Огромный старомодный особняк, из которого Франклин Б. Шор управлял своей финансовой империей, светился всеми огнями от погреба до чердака. Перед входом стояли две полицейские машины. Жильцы близлежащих домов проснулись из-за суматохи и тоже зажгли лампы, в основном на верхних этажах. Кроме этих островков света, весь микрорайон был погружен во тьму.

Мейсон два раза проехал мимо дома, затем припарковал машину на противоположной стороне улицы и обратился к Делле Стрит:

— Я должен предварительно осмотреться. Посидишь в машине?

— Хорошо, — согласилась секретарша.

— Держи глаза открытыми. Если произойдет что-то подозрительное, чиркни спичкой и зажги сигарету. В противном случае не кури. Когда чиркнешь спичкой, подержи ее пару секунд рядом с лобовым стеклом, потом прикрой рукой и поднеси к сигарете. Даже лучше, если первая спичка у тебя потухнет и придется зажечь вторую — на всякий случай, если я не замечу первый сигнал.

— Ты собираешься в дом?

— Не сразу. Вначале хочу осмотреться во дворе.

— Хочешь, чтобы я составила тебе компанию, когда решишь отправиться в дом?

— Я тебе сообщу. Вначале же надо все проверить здесь. Видишь вон то окно на первом этаже с северной стороны? Оно открыто, и занавески не задернуты. Внутри только что мелькнула вспышка. Похоже, они фотографируют место преступления. Это важно.

Делла Стрит откинулась на сиденье.

— Предполагаю, что лейтенант Трэгг уже лично взялся за расследование, — заметила она.

— Несомненно.

— А где твой клиент, Джеральд Шор?

— Не исключено, что тоже появился на месте. Надеюсь, у него хватит ума не доказывать свое алиби.

— А какое у него алиби?

— Он был с нами.

— Не думаю, что нам когда-нибудь приходилось предоставлять алиби клиенту, не так ли, шеф?

— Нет. Поэтому я и надеюсь, что он будет держать язык за зубами.

— Разве Трэгг не поверит тебе на слово?

— Трэгг-то поверит, но поставь себя на место кого-нибудь из присяжных. Адвокат представляет в суде человека, обвиняемого в убийстве. С делом связано еще одно убийство, в котором замешан тот же человек. Клиент заявляет: «В тот момент я находился вместе со своим адвокатом». Адвокат обвиняемого со своей секретаршей занимают место для дачи свидетельских показаний и подтверждают его алиби. Не очень-то впечатляет, не так ли?

Делла Стрит покачала головой.

— Да, присяжным это не понравится, — согласилась она.

— Именно поэтому лучшие адвокаты отказываются от дел, где они вынуждены выступать в качестве свидетелей.

— Ты хочешь сказать, что откажешься представлять Шора, если тебе придется подтвердить его алиби?

— Я не хочу быть и адвокатом обвиняемого, и свидетелем со стороны защиты одновременно.

— Я могу выступить свидетельницей, — предложила Делла Стрит.

— Обсудим это позднее.

Мейсон застегнул пальто, спасаясь от холодного ночного северо-западного ветра, и перешел улицу к освещенному дому.

Делла Стрит наблюдала за ним сквозь лобовое стекло, периодически посматривая в разные стороны и пытаясь разглядеть что-то в темноте. Когда адвокат оказался во дворе и стал пересекать лужайку, секретарша заметила движение у живой изгороди.

Мейсон встал таким образом, что смотрел на окно в северной части дома. Тень приближалась к нему.

Делла Стрит быстро чиркнула спичкой. Мейсон, повернувшийся спиной к секретарше, не заметил сигнала. Делла протянула руку к приборной доске и два раза подряд быстро включила и выключила передние фары.

Мейсон обернулся — но слишком поздно.

Делла Стрит опустила стекло, чтобы слышать разговор.

— Мистер Мейсон?

— Да, я мистер Мейсон. — Только близко знавшие Мейсона на протяжении нескольких лет смогли бы уловить неестественные нотки в его голосе. — В чем дело?

Мужчина сделал еще пару шагов вперед.

— Лейтенант Трэгг хочет с вами встретиться. Он предполагал, что вы подъедете, и оставил меня подождать вас.

Мейсон рассмеялся в ответ.

— Мои поздравления лейтенанту Трэггу. Когда он хочет со мной встретиться?

— Прямо сейчас.

— Где?

— В доме.

— Да, на улице прохладно. Сигарету? — предложил Мейсон полицейскому.

— С удовольствием.

Они поднялись по ступенькам и вошли в дом. Делла Стрит откинулась назад на сиденье.

Свет в холле ослепил адвоката, так что ему даже пришлось прищуриться. Полицейский в штатском, сидевший у двери, поднялся на ноги.

— Сообщи Трэггу, что Мейсон приехал.

Охранявший вход полицейский с любопытством посмотрел на адвоката, кивнул и исчез.

Сопровождавший Мейсона полицейский прикурил сигарету и заявил:

— Мы с вами будем ждать здесь. Не думаю, что лейтенант хочет, чтобы вы бродили по дому, пока он не готов разговаривать с вами.

Послышались быстрые шаги. Трэгг появился из гостиной.

— Так, так, Мейсон! — воскликнул он. — Как мило с вашей стороны заглянуть к нам! Я как раз собирался с вами побеседовать. Уже звонил к вам в контору, но вас не оказалось на месте.

— Стараюсь предугадать каждое ваше желание, — с подчеркнутой вежливостью ответил Мейсон.

— Какая забота с вашей стороны! — Лейтенант Трэгг повернулся, просунул голову в дверной проем и крикнул кому-то: — Закрой дверь в спальню!

Лейтенант подождал, пока не услышал, как она захлопнулась, что означало: его приказ выполнили.

— Проходите, Мейсон, — пригласил Трэгг.

Адвокат последовал за лейтенантом в гостиную. К этому времени глаза Мейсона уже привыкли к свету, и он с фотографической четкостью отмечал про себя важные детали.

Джеральд Шор, казавшийся абсолютно спокойным, сидел в кресле, положив ногу на ногу, и время от времени затягивался трубкой. Он явно держал себя в руках. В одном из углов комнаты, остававшемся в тени, стоял, не произнося ни слова, полицейский в штатском, надвинув шляпу на глаза таким образом, что ее поля полностью скрывали его лицо. Он тоже курил: в полумраке выделялся тлеющий кончик сигареты. В нескольких футах от полицейского сидел мужчина с восточными чертами лица. Мейсон решил, что это Комо.

Гостиная была вытянутой, и та часть, в которой оказался Мейсон, слабо освещалась по сравнению с другой, за которой открывалась дверь в коридор, ведущий в спальню Матильды Шор. В коридоре горели яркие лампы, установленные на металлических треножниках, которые, несомненно, требовались фотографу. К ним вели пересекающиеся на полу провода от нескольких розеток в гостиной. Закрытая дверь в конце коридора скрывала спальню. Яркие лампы перед ней определенно указывали на то, что лейтенант Трэгг приказал сфотографировать комнату, а зловещее красное пятно на деревянном полу перед входом безошибочно объясняло причину.

— Присаживайтесь, Мейсон, — пригласил Трэгг. — Не хочу быть несправедливым по отношению к вам. Много раз в прошлом я предлагал вам сотрудничество, теперь я этого не делаю, потому что сейчас я занимаю враждебную по отношению к вам позицию.

— Как так? — спросил Мейсон.

— Мистер Шор утверждает, что вы его адвокат. Он отказывается что-либо говорить. Мне это не нравится.

— Я не вправе вас винить.

— И я не намерен это терпеть, — продолжал Трэгг. — Когда человек пытается что-то скрыть от меня в деле об убийстве, я рассматриваю это как признание вины.

Мейсон с симпатией кивнул.

— Я надеюсь, что вы не откажетесь говорить. Потому что, если и вы станете молчать, это пойдет совсем не на пользу вашему клиенту.

Мейсон кивнул Джеральду Шору и опустился на один из стульев, стоявших у стола.

— Конечно, я не буду молчать, Трэгг, — обратился он к лейтенанту. — Я готов говорить.

Трэгг тоже сел.

Шор вынул трубку изо рта.

— Лейтенант Трэгг задавал мне вопросы. Я сказал ему, что вы — мой адвокат.

— Это не должно было остановить вас от ответов на вопросы, касающиеся совсем другого дела, — заметил лейтенант.

— А откуда вы знаете, что это совсем другое дело? — уточнил Мейсон.

— Потому что то, о чем идет речь, случилось после того, как он вас нанял.

— Понятно.

Шор утрамбовал табак в трубке пальцем и заявил:

— Лейтенант, вы, наверное, слышали известную аксиому о том, что адвокат, пытающийся представлять сам себя, получает дурака в клиенты.

— Суть в том, что Шор отказывается сообщать, где он находился, когда было совершено преступление, — объяснил Трэгг Мейсону.

— Может, вам лучше для начала объяснить мне, о каком преступлении идет речь, лейтенант? — обратился к нему Мейсон.

— Хорошо, я объясню, — согласился Трэгг. — Хелен Кендал сидела на диванчике с Джерри Темпларом и разговаривала. Они услышали шум в спальне миссис Шор.

— Какой шум? — уточнил заинтересовавшийся Мейсон.

— Словно уронили тумбочку у кровати или что-то в этом роде.

— Взломщик, проникший через окно в северной части?

Трэгг колебался пару секунд, а потом кивнул:

— Да.

— Продолжайте.

— Естественно, Хелен Кендал удивилась, поскольку знала, что ее тети нет в спальне. После этого и мисс Кендал, и Джерри Темплар услышали звуки, похожие на стук палки об пол и тяжелые шаги Матильды Шор, к тому же кто-то подволакивал ногу, как она обычно делает. Важно то, что, если бы мисс Кендал не знала, что Матильда Шор находится в больнице, она не обратила бы на эти звуки никакого внимания, подумав, что ее тетя случайно уронила что-то у себя в спальне, вставая с кровати, чтобы сходить в туалет. Однако, зная, что миссис Шор нет в доме, мисс Кендал и Джерри Темплар решили выяснить, что к чему.

— Миссис Шор оставалась в больнице? — уточнил Мейсон.

— Да. Это подтверждено. Темплар открыл дверь. Пока он искал выключатель, кто-то, находившийся в комнате, выстрелил в него из револьвера. Прозвучало два выстрела. Первый — мимо. Вторая пуля вошла в его левый бок.

— Он мертв? — быстро спросил Мейсон.

— Нет, — покачал головой Трэгг. — Насколько я понял, его шансы — пятьдесят на пятьдесят. Сейчас идет операция.

— Отвратительная ночь у вас получается, лейтенант, — сухо заметил Мейсон.

Словно не слыша слов адвоката, Трэгг продолжал:

— Пуля в самое ближайшее время будет у нас, если ее еще не извлекли. У меня здесь есть пуля, выпущенная в Темплара и попавшая в дверной косяк. Она просвистела в дюйме или двух от Хелен Кендал. Пуля тридцать восьмого калибра. Очевидно, стреляли из обычного самовзводного револьвера. Я еще не сравнивал ее с пулей, убившей Генри Лича, но не удивлюсь, если выяснится, что все три вылетели из одного оружия. Это, естественно, означает, что стрелял один и тот же человек.

Мейсон постучал пальцами по столу.

— Интересно, — заметил он.

— Правда?

— Правда. Если мы заранее примем как факт, что все три пули выпущены из одного револьвера и, следовательно, одним и тем же человеком, мы можем исключить Лича, потому что он мертв, Матильду Шор, потому что она находилась в больнице, когда совершалось преступление, Джеральда Шора, потому что у него прекрасное алиби на тот же период времени, а также Хелен Кендал и Джерри Темплара. Более того…

— Я сам в состоянии разработать теорию, используя метод исключения, — перебил Трэгг. — Меня интересует ваше заявление о том, что у Джеральда Шора есть алиби.

— Есть.

— Какое?

Мейсон улыбнулся.

— Вы еще не назвали мне время, в которое было совершено преступление, Трэгг.

— Тогда почему вы уверены, что у него есть алиби? — быстро возразил Трэгг.

— Давайте думать, — снова улыбнулся Мейсон. — Человек, проникший в спальню, знал, что миссис Шор там нет, но не знал, что об этом известно Хелен Кендал.

— Откуда такие умозаключения?

— Он попытался обмануть Хелен Кендал, имитируя шаги миссис Шор. Это доказывает, что там находился не Джеральд Шор. Джеральд точно знал: Хелен известно, что ее тети нет в доме.

Трэгг нахмурился. Сразу же становилось ясно, что рассуждения Мейсона оказали на него впечатление и разбили разработанную им самим теорию.

Внезапно послышался голос полицейского, стоявшего в другом конце комнаты:

— Этот японец все внимательно слушает, лейтенант. Превратился в одно большое ухо.

Трэгг раздраженно повернулся.

— Уведите его отсюда, — приказал он.

Комо поклонился.

— Простите, пожалуйста, — с достоинством заявил Комо, — но я не японец. Я кореец. Я не испытываю дружеских чувств к японцам.

— Уведите его отсюда, — повторил Трэгг.

Полицейский положил руку на плечо Комо:

— Поднимайся, парень. На выход!

Трэгг подождал, пока Комо не проводили из гостиной в кухню, а потом повернулся к Мейсону:

— Мне не нравится ваше отношение. Как ваше, так и вашего клиента.

— Если уж мы решили говорить друг другу правду, лейтенант, — улыбнулся Мейсон, — то мне не нравится, что вы меня сюда притащили как вора-домушника.

— В таком случае то, что я скажу теперь, вам понравится еще меньше, — продолжал Трэгг. — Мои люди провели расследование в гостинице «Ворота замка», и администратор сообщил им, что вас было трое, когда принесли письмо. На гору вы отправились вчетвером. Почему кто-то из вашей компании не заходил в гостиницу? А теперь подождите минутку. — Трэгг встал и направился к телефону в холле, оставив дверь открытой. Он набрал номер, а когда на другом конце ответили, заговорил: — Гостиница «Ворота замка»? Ночной портье?.. Это лейтенант Трэгг из отдела по раскрытию убийств… Когда вы заступили на смену сегодня вечером?.. В шесть часов. Хорошо. Вы знаете мужчину по имени Джеральд Шор?.. Давайте я вам его опишу. Года шестьдесят два, приличного вида, высокий лоб, прямой нос, рост — пять футов восемь или восемь с половиной дюймов, вес — шестьдесят пять фунтов, густые седые волосы, зачесанные со лба назад, одет в серый костюм в клетку, голубую рубашку, сине-красный галстук, булавка с черной жемчужиной… Был? Когда?.. Понятно… Как долго?.. Через полчаса я к вам заеду, а пока ни с кем это не обсуждайте. — Трэгг повесил трубку и вернулся в гостиную. Он занял такое положение, чтобы одновременно видеть и Джеральда Шора, и Перри Мейсона. — Мне кажется, что я наконец увидел свет в конце тоннеля. Может, мистер Шор, вы объясните мне, почему вы ходили в гостиницу «Ворота замка» сегодня ранним вечером и ждали, ждали, ждали?

Джеральд Шор спокойно вынул трубку изо рта и показал ею на Мейсона.

— Вот мой адвокат, — только и сказал он.

Трэгг кивнул с победной улыбкой.

— Джерри, — позвал он полицейского из холла, — мистеру Мейсону пора идти. Если заметишь, что ему никак с нами не расстаться, напомни ему, что его ждут в других местах. До скорой встречи, Мейсон! — Трэгг поднял руку, чтобы привлечь к себе всеобщее внимание. — Я заявляю всем находящимся здесь, что, как только появится Франклин Шор, я хочу, чтобы он дал показания перед Большим жюри. Пожалуйста, не забудьте об этом.

Мейсон повернулся, ни слова не говоря, направился к входной двери и открыл ее. Трэгг обратился к Джеральду Шору:

— Это ваш последний шанс что-то сказать.

Мейсон помедлил, чтобы услышать ответ.

— У вас есть спичка, лейтенант? — спокойным тоном спросил Джеральд Шор.

Полицейский вывел Мейсона на крыльцо. Дверь захлопнулась.

Еще один полицейский, очевидно получивший задание проследить, чтобы Мейсон незамедлительно покинул территорию, сделал два шага вперед.

— Я провожу вас до машины, мистер Мейсон.

— В этом нет необходимости.

— Нет, лучше провожу. Неизвестно, чего еще можно ждать сегодня ночью. Мы не хотим, чтобы с вами что-нибудь случилось.

Мейсон в сопровождении полицейского направился к проезжей части. Взглянув туда, где стояла его машина, он увидел только пустой тротуар. Не было ни автомобиля, ни Деллы Стрит. На какое-то мгновение это озадачило адвоката. Он замедлил шаг, что заставило полицейского остановиться.

— В чем дело, мистер Мейсон?

— Слегка подвернул ногу, — ответил адвокат, направляясь к углу.

— Послушайте, мистер Мейсон, ваша машина припаркована в другой стороне. Лучше, если вы… Черт побери, а где же ваша машина?

— Мой шофер отогнал ее обратно к конторе. У меня было для него задание.

Полицейский подозрительно посмотрел на Мейсона.

— А куда вы теперь направляетесь? — поинтересовался он.

— Прогуляюсь, подышу свежим воздухом. Составите мне компанию?

— Черт побери, нет! — с чувством ответил полицейский.