёк.

– Неправда! Я не просила! Честное слово, не просила! – ещё больше залилась слезами кукла Надя.

– Позвольте! – вмешался Профессор. – Одно из этих честных слов – не честное!

И все посмотрели на Пузырька.

– Ну, почему, почему мне никогда не верят?! – заломил он руки.

– Сейчас ты узнаешь, какая у меня твёрдая рука! – грозно заявил Онитаруб.

– О! Если можешь что-нибудь узнать – узнай! А! Какая мысль! – как обычно восхитился своими умозаключениями Профессор.

Но Пузырёк явно не жаждал приобрести подобные знания. Со всех ног он бросился улепётывать от Онитаруба. Конечно, Онитаруб своей твёрдой рукой быстро бы расправился с Пузырьком, но тот, загнанный в угол, так пронзительно завопил «Осторожней!!!», что Онитаруб застыл от удивления:

– В чём дело?

– Осторожней! Я – стеклянный! – втискиваясь поглубже в угол ответил Пузырёк.

– Ну и что? – спросил Онитаруб.

– Вы же можете меня разбить! А от этого погиб мой отец, большой благородный Пузырёк с чернилами для вечного пера. Его звали Экстра. Увы, сам он оказался не вечным: он упал со стола, сказал «дзинь» и умер. Смешно! И обидно! – уже чуть спокойнее ответил Пузырёк.

– Ну, а сейчас пришла твоя очередь сказать «дзинь»! – решительно взмахнул рукой Онитаруб.

– Не надо! Погодите. Мне его жалко! – остановила его кукла Надя.

– Ну, хорошо! Ты говоришь, что кукла Надя сама попросила тебя облить её чернилами. Согласись, что это странная просьба! – вмешался в происходящее Профессор.

– Н-н-ну… она хотела, чтобы мы стали одинаковые… чтобы нам дружить… Она это сама сказала! – смущённо сказал Пузырёк.

– Неправда! Я не говорила! – топнула ногой кукла Надя.

– Но я же сам слышал! – возмутился Пузырёк.

– И всё-таки, кто же это тебе сказал? – продолжал выпытывать у Пузырька Профессор…

Неизвестно сколько времени продолжался бы этот допрос, но в этот момент из угла Комнаты выбежали дядюшка Ять и принцесса Я, лицо у которой стало белое-пребелое, хорошенькое-прехорошенькое и злющее- презлющее.

– Я!.. Я!.. Я!.. Я!.. – визжала принцесса.

– Но, позвольте! Кто вы? – развёл руками Профессор.

– Кто, Я?.. Я – это Я! – гордо задрав голову, заявила та.

В это время дядюшка Ять заиграл на игрушечной балалайке, у которой не было струн, зато была крутящаяся ручка, а принцесса Я принялась плясать и петь:

– Смотрите! На ней такое же платье, как у меня. И такие же туфельки, – удивилась кукла Надя.

– Неправда! – затопала ногами принцесса. – Не такие же! Гораздо лучше! Я – принцесса, а не простая кукла! Вообще-то у меня есть ещё лучшие наряды!

– Что – верно, то верно! – подтвердил дядюшка Ять. – А этот наряд её высочество надела, чтобы притвориться куклой На…

Принцесса Я тотчас приготовилась визжать, и, безусловно, завизжала бы, но дядюшка Ять поспешно докончил: – Надькой! Надькой!

– Но зачем? Я не понимаю! – недоумевающе произнёс Профессор.

– Её высочество изволили испытать чувство чёрной зависти к этой вашей Надьке! А поскольку зависть – чёрная, то и её высочество изволили почернеть. Избавить её от этого недуга можно было только одним путём: чтобы почернела кукла Надька! – снисходительно объяснил дядюшка Ять.

– Да! Да! Да! – подхватила принцесса, тыкая пальцем в сторону куклы Нади. – И теперь – ты чёрная, а я белая да румяная!

– Ха-ха-ха! Это всё мы так ловко подстроили. А нас научила злая волшебница Пустота! Мы обманули Пузырька! Ха-ха-ха! – принялся хохотать дядюшка Ять.

– Проклятье!!! – выкрикнул Пузырёк и начал рвать на себе волосы.

– Мы вылечим куклу Надю! – воскликнул Онитаруб.

– Да! Мы её не оставим в беде! – поддержал его Профессор.

– И ты снова почернеешь от зависти! – подхватил Пузырёк.

– Нет! – топнув ногой, оборвала их принцесса. – Вы не посмеете этого сделать! За нас – злая волшебница Пустота! Она велела вам сказать, что если вы захотите помочь вашей глупой кукле снова стать белой, Пустота вас всех убьёт!

– Подумайте! – злобно улыбнувшись, сказал дядюшка Ять.

– Берегитесь! – сказала принцесса.

– Мы вас предупредили! За судьбу нам вашу жутко! Вы подумайте! Привет! – бросил дядюшка через плечо, подхватил принцессу, и они бросились прочь.

– Вы уходите?.. – растерялся Профессор. – Минутку!.. И подумав, закончил: – Уходя, гасите свет!

* * *

Оставшись одни, Профессор, Онитаруб, Пузырёк и кукла Надя погрузились в свои грустные игрушечные мысли. Первым не выдержал Профессор:

– Кукла Надя! Не нужно всё видеть в чёрном свете!

– Но я не могу иначе. У меня и в глаза попали чернила! – она залилась слезами и, всхлипывая, продекламировала:

– Я бы с радостью отдал себя на растерзание одному из тех негодных мальчишек, которым всегда хочется узнать, что у нас внутри! – ударил в свою деревянную грудь Онитаруб. – Да, да, с радостью! Если бы это могло помочь кукле Наде!

– Какой ты благородный! – шмыгнула носом кукла Надя.

– А у меня и так видно, что внутри! – ревниво заметил Пузырёк.

– Ну, и ничего хорошего у тебя там нет! – сердито ответила кукла Надя.

– Смешно! И обидно! – пожал плечами Пузырёк и отвернулся.

– Не ссорьтесь! Сейчас мы должны быть дружными, как никогда! Ведь, только если дружно взяться за дело, мы сможем помочь кукле Наде! – вмешался в перепалку Профессор. – Принцесса Я сказала, что злая волшебница Пустота нас всех убьёт, если мы захотим ей помочь.

– И ещё она сказала: «Берегитесь»! – заметил Пузырёк.

– А чернобородый сказал: «Подумайте!» – добавил Онитаруб.

– Да, да, конечно, надо подумать! – грустно покачал головой Профессор.

– Что?! Значит, вы, всё-таки испугались?.. В таком случае я немедленно забуду те тысячу сто пятьдесят изречений, которые вы Профессор, мне сказали! И забуду так же твёрдо, как запомнил! – вскочил на ноги Онитаруб.

– Молодой человек! Кто вам позволил так поспешно судить о куклах, с которыми вы ещё мало знакомы! Надо подумать, как помочь кукле Наде! И думать надо всем! А не только мне! И думать крепко! – возмутился Профессор.

– А… как надо думать крепко? – растерялся Онитаруб.

– Видите ли, когда надо просто думать – можно думать, как угодно. А когда крепко – надо приставить указательный палец правой руки ко лбу. Тогда начнёт думать правая половина головы. А чтобы думала и левая половина – надо приложить ко лбу указательный палец левой руки. Вот так!

И Профессор приставил свои пальцы к голове.

– А я могу снять пробку-шапочку и помешать у себя в голове! – предложил Пузырёк.

– Ну, и будешь помешанный! – съехидничал Онитаруб.

– Да, да! Это делать не стоит! А чтобы думалось совсем по-настоящему, надо ещё и глаза закрыть, а потом принять какую-нибудь очень неудобную позу. Например: когда я был помоложе, я всегда думал вверх ногами! – озабоченно сказал Профессор и, закрыв глаза, начал принимать неудобную позу.

Куклы тоже закрыли глаза, приставили указательные пальцы к голове и приняли неудобные, а попросту говоря, нелепые позы. А поэтому никто из них не увидел, что из Красного моря-ковра выбралась злая волшебница Пустота, а вместе с ней двое солдатиков Пустышек. На плечах вместо ружей они держали большие соски-пустышки.

– Тише!.. – приказала Пустота. – Вот они. Теперь надо поискать какое- нибудь пустое место и спрятаться, чтобы они нас не заметили! Тогда мы узнаем, что они собираются предпринять! И перехитрим их!

– Давай, расправимся с ними! – предложил Пустышка Первый.

– И не надо будет напрягать голову, чтобы их перехитрить! – поддержал коллегу Пустышка Второй.

– Нет! – отвергла их предложение волшебница. – Самой большой волшебной властью я обладаю на том берегу, в левой тумбе письменного стола! А в этой части Комнаты слишком мало пустых мест, чтобы мне как следует показать себя! Да, нам обязательно надо найти здесь хоть маленькое, но удобное и закрытое пустое место! Ага! Вон валяется книга!

– Ho ведь это книга! – возразил Пустышка Первый.

– Она не пустая! – добавил Пустышка Второй.

– Кто тебе сказал? – рассмеялась Пустота. – В ней, наверное, столько пустых слов, что Хозяин Комнаты бросил её на пол! Поглядим! – Пустышки приоткрыли переплёт, и волшебница заглянула внутрь. – Ну конечно, я права! Пустышки, за мной! А здесь неплохо! Когда я расправлюсь с игрушками, можно будет поселиться в этой книге, как на даче.

– И никто не знает, что мы здесь спрятались, – обрадовался Пустышка Первый.

– Вот здорово! – восхитился Пустышка Второй.

– Вы ошибаетесь. О том, что мы здесь спрятались известно Хозяину Комнаты. Да, да, могу сказать вам по секрету, что Хозяин Комнаты не спит. Я забралась на тахту и посмотрела. Он лежит с полузакрытыми глазами и очень внимательно за нами наблюдает! – возразила Пустота.

– Но он может рассказать игрушкам, что мы здесь! – испугался Пустышка Первый.

– В том-то и дело, что он – человек, а человек не может разговаривать с игрушками. Поэтому нам бояться нечего! – усмехнулась злая волшебница, и они скрылись в книге, захлопнув за собой переплёт.

В это время Онитаруб, который думал, стоя на одной ноге, взмолился: – У меня уже устала нога думать!

– Встань на другую ногу, – посоветовал ему Профессор.

– А я думал обеими ногами и всё равно ничего ещё не придумал! – горестно вздохнул Пузырёк.

– Увы, я тоже! – сказал Профессор.

– Вы сказали, что у вас очень хорошо получалось, когда вы думали вверх ногами, – заметил Пузырёк.

– Конечно! – согласился Профессор. – Если ты стоишь вверх ногами, значит – ты стоишь вниз головой. А если ты стоишь вниз головой, значит – мысли прижимаются к самой голове. Но теперь я уже немолод, и мне трудно стоять вверх ногами.

– А мы вас подержим! – предложил Пузырёк.

И Онитаруб с Пузырьком тотчас поставили профессора вверх ногами. Через некоторое время Онитаруб поинтересовался:

– Ну, как?

– Ещё немножко! – отозвался Профессор. – Так!.. Кажется, я придумал! Можете поставить меня обратно!

И как только он оказался в обычном положении радостно заявил:

– Как только вы меня поставили вверх ногами, я тут же вспомнил: давным-давно и со мной произошло точно такое же несчастье, как с куклой Надей. Ко мне вызвали игрушечного доктора, и он прописал мне лекарство. И ещё я вспомнил, что у меня сохранился рецепт… Вот он!

– Грандиозно! – воскликнула кукла Надя.

– Нуте-с, попробуем разобрать, что в нём написано, – пробормотал Профессор, разглядывая рецепт. – Но, позвольте! Здесь нет ни одной из трёх букв, которые я знаю!

– Здесь даже нет твёрдого знака! – заглянув ему через плечо, удивился Онитаруб.

– Да, это очень странный рецепт! – покачал головой Профессор.

– А вот буква «у»! – воскликнула кукла Надя, тоже заглянув в рецепт.

– «У»? – на секунду задумался Профессор. – Очень возможно. А ты Пузырёк?

Но Пузырёк не стал рассматривать рецепт, а только гордо заявил:

– Я не умею читать, я умею только писать.

– Какое одностороннее образование! – Возмутился учёный муж. – Но как же нам всё-таки прочитать этот рецепт? Здесь очень много букв!

– Профессор! Не надо! – взмолилась кукла Надя. – Я очень-очень- очень-преочень боюсь! Пусть я останусь такой!

– А может, и правда, а? Действительно, очень приятный цвет! Я считаю, что кукле Наде так даже лучше, я думаю… – начал было рассуждать Пузырёк, но Профессор его оборвал:

– Ты, конечно, думаешь, но думаешь только о себе! А что, кукла Надя, может быть тебе и в самом деле так больше нравится? И я зря стоял на голове?

– Нет, конечно, нет! – покачала головой Надя. – Я за вас боюсь ужасно!

И она продекламировала:

В ответ игрушки окружили куклу и пропели хором:

вмешалась в их хор Надя.

закончили петь игрушки.

– Я постараюсь вспомнить ещё какую-нибудь букву, – предложил Профессор. – Но думать придётся опять крепко!

Пузырёк и Онитаруб поставили профессора вверх ногами, который начал бормотать что-то непонятное, и через некоторое время показал, что его надо перевернуть назад.

– Вспомнил! – вытирая лоб платком, сказал Профессор. – Вспомнил букву «Т». Вот она! Она есть в рецепте! Какая проделана большая умственная работа! Нуте-с, мы знаем уже две буквы: «У» и «Т». И… и больше мы ничего не знаем! – растерянно закончил он. – Что это может быть?

– Кукле Наде срочно нужно «УТ», – мрачно сказал Онитаруб.

– Ут… ут… может быть её надо утопить, или сдать в утиль? – предположил было Пузырёк.

Но все так шикнули на него, что он сорвал свою пробку-шапочку и закрыл ей лицо.

– Я не хочу в утиль! – заплакала кукла Надя. – Там всех перерабатывают и ещё неизвестно, что из меня получится!

– Я придумал! – вдруг подпрыгнул Пузырёк. – Нам нужны ещё игрушки. Ведь каждая игрушка знает какую-то букву!

– Но где мы их возьмём? – растеряно спросил Профессор.

– А принцесса Я? А чернобородый? – не унимался Пузырёк.

– Но ни принцесса Я, ни чернобородый не захотят нам помочь! – возразил Онитаруб.

– Правильно! Но нас больше, и мы их заставим! – настаивал Пузырёк.

– Грандиозно! – восхитилась кукла Надя. – А где они живут?

– Я знаю! – Пузырёк был очень горд собой. – За ковром, на том берегу, в правой тумбе письменного стола. Когда я жил в корзине, я видел, как принцесса высовывалась в замочную скважину подышать свежим воздухом.

– Это большое и трудное путешествие! – задумчиво сказал Профессор. – И как нам пересечь Красное море?

– Вот два превосходных катера! – показал на тапочки Хозяина Комнаты Онитаруб.

– В правом катере – дырка, – вмешался Пузырёк. – Хозяин Комнаты всё собирался отдать его сапожнику, да вот… не успел.

– Помилуйте! – возмутился Профессор. – Разве можно ремонт такого замечательно судна поручать сапожнику!

– Ничего! – решительно заявил Онитаруб. – Мы великолепно разместимся и в левом.

– Да, но, чтобы отправиться в такое путешествие, нужны припасы. Идёмте! Кажется, я знаю, где они лежат. Пузырёк! Ты останешься сторожить левый катер, – распорядился Профессор.

– И осмотри его хорошенько, нет ли и в нём дырки, – добавил Онитаруб.

Игрушки отправились за припасами. Пузырёк начал внимательно оглядывать тапок. И тут же распахнулся переплёт книги, и оттуда выскочила злая волшебница Пустота со своими Пустышками. Настроена она была решительно:

– Всё поняли, что я вам сказала?

– Поняли! – вытянулись во фрунт Пустышки.

– Нельзя допустить, чтобы игрушки отправились к правой тумбе письменного стола! Они должны попасть к левой тумбе, а уж оттуда я их живыми не выпущу! – потирала руки Пустота.

– А как заставить их переменить направление? – спросил Пустышка Первый.

– Это я поручаю вам! Уговорите Пузырька стать предателем! Возьмите его за горлышко и прижмите к стенке! Или пойдите на какую-нибудь хитрость. Ясно?

– Ясно! – рявкнули Пустышки.

– Вы – мои тайные лазутчики. И не ссорьтесь, как всегда, когда меня нет, – командовала Пустота. – А с этим Пузырьком я так разделаюсь, что он вовек не забудет! Я придумаю ему самую страшную казнь! Я сейчас же отправлюсь домой, в левую тумбу стола. Надо приготовить игрушкам хорошую встречу.

И злая волшебница Пустота исчезла, а Пустышки замаршировали к Пузырьку, который всё ещё сидел в тапочке-катере. Услышав чьи-то шаги, Пузырёк высунулся из катера и скомандовал:

– Стой! Кто идёт?

Те остановились, огляделись по сторонам, и Пустышка Первый объявил:

– Не знаем! Никто кажется.

– А вы? – ехидно поинтересовался Пузырёк.

– Так ты нам сказал «стой», мы и остановились. А теперь спрашиваешь «кто идёт»? Мы не знаем. Мы не идём, мы стоим, – ответил Пустышка Первый.

– Вот непонятливые какие! Так полагается спрашивать «стой, кто идёт!». Подойдите поближе, – скомандовал Пузырёк. А когда те подошли, уже скомандовал по-другому: – Стой! Кто стоит?

– Мы! – дружно ответили Пустышки.

– А кто вы такие? – не отставал Пузырёк.

Пустышки взялись за руки и, попеременно приседая, запели:

– А вообще – мы лазутчики злой волшебницы Пустоты! – хвастливо заявил Пустышка Первый, когда они кончили петь.

– Что?! Злой волшебницы Пустоты?.. – вскрикнул Пузырёк и прошептал про себя: – Надо быть очень-очень осторожным! Ну, теперь- то я уже не попадусь!

– Злая волшебница Пустота велела нам посмотреть – где, что и как? – сказал Пустышка Второй.

– Не прибавилось ли в мире пустых голов! – подхватил Пустышка Первый. – Не прибавилось ли пустых обещаний! Не появились ли пустые затеи!

– Мы – тайные лазутчики! – громко и дружно закончили свои объяснения Пустышки.

– Так что же вы так кричите? Лазутчики должны тихо разговаривать! – усмехнулся Пузырёк.

– Разве? – удивился Пустышка Первый.

– Я тоже так думаю, – поддержал Пузырька Пустышка Второй.

– Думаю, думаю! – передразнил его Пустышка Первый. – Ты всегда думаешь что-нибудь не такое уж глупое! А у меня голова пустее твоей! Поэтому я и занимаю больший пост, чем ты. Вот сейчас, например, я – первый, а ты – второй!

– Это просто потому, что ты идёшь первым, а если мы повернёмся и пойдём обратно, то я окажусь первым, а ты вторым, – возразил ему Пустышка Второй.

Пустышка Первый подозрительно посмотрел на него и спросил: – Это ты сам сообразил?

– Сам! – гордо ответил Пустышка Второй.

– Ну, ладно! Хватит говорить умные вещи! А то тебя живо уволят из Пустышек, и будешь влачить где-нибудь жалкое умное существование! А про то, что мы тайные лазутчики – надо кричать громко, а то, как же все узнают, что мы тайные лазутчики? – решительно заявил Пустышка Первый.

Тут в их разговор вмешался Пузырёк:

– Ну, а теперь уходите отсюда. Здесь нет ничего пустого.

– Как нет? А ты? – спросил Пустышка Второй.

– Что – я? – не понял Пузырёк.

– Да ведь ты совсем пустой Пузырёк из-под чернил! – заявил Пустышка Первый.

Пузырёк некоторое время осматривал себя, а потом со вздохом согласился:

– Да! Действительно! Смешно! И обидно!

– Да ты не горюй! Это же здорово! – похлопал его по плечу Пустышка Второй.

