Жила-была свинья и три её поросёнка. Жили они на скотном дворе – просторном, старом и уютном. Старшего поросёнка звали Пеструнчик, среднюю свинку Белянкой, а младшего и самого хорошенького поросёнка – Черныш.

Надо сказать, что Пеструнчик был грязнуля из грязнуль и, как ни грустно, чуть ли не весь день он проводил, валяясь и барахтаясь в грязи. А уж когда выдавался дождливый денёк и грязь на скотном дворе так и чавкала бурой липкой жижей, у Пеструнчика был настоящий праздник. Поросёнок убегал от мамы-свиньи, отыскивал на дворе самое грязное место и нежился в нём до самого вечера. Мама-свинья очень огорчалась и, печально качая головой, говаривала: «Ах, Пеструнчик! Когда-нибудь ты горько пожалеешь, что не слушался свою старую матушку». Но сколько Пеструнчика ни попрекай и ни грози, у него в одно ухо влетит, а в другое вылетит.

Белянка была умненькая свинка, но ужасная жадина и обжора. Она только и думала, что о еде. Бывало, только позавтракает, а уже мечтает об обеде. Как завидит скотницу, которая несёт вёдра с помоями к кормушке, так встаёт на задние ножки и давай танцевать и громко хрюкать от восторга. Когда же скотница выливала помои в кормушку, Белянка проворно распихивала братцев и пятачком, и боками, чтобы выудить из кормушки лучшие кусочки. Мама-свинья частенько бранила Белянку за такое себялюбие и приговаривала: «Ах, Белянка, когда-нибудь ты горько пожалеешь, что была такой жадиной и отнимала еду у братцев!»

Черныш был славный и добрый поросёнок, не грязнуля и не жадина. Я даже могу сказать, что для свинки он был довольно опрятен, и шкурка у него всегда лоснилась, как чёрный атлáс. Он был куда смекалистее Пеструнчика и Белянки, и материнское сердце старой свиньи переполнялось гордостью за сына, когда она слышала, как хозяин скотного двора говаривал друзьям: «Когда-нибудь из этого поросёнка выйдет призовая свинья».

Долго ли, коротко ли, а мама-свинья состарилась, одряхлела и почуяла, что конец её близок. Как-то раз она призвала к себе троих поросят и сказала:

– Дети мои, я уже стара и слаба и долго не протяну. Перед смертью я хочу обеспечить каждому из вас дом, потому что в наш старый сарайчик, где мы жили так счастливо, хозяин поселит другое свиное семейство, а вы останетесь без крова над головой. Ну, Пеструнчик, скажи, какой дом тебе бы хотелось?

– Я хочу дом из грязи, – ответил старший поросёнок, кося глазом на глубокую лужу в дальнем углу скотного двора и от нетерпения перебирая копытцами.

– А ты, Белянка? – спросила старая свинья, опечаленная тем, что её старшенький придумал такую глупость.

– Я хочу дом из капустных кочанов, – с набитым ртом прочавкала Белянка. Она даже не соизволила поднять рыльце над кормушкой, из которой поедала картофельные очистки.

– Ах ты, глупенькая свинка! – в сердцах воскликнула старая свинья, огорчённая до глубины души. – Ну а ты, Черныш, какой домик хочешь? – спросила она у младшего поросёнка.

– Матушка, я хочу домик из кирпича, потому что зимой в нём будет тепло, а летом прохладно, и круглый год он будет мне надёжной защитой.

– Вот умница! – воскликнула мама-свинья, нежно глядя на сына. – Я распоряжусь, чтобы вам немедленно выстроили каждому по домику. А теперь, дети мои, выслушайте мой совет. Я не раз уже рассказывала вам, что у нас есть заклятый стародавний враг – лис. Когда он прознает о моей смерти, то неминуемо попытается утащить каждого из вас в свою нору и съесть. Знайте, лис хитёр и коварен и мастер прикидываться кем угодно, а потому обещайте мне, что не впустите его в свои домики, в каком бы обличье он ни явился.

Три поросёнка дали матери слово, что не подпустят к себе лиса, потому что издавна его боялись: они слышали о нём столько страшных историй!

Спустя некоторое время старая свинья скончалась, и три поросёнка поселились каждый в своём новом доме.

Пеструнчик был донельзя счастлив в своём домике, вылепленном из грязи, с глиняным полом, который вскоре восхитительно зачавкал у него под копытцами. Того-то Пеструнчику и надо было: он плюхнулся в грязь и барахтался в ней с утра до ночи в своё удовольствие, грязный от пятачка до кончика хвоста.

Как-то раз, когда он уютно дремал в луже, кто-то тихонько постучал в дверь и вкрадчиво спросил:

– Господин Пеструнчик, нельзя ли мне войти? Уж как хочется посмотреть ваш прекрасный новый домик!

– А вы кто? – спросил Пеструнчик, подскочив со страху, потому что вкрадчивый голос звучал как-то притворно, и поросёнок испугался, не лис ли это.

– Я ваш друг и пришёл поздравить вас с новосельем, – проурчал голос.

– Ой, не верю я вам! – воскликнул поросёнок. – Никакой вы не друг, вы хитрый и коварный лис, о котором рассказывала нам матушка-свинья. Я вас не впущу, так и знайте.

– Ах вот как ты заговорил! – зарычал лис свирепым голосом. – Скоро мы узнаем, кто тут хозяин! – С этими словами он пустил в ход свои сильные лапы и крепкие когти и вскоре прорыл в мягкой глиняной стене изрядную дыру. Лис безо всякого труда проскользнул внутрь, ухватил Пеструнчика за горло, вскинул себе на спину и утащил в своё логово.

На другой день свинка Белянка уплетала капустные листья, обкусывая их со стен домика. Лис прокрался к ней под дверь, намереваясь и её утащить к себе в нору. Он заговорил вкрадчивым голосом, точно так же, как с Пеструнчиком:

– Я ваш друг и пришёл поздравить с новосельем, а заодно набрать немножко вашей чудесной капустки на обед.

Белянка испугалась.

– Пожалуйста, не трогайте капусту! – воскликнула свинка. – Это ведь не просто кочаны, а стены моего домика, и если вы их съедите, то проделаете в стенах дырку. Тогда до меня доберутся дождь и ветер, и я непременно простужусь. Уходите, прошу вас! Ведь вы никакой не друг, а хитрый и коварный лис, наш заклятый враг!

И бедняжка Белянка захныкала и горько пожалела, что была такой жадиной и выбрала капустный дом, а не прочную постройку из камня или дерева. Но, увы, