Их план сработал, но я препятствовал ему более жестко, чем они предполагали; поэтому, чтобы мягко подтолкнуть меня к нужному решению, меня арестовали по ложному обвинению и предложили замять дело, если я соглашусь передать им свою часть активов компании.

Я отказался и настоял на судебном расследовании. Когда настало время суда, со стороны обвинения никто не явился. Однако моя защита настаивала на нормальном процессе, для чего попросила суд вызвать свидетеля со стороны обвинения для дачи показаний, что и было исполнено.

Судья, почтенный Арнольд Хип, в итоге остановил процесс и прекратил дело, пока оно не зашло слишком далеко, с резолюцией «это один из самых вопиющих примеров давления на суд, с которым я когда-либо сталкивался».

Чтобы защитить свою репутацию, я предъявил иск на материальный ущерб в размере пятидесяти тысяч долларов. Однако суд занялся его удовлетворением только через пять лет, и в итоге вместо возмещения своих убытков я получил лишь строгое предупреждение от Высшего суда Чикаго. В нем мой иск определялся как относящийся к гражданским правонарушениям, и это означало, что, по мнению суда, я требовал возмещения убытков по придуманному обвинению.

Но я все-таки предполагаю, что этот пятилетний перерыв возник по другой, и гораздо более серьезной причине, чем та, по которой я предъявил свой иск. Дело в том, что мои бывшие партнеры – те, кто придумал этот план с моим арестом и конфискацией моей части активов компании, – все это время отбывали наказание в федеральной тюрьме, и совсем не за то дело, по которому они выступали против меня. Таким образом, те, кто хотел обмануть меня, вновь утратили свое высокое положение и впали в крайнюю нужду.

Заключение по моему делу до сих пор лежит в архивах Высшего суда Чикаго как молчаливое свидетельство не только моего оправдания, но и чего-то гораздо более важного, а именно того, что мой ангел-хранитель, оберегающий судьбу всех, кто, несмотря на все, продолжает жить по справедливости, убедил меня больше не требовать свою компенсацию за моральный ущерб. В итоге мой иск против тех, кто хотел присвоить мои активы, так и не был удовлетворен и, по-видимому, никогда не будет.

В любом случае, думаю, что эти недостойные люди, которые хотели навредить мне ради личной выгоды, уже понесли свое наказание в виде страданий, угрызений совести и других жизненных неудач.

Этот случай также стал одним из величайших благ, случившихся со мной, так как он научил меня прощению. Он также доказал мне, что все зло, совершенное кем-то, обязательно возвращается к своему хозяину, а кроме того, подтвердил справедливость поговорки «Что посеешь, то и пожнешь»[16]. Он заставил меня перестать думать о том, как бы отомстить своим врагам. Он научил меня, что время всегда работает на стороне тех, кто прав, и является смертельным врагом тех, кто приходит с недобрыми намерениями. Наконец, этот случай помог мне понять слова Христа: «Отец мой небесный, прости этих грешных – они не ведают, что творят».