– А где чернила, которые в тебе ещё оставались? – поинтересовался Пустышка Первый.

– Я облил ими куклу Надю! – горько вздохнул Пузырёк. – Получилось так, что я сделал чёрное дело.

– Да ты герой! – дружно закричали Пустышки. – Молодец!

– Знаешь что?! Поступай в Пустышки к злой волшебнице Пустоте! – предложил Пустышка Первый. – Получишь такую же нарядную форму!

– Тебя зачислят на бесплатное пустое довольствие! – подхватил Пустышка Второй.

– Нет, нет, нет! – закричал Пузырёк. – Кукла Надя сказала, что я, всё-таки хороший! Я не пойду с вами. Здесь все мои друзья, игрушки.

– Но ведь ты совсем пуст! Ты сделал чёрное дело! А это что у тебя в голове? – спросил его Пустышка Второй.

– Это? – Пузырёк потрогал свой головной убор. – Пробка.

– И пробка в голове, – продолжал убеждать его Пустышка Второй. – Да с такими данными ты скоро главным у нас станешь!

– Пробка в голове! – завистливо произнёс Пустышка Первый. – Ты же самородок! Талант!

– Значит, я всё-таки, плохой? – схватился за голову Пузырёк.

– Конечно! – разом воскликнули Пустышки.

– Как ты можешь сомневаться? Ты просто дрянь! – не унимался Пустышка Второй.

– Да, действительно! – с горьким вздохом согласился Пузырёк. – Меня даже в мусорную корзинку выбросили.

– Вот видишь! Разве станут выбрасывать что-нибудь хорошее? – ехидно спросил Пустышка Второй.

– И твоя кукла Надя всё равно будет дружить с этим самым… как его… – начал было Пустышка Первый.

– Онитарубом, – заливаясь слезами, подсказал ему Пузырёк.

– Вот, вот! С ним! – обрадовался тот. – Даже когда она чёрная-пречёрная, она всё равно на него поглядывает.

– Что же мне делать? – в отчаянии воскликнул Пузырёк.

– Проклятые игрушки! Видишь, как они к тебе относятся? Ты должен их предать! Всех! – твёрдо заявил ему Пустышка Первый.

– И… и куклу Надю? – отшатнулся Пузырёк.

– Нет, её мы возьмём в плен и заставим дружить с тобой! – тут же нашёлся Пустышка Второй.

– А Онитаруба убьём! – махнул рукой Пустышка Первый.

– Нет! Нет! – закричал Пузырёк. – Я не могу стать предателем! Они мне всё-таки верят.

– Но они тебя не любят! Это точно! – налегал Пустышка Первый.

– Неправда! Они очень неплохо ко мне относятся! – Упорствовал Пузырёк.

– Какой упрямый! Пора взять его за горлышко и прижать к стенке! – решил Пустышка Второй и тотчас набросился на Пузырька.

– Осторожнее! – заверещал тот. – У меня горлышко стеклянное, хрупкое! Я должен подумать. Крепко подумать.

– А как ты это будешь делать? – поинтересовался Пустышка Первый.

– Не знаете что ли? Вверх ногами! Ну-ка, подержите меня за ноги! – скомандовал Пузырёк.

Пустышки подхватили его и поставили на голову.

– Он там что-нибудь не то придумает! – вдруг забеспокоился Пустышка Второй. – Мы должны его всё время уговаривать!

– А как же быть?.. – спросил Пустышка Первый. – Его голова вон где, а наши – совсем в другом месте.

– Нам тоже надо стать вниз головой, – нашёлся Пустышка Второй. – А Пузырёк пусть нас поддерживает.

Они тотчас встали на головы, а Пузырёк, встав на ноги, стал придерживать их, чтобы они не свалились.

– Опять что-то не то! Опять его голова не там, где наши. Ну, это просто безвыходное положение! – сказал Пустышка Первый.

– Я знаю, что нужно сделать! Вcё очень просто! Надо всем встать на ноги! – заявил Пустышка Второй, и они приняли своё обычное положение.

– Всё! Я крепко подумал! – заявил в этот момент Пузырёк. – Я не стану предателем. Ни за что!

– Ну, и пожалуйста! Не надо! – неожиданно согласился Пустышка Второй.

– Ты что, забыл, что велела злая Волшебница Пустота? – зашипел ему в ухо его товарищ. – Он должен стать предателем!

– Нет, не забыл. В крайнем случае, она велела нам его перехитрить. Главное, чтобы он привёл игрушки к левой тумбе письменного стола, – прошептал ему тот в ответ.

– Нет, определённо ты не полноценный Пустышка. Ты, всё-таки, наполовину Пустышка, – покачал головой Пустышка Первый и поинтересовался: – Как же ты его перехитришь?

– Очень просто! – ответил тот и позвал: – Эй, Пузырёк!

– Ну, чего вам? Сказал – не буду предателем, значит, не буду, – отозвался Пузырёк.

– Ладно, мы не спорим, – согласился Пустышка Второй. – Только я хочу тебя предупредить. Ты думаешь отправиться к правой тумбе письменного стола?

– Ну, к правой. Когда я сидел в корзине, то сам видел, что в ней живёт принцесса Я, – ответил Пузырёк.

– Так это давно было! А теперь они поменялись тумбами с волшебницей Пустотой, – дружелюбно улыбаясь, сказал Пустышка Второй.

– Как поменялись? – испугался Пузырёк.

– Как, как! Обыкновенно, с доплатой… Принцесса доплатила волшебнице Пустоте пятьсот тысяч пустых обещаний и въехала в левую тумбу, потому что в левой – просторней. Она совсем пустая, а волшебница Пустота переселилась в правую. Ей, конечно, там не так удобно – но пятьсот тысяч это пятьсот тысяч! Учти, всё, что я тебе сказал страшная тайна! Ну, мы пошли. Прощай! – Пустышки отсалютовали Пузырьку ружьями-сосками и, запев свою походную песню: «Снизу – ножки, сверху – крышки…», удалились.

– Ну и Пустышки! – оставшись один, захлопал в ладоши Пузырёк. – Всё мне выболтали! Теперь-то я знаю, куда надо держать путь. А чтоб игрушки не волновались зря – я им ничего не скажу. Ведь, они, чего доброго, могут мне и не поверить. И тогда все мы пропадём. Итак – к левой тумбе!

А тут как раз появились игрушки. Они держали в руках по длинной макаронине, а на плечах несли по большому куску сахара. Правда, кукла Надя ничего не несла, зато Онитаруб тащил сразу две макаронины и два куска сахара.

– Я так и не понял вкус сахара, но зато на нём очень удобно сидеть, – сказал Онитаруб, когда они подошли к тапочку-катеру.

– Прекрасная идея! – восхитился Профессор. – Мы положим сахар на дно катера и будем всю дорогу сидеть на нём, как на скамеечках. Запомни, Онитаруб: сидеть лучше, чем стоять! А?! Какова мысль!

– Грандиозно! – как обычно восхитилась кукла Надя.

– Надежда! – позвал её Пузырёк. – Скажи мне окончательно: плохой я или хороший?

– Я не знаю! – простодушно ответила Надя. – Вот Онитаруб, он хороший. Он нёс за меня макаронину и сахар.

– Но ведь меня там не было! Я бы тоже нёс! – воскликнул Пузырёк.

– Всё равно! – надула губки кукла.

– Надежда! – с отчаянием воскликнул Пузырёк. – Ты играешь мной, как человеком.

Но тут их разговор прервал Профессор, приказав:

– Всё! В путь! Раз мы подготовились к дороге, значит – надо пускаться в дорогу! Пузырёк будет управлять катером, потому что он знает куда плыть.

– Да! Я знаю! – согласился Пузырёк и воткнул в тапочек руль от сломанного игрушечного автомобили. Игрушки уселись на сахарные скамеечки и, высунув головы в дырки для шнурков, дружно запели:

– важно подняв палец вверх, басом закончил Профессор.

* * *

Пока игрушки были в пути, злая волшебница Пустота занималась приготовлениями к их встрече. Она взобралась на дверцу левой тумбы стола и, вооружившись подзорной трубой, оглядывала просторы Красного моря- ковра, чтобы не пропустить прибытие гостей. При этом она не забывала руководить своими солдатами:

– Крепкие верёвки приготовили?

– Приготовили! – дружно отрапортовали Пустышки.

– А обед готов?

– Праздничный-препраздничный! – захихикали Пустышки.

– Ну, скоро они будут в моей власти! – опустив трубу, радостно сказала Пустота. – Пузырёк правит прямо ко мне. Ха-ха-ха! Они и не догадываются, какая я сильная волшебница. Всё мне подвластно в этой части Комнаты! А разве мало в мире пустых голов, пустых надежд, пустых фраз, пустых сердец?! И всё это мои владения! Она уселась поудобней, взмахнула трубой и запела:

Тут Пустота глянула в подзорную трубу и закричала:

– Клянусь пустыней Сахарой, они уже высадились и идут сюда! Пустышки, за мной!

И когда игрушки появились возле стола, то Пустота со своими солдатами уже спрятались в тумбе.

– Ну, вот мы и добрались. Теперь надо подумать, как открыть эту тумбу, – сбросив с плеча макаронину, сказал Профессор и попытался открыть дверцу.

Но в этот момент дверца распахнулась сама, и оттуда выскочила злая волшебница со своим воинством. Пустышки мигом опутали игрушки длинной верёвкой и довольные застыли рядом.

– Ха-ха-ха! – ликовала Пустота. – Попались, попались!

– Злая волшебница Пустота! – закричал Пузырёк. – Значит, меня опять обманули!

– Но, позвольте! Это ошибка! Я протестую! – закричал Профессор. – Здесь должны проживать принцесса Я и чернобородый. Это не правая тумба!

– Нет, это левая тумба, – подтвердила волшебница. – И я вас уже давно здесь поджидаю.

– Но откуда вы могли узнать о нашем путешествии? – изумился Профессор. – Здесь же нет игрушечного телеграфа.

– А вы не догадываетесь? – продолжала ликовать Пустота. – Среди вас был предатель – мой верный Пузырёк!

– Неправда! Я не предатель! Меня подло обманули! – закричал Пузырёк.

– Пустое! – оборвала его волшебница. – Ты их очень здорово провёл.

– Проклятый Пузырёк! Сначала облил меня чернилами, а потом нас всех предал! – всплеснула руками кукла Надя.

– Эх, жалко я связан по рукам и по ногам! – заскрипел верёвками Онитаруб.

– Нет, нет! Погодите! Я, кажется, начинаю понимать. Пузырёк, ты просто сбился с пути, правда? Ты хотел пристать к правой тумбе, а случайно пристал к левой. Ну?.. Что же ты молчишь? – обратился Профессор к Пузырьку.

– Нет, я вёл катер именно к левой тумбе, – опустив голову, ответил Пузырёк.

– Он давно сбился с пути! – заявил Онитаруб.

– Но только я вас не предавал, я… – начал было Пузырёк, но Профессор сухо его прервал:

– Это уже не имеет никакого значения.

– Я тебя ненавижу! – прокричал Пузырёк Пустоте.

Но та только рассмеялась:

– Ах, Пузырёк, какой ты притвора. Как ты умеешь притворяться! Он ведь самый мой верный друг, – пояснила она игрушкам. – А перед вами хочет показать, что это не так.

Пузырёк заскрежетал зубами, потому что от бешенства не мог выговорить ни слова.

– Да! Я понимаю! Ты хочешь сказать, что ты голоден? – вкрадчиво спросила его Пустота. – Конечно, проделать такое трудное морское путешествие! И игрушки, верно, проголодались? Но, клянусь пустыней Гоби, они мои враги, а ты – мой друг! Поэтому я им ничего не дам поесть, а для тебя я приготовила праздничный-препраздничный обед. Как мы и договорились!

– Да не верьте же ей! Мы ни о чём не договаривались! – отчаянно закричал Пузырёк.

– Теперь мне ясно, почему Пузырёк отказался от своей порции сахара, – покачала головой кукла Надя.

– Да, да! – поддержал её Профессор. – Он предвкушал праздничный обед у волшебницы Пустоты. Предатель!

– Нет! Нет! Я просто хотел, чтобы вам больше досталось, а я мог и потерпеть! – попытался объяснить Пузырёк.

– Ну, кто тебе поверит теперь? – прервала его Пустота и распорядилась. – Эй, мои верные Пустышки! Накрывайте на стол, вытаскивайте самые лучшие пустые тарелки и накормите, как следует моего друга Пузырька!

Под звуки раздавшейся откуда-то музыки Пустышки нырнули в тумбу и через секунду появились вновь в белых поварских колпаках и белых передниках. Они несли маленький столик, стул и груду тарелок. Поймав упиравшегося Пузырька, Пустышки усадили его за столик и привязали к стулу салфеткой. Потом они принялись ходить вокруг него, распевая:

– Ну, как? Сыт? – обратилась Пустота к Пузырьку.

– По горлышко! – зло ответил тот. – Я очень рад, что такой обед не придётся отведать моим друзьям.

– Вот видите, какой мой Пузырёк нехороший? – сказала игрушкам волшебница. – Он очень рад, что вам не дали пообедать!

– Да я совсем не то хотел сказать! – чуть не плача, закричал Пузырёк.

– А сказал именно это, – решительно оборвала его Пустота и продолжила: – А теперь я убью игрушки. Смотри!

– Нет! Я не могу смотреть, как погибнут игрушки. Лучше я сам себя разобью! – вырвался из опутавших его салфеток Пузырёк и попытался разбежаться, чтобы удариться о стол.

– Стой! – схватила его за руку волшебница. – Я должна тебе отомстить до конца! Ты должен увидеть, как погибнут игрушки! – Она дунула на него и удовлетворённо сказала: – Ну, вот и всё. Я сделала тебя небьющимся. А теперь – смотри! Эй, мои верные солдаты-Пустышки! Ударьте игрушки по головам своими ружьями-пустышками! – приказала она. – И тогда головы у них станут пустыми.

Что и было немедленно исполнено её воинством.

– Э… позвольте! – растеряно ощупал себя Профессор. – Что-то произошло! Я не помню ни одной буквы!

– Я тоже! – воскликнул Онитаруб.

– А ведь какую-то букву помнила и я, – прошептала кукла Надя.

– Как же мы теперь прочитаем рецепт? – растерянно спросил Профессор.

– Рецепт? Какой рецепт? – пожал плечами Онитаруб. – Разве кто-нибудь болен?

– По-моему, никто, – ответила кукла Надя.

– Действительно! – согласился Профессор. – Я не помню ни про какой рецепт!

– Мы всё забыли! – ахнули разом игрушки.

– У меня совершенно пустая голова. Она даже гудит от пустоты, – задумчиво произнёс Профессор, но потом решительно заявил:

– Но я всё-таки помню сердцем, что мы должны помочь кукле Наде.

Игрушки тотчас приложили руки к сердцу и воскликнули:

– Да, мы тоже это помним!

– Ах, так! – возмутилась Пустота и распорядилась: – Эй, мои верные солдаты-Пустышки! Ударьте их по сердцам своими ружьями-пустышками. И тогда сердца у них станут пустыми!

Первым пришёл в себя, после того как солдаты выполнили приказ, Профессор. Он недоумённо огляделся по сторонам и заявил:

– Нет, мы не должны помогать кукле Наде.

– А вообще, с какой стати я должен помогать кому-то. Надо думать только о себе! – подхватил Онитаруб.

– Я ни с кем не хочу дружить! У меня нет никаких привязанностей, – сказала кукла Надя.

– Зачем ты это сделала?! – накинулся на Пустоту Пузырёк.

– Как?! Неужели ты мог подумать, что я их просто могу взять и убить? Фи! – пожала плечами волшебница.

– Что же теперь с ними будет? – горестно вздохнул Пузырёк.

– А разве ты не знаешь, что игрушки, как и люди, не могут жить с пустой головой и пустым сердцем? Считай, что они уже погибли. Сейчас они умрут! – объяснила Пустота.

И действительно игрушки стали двигаться так, как будто у них кончается завод. Неуверенно качая головами, они горестно запели:

– Ну, вот! – удовлетворённо сказала волшебница. – Я полностью насладилась своей местью. Они погибли, уверенные в твоём предательстве! Ха-ха-ха! Смейтесь, мои верные Пустышки!

И она торжествующе захохотала вместе со своим воинством.

– Я должен что-то придумать! – шептал Пузырёк. – Я должен сделать так, чтобы игрушки ожили! Или хотя бы отомстить злой волшебнице Пустоте! Но как? И некому меня подержать за ноги, чтобы я подумал, как следует!

Но всё-таки он попытался правильно задуматься.

– А ты поплачь! – сказала ему Пустота. – Мне приятно будет посмотреть, как ты плачешь! Твои друзья погибли, ты опозорен…

– А зачем мне плакать? – вдруг начал улыбаться Пузырёк. – Я очень рад, что игрушки погибли. Я ведь пустой, я могу служить тебе. И я уже неплохо тебе послужил. Ведь верно?

– Кажется, ты прав, – неуверенно согласилась волшебница.

– А теперь знаешь что? Слушай! – хлопнул он её по плечу. Зачем этим мёртвым игрушкам валяться здесь, на дороге. Возьми их лучше в свою тумбу.

– А зачем? – ничего не поняла Пустота.

– Как – зачем? – удивился Пузырёк. – Неужели ты не понимаешь? Ты всегда сможешь полюбоваться на дело рук своих, и тебе не надо будет даже выходить для этого из тумбы.

– Здорово! – восхитились Пустышки.

– А, пожалуй, это дельный совет, – согласилась волшебница.

– Я же говорил – он самородок, талант! У него же пробка в голове! – воскликнул Пустышка Первый.

– А ну, мои верные солдаты, перетащите-ка их в нашу тумбу! – распорядилась Пустота.

– Да, ведь они тяжёлые! Мы же надорвёмся! – хором заныли Пустышки.

– Ерунда! – оборвала их Пустота. – У них теперь пустые головы и пустые сердца. Они стали значительно легче от этого.

Пустышки двинулись к кукле Наде. Но Пузырёк, подскочив, оттолкнул их и бережно приподнял куклу.

– Я вам помогу! – объяснил он.

И они вместе перенесли Профессора, Онитаруба и Надю в левую тумбу. Но когда всё было исполнено, Пузырёк обернулся к волшебнице и торжествующе произнёс:

– А теперь, злая волшебница Пустота, попробуй, зайди в свою тумбу!

Та попробовала приоткрыть дверцу, но тотчас отшатнулась:

– Но я не могу туда войти! Она теперь не пустая. Там игрушки!

– Ага! Наконец-то я с тобой расправился! – радости Пузырька не было предела.

– Проклятый Пузырёк! – злобно закричала Пустота. – Ты меня перехитрил! Я разобью тебя!

– Так ведь ты же сама сделала меня небьющимся, – усмехнулся тот в ответ.

– А-а-а-а!!! – принялась рвать на себе волосы злая волшебница. – Сжалься надо мной, Пузырёк! Помоги мне вытащить оттуда этих дрянных кукол, и я их отпущу! Я обещаю тебе!

– Нет! Потому что все твои обещания пустые, – отверг её предложение Пузырёк.

– Что же мне делать?! – растерялась Пустота.

– Исчезнуть! И чем скорее, тем лучше. Ну?! – топнул он на неё ногой.

– Не кричи на меня! Подумаешь! – отступила в сторону злая волшебница. – Как будто мало на свете пустых мест!.. А всё-таки твоя кукла Надька осталась чёрной-пречёрной!.. Ай!.. Ай! – закричала она и исчезла… Может быть растворилась в воздухе, а может быть поднялась на воздух – ведь волшебницы легки на подъём.

– А вы? – обернулся Пузырёк к Пустышкам.

– Спасибо тебе, Пузырёк! Ты нас расколдовал, – хором ответили те. – Мы были честными оловянным солдатиками, но злая волшебница Пустота превратила нас в Пустышек. А теперь мы опять свободны. – И открыв дверь тумбы, они позвали: – Эй, игрушки, выходите! Пузырёк расправился с волшебницей Пустотой, и вы можете продолжать своё путешествие! Пузырёк не предатель! Это злая волшебница обманула его!

Игрушки, выскочив из тумбы, кинулись к Пузырьку и принялись его обнимать.

– Прости нас, Пузырёк, за то, что мы поверили, будто ты нас предал! – воскликнул Профессор.

– Скорей! Скорей! Нельзя терять времени! Мы должны торопиться! – прервал его Пузырёк.

– Куда торопиться? О! – приложил палец ко лбу Профессор. – Я вспомнил всё, что знал! О! Мы должны помочь кукле Наде. У кого рецепт?

– У меня. Вот он, – вытащил рецепт Онитаруб.

– Вперёд! К правой тумбе! – скомандовал Пузырёк. – Нам, очевидно, придётся брать её штурмом.

И воинственно настроенные игрушки направились к правой тумбе. Они и не заметили, как в одном месте подозрительно вздулась бахрома Ковра, словно под ней кто-то спрятался. Они на это и не обратили бы внимания, если бы спрятавшийся не попытался проскользнуть под Ковром мимо игрушек и не наткнулся при этом на куклу Надю.

– Ай! – испуганно вскричала она.

А Пустышки, приподняв бахрому, вытащили из-под неё упирающегося Ятя.

Тот бухнулся на колени и завопил:

– Пощадите меня! Не делайте, пожалуйста, со мной ничего плохого. Я вам всё честно расскажу. Я – забракованный дед Мороз. Когда меня делали, то бороду поставили криво, да ещё чёрного цвета. Конечно, я уже не мог приносить детям никакой радости.

– Ты знаешь какую-нибудь букву? – строго спросил его Профессор.

– Да! То есть – нет! – помотал головой Ять.

– Ты что же, хочешь от нас её скрыть? – грозно двинулся к нему Онитаруб.

– Вы меня не так поняли! – тотчас поправился Ять. – Несмотря на то, что из меня сделали урода, кто-то всё-таки сказал, что я сделан на букву «ять». Я решил, что это и будет той единственной буквой, которую я смогу запомнить. Но теперь-то я знаю, что такой буквы даже нет в алфавите. Пожалейте меня! Я – бракованный! Я – безграмотный! Я – несчастный!

– А принцесса знает какую-нибудь букву? – спросил Пузырёк.

– Конечно, знает. Только принцесса очень капризная, и не так-то её легко заставить что-нибудь сделать для других, – торопливо объяснил Ять.

– Да чего с ним разговаривать! – схватил его за шиворот Онитаруб. – А ну-ка, веди!

– О, вы так убедительно просите, что я не в силах вам отказать. Я даже помогу вам открыть тумбу! – немедленно согласился чернобородый.

Игрушки направились к правой тумбе письменного стола, а когда дядюшка Ять открыл её, внутрь проникли Пустышки и вскоре вытащили оттуда принцессу Я вместе с игрушечным картонным троном.

– Ваше высочество! – почтительно обратился к ней дядюшка. – Эти игрушки хотят, чтобы вы помогли им прочитать ту букву в рецепте, которую вы знаете.

– Но я не хочу, чтобы кукла Надька посветлела! Ущипни их! Всех ущипни! Я-я-я-я!!! – завизжала в ответ принцесса.

– Но, ваше высочество! – настаивал дядюшка. – Будьте благоразумны. Я не могу их ущипнуть. Их очень много, и они легко со мной справятся.

– Ну, пожалуйста! – обратилась к ней Надя. – Помоги прочитать рецепт! Ты ведь тоже кукла!

– Замолчи! – топнула ногой принцесса. – Я не простая кукла! Не видишь, что ли? Я сижу на троне!

– Да ведь тебя можно сбросить с трона! – вмешался Пустышка Первый.

– Ах, если бы я знал, что всё так обернётся, я бы ни за что не послушался злой волшебницы Пустоты! – заохал дядюшка. – Я ведь принцессу приклеил к трону волшебным клеем «БФ» и сбросить с трона её теперь невозможно! Вот если бы найти что-нибудь острое – какое-нибудь стёклышко или обломок бритвы – можно было бы отделить принцессу от трона, если это вам так хочется.

– Грандиозно! – как обычно, воскликнула кукла Надя.

– Но для этого нужно снова отправиться на поиски? – поинтересовался Профессор.

– Конечно! – поддержал его дядюшка.

– Стойте! – выкрикнул Пузырёк. – Чернобородый просто хочет от нас избавиться!

– Пусть Онитаруб останется здесь на страже, – тотчас предложил Ять.

– Правильно! – согласился Профессор.

– Но у него рецепт. Может быть, рецепт лучше взять с собой? – предложил Пузырёк.

– Нет, его можно потерять по дороге. А у Онитаруба твёрдая рука. Он рецепт ни за что не выпустит, – возразил Профессор.

И игрушки отправились на поиски, оставив Онитаруба сторожить принцессу Я и чернобородого. Впрочем, не ушёл и Пузырёк. Он спрятался за тумбу и стал подсматривать. Когда все удалились, дядюшка Ять склонился к принцессе и прошептал:

– А теперь, ваше высочество, нужно овладеть рецептом. И тогда кукла Надька никогда не вылечится. Видите, как я всё ловко подстроил!

– Правильно! – обрадовалась принцесса. – Отними рецепт у этой деревяшки Онитаруба! И ущипни его!

Льстиво улыбаясь, Ять подошёл к Онитарубу и похлопал его по руке. Но под свирепым взглядом Онитаруба отскочил и снова примостился возле принцессы:

– Надо что-то придумать очень хитрое, иначе рецептом не овладеть!

– Я-я-я-я! – завизжала та вполголоса. – Я не хочу, чтобы кукла Надька посветлела!

– Минуточку! – остановил её дядюшка. – Ваше высочество, я придумал! Этот Онитаруб – как нам докладывала злая волшебница Пустота – всё время хвастается своим твёрдым характером. Надо сделать так, чтобы характер у него стал мягким. Тогда он сам отдаст рецепт.

– Сам отдаст? – недоверчиво переспросила его принцесса.

– Конечно! – уверенно ответил тот. – Он же станет мягкохарактерным, и уговорить его будет очень просто.

– А как ты превратишь его твёрдый характер в мягкий? – спросила принцесса.

– При помощи вот этого ластика! – самодовольно улыбаясь, достал Ять из тумбы огромный ластик. – Я, действительно, сделан на букву «ять», если смог такое придумать. Видите… – показал он на грудь Онитаруба. – Единственная буква, которую он знает – это твёрдый знак. Вот в чём кроется твёрдость его характера! Если же ластиком стереть вон ту поперечную чёрточку – твёрдый знак превратится в мягкий. Понятно? Только не визжите! – приказал Ять и подошёл к Онитарубу:

– Э… премного-много-многоуважаемый Онитаруб! Во время трудного путешествия ты испачкал свой нарядный костюм! Позволь я тебе его почищу вот этим ластиком, и ты будешь опять, как новенький!

– Ладно, почисть, – согласился Онитаруб. – Только не думай, что я стану к тебе лучше относиться!

– Подними голову кверху, чтобы пыль не испачкала тебе лицо! – попросил Ять.

И как только тот выполнил его просьбу, быстренько стёр поперечную чёрточку в твёрдом знаке на груди Онитаруба.

– А теперь, ваше высочество, попросите его о чём-нибудь, – обратился он к принцессе.

– Подойди ко мне, милый Онитаруб. Давай дружить с тобой? – сказала принцесса.

– А чего же, давай! – послушно ответил Онитаруб и подошёл к ней.

– И не дружи больше с куклой Надькой! – уже уверенно приказала принцесса.

– Ладно, не буду! – тотчас согласился тот и удивился: – Что со мной? Какой я стал покладистый.

– Разожми руку, дорогой Онитаруб, – попросил его Ять.

– Кажется, я не должен этого делать? – задумчиво произнёс Онитаруб. – Но я не могу вам ни в чём отказать!

Из разжатой руки Онитаруба выпал рецепт. Но в этот момент из своего укрытия выскочил Пузырёк и подхватил его.

– Эй, игрушки! Тревога! – закричал он.

– Кто кричал? Что случилось? – окружили его прибежавшие куклы.

– Принцесса Я и чернобородый сделали Онитаруба мягкохарактерным, и чуть было не выманили у него рецепт! – ответил Пузырёк.

– Неправда! У Онитаруба твёрдый характер и твёрдая рука! – вступилась за друга кукла Надя.

– Да, да, эта рука не могла выпустить рецепт! – Поддержал её Профессор.

– А это – видели? – показал им рецепт Пузырёк. – Если бы я вовремя его не перехватил, он бы оказался у принцессы Я.

– Онитаруб, это правда? – спросила Надя.

– Я не понимаю, что случилось? – пожал Онитаруб плечами. – У меня больше нет никаких твёрдых убеждений! Я могу не отдавать рецепт. Но могу и отдать. Я могу дружить с куклой Надей. А могу дружить и с принцессой Я.

И он продекламировал:

– Какой ужас! – воскликнул Профессор.

– Ничего! – заявил Пузырёк. – Рецепт у меня. Я же говорил вам, что нельзя верить чернобородому.

– Пожалейте меня! – завопил Ять, бухнувшись на колени. – Я – бракованный! Я – безграмотный! Я – плохой и поэтому достоин сожаления.

– Выхвати у Пузырька рецепт и отдай мне! – тихонько приказала в это время принцесса Онитарубу.

Тот немедленно вырвал рецепт у Пузырька из рук и протянул его принцессе.

– Стой! – хором воскликнули Пустышки. – Мы этого не позволим!

Но когда Онитаруб было остановился, дядюшка Ять вскочил на ноги и закричал:

– Кто этого не ПОЗВОЛИТ!?

– Мы! – опять хором ответили Пустышки.

– И мы! – также все вместе заявили остальные игрушки.

– Ах! – воскликнула в этот момент принцесса и свалилась с трона, несмотря на то, что была к нему приклеена волшебным клеем «БФ».

– Проклятье! – схватился за голову дядюшка Ять. – Конец нашему царству! Вы случайно произнесли волшебное слово!

– Э… неуважаемый! – поинтересовался Профессор. – О каком волшебном слове вы изволите говорить?

– О слове «Мы»! «Мы»! Проклятые игрушки! – затопал ногами Ять. – Это слово было у нас запрещено под страхом смерти, потому что тот, кто его произносит, мгновенно оказывается сильнее принцессы Я!

– Я-я-я-я-я-я!!! – завизжала принцесса.

– Нет, мы не случайно его произнесли. Ведь мы – именно МЫ! – всё делали сообща! – торжественно заявил Профессор. – Запомни, Онитаруб… ах, да, ведь у тебя теперь нетвёрдая память… ну, так пусть все запомнят: «МЫ» всегда сильнее, чем «Я»!

– А теперь пускай принцесса прочтёт ту букву, которую знает, – напомнил Пузырёк.

– Я сейчас умру от злости! Я знаю букву «я», а она последняя в рецепте. Последняя-я-я-я-я! – упала на пол принцесса.

– Смотрите! Смотрите! А вот мягкий знак! – заглянув в рецепт, воскликнул Онитаруб.

– Я сейчас тоже умру от злости. Ведь это моя вина, что он теперь знает мягкий знак! О!!! – схватил себя за волосы дядюшка Ять и упал рядом с принцессой.

– Когда мы были ещё оловянными солдатиками, каждый из нас знал по одной букве из волшебного слова «МЫ». Я знал букву «Ы», – сказал Пустышка Первый.

– А я букву «М». Может, эти буквы тоже есть в рецепте? – сказал Пустышка Второй, и они склонились к рецепту.

– Вот видите! – воскликнул Профессор. – Мы не зря проделали это трудное путешествие. Настал торжественный миг. Такой торжественный, что я бы лично снял шляпу. Сейчас мы прочитаем этот рецепт все вместе. И избавим куклу Надю от её ужасной болезни!

И игрушки, склонившись к рецепту, начали его читать.

– У… – начала первой кукла Надя.

– М… – продолжил Пустышка Первый.

– Ы… – сказал Пустышка Второй.

– Т… – настала очередь Профессора.

– Ь – мягкий знак… – гордо заявил Онитаруб.

– С… – торжественно произнёс Пузырёк.

– Я – я-я-я-я… – завизжала принцесса.

– Итак, чтобы кукле Наде избавиться от черноты, ей нужно срочно… – начал Профессор.

– УМЫТЬСЯ! – громко прокричали игрушки.

Тут же у кого-то в руках мелькнули тазик и полотенце. Игрушки окружили куклу Надю, а когда они расступились – кукла Надя оказалась белой-пребелой, чистой-пречистой и по-прежнему хорошенькой-прехорошенькой.

– Пузырёк! Я была к тебе очень несправедлива. Ты хороший-прехороший. Я буду с тобой дружить! Всегда! – улыбаясь, сказала кукла Надя.

– Что ты сказала?! – воскликнул Пузырёк. – Вот это не смешно. Вот это не обидно! Вот это здо́рово!

И, взявшись за руки, игрушки принялись танцевать и петь:

вступила в их хор принцесса.

поднялся с пола дядюшка Ять.

пропели в ответ игрушки и продолжили:

Но в этот момент с дивана поднялся Хозяин Комнаты. Игрушки тотчас замолчали, застыв на месте, а тот закончил песенку за них:

Хозяин Комнаты поднёс руку к выключателю. Свет погас, и наша сказка закончилась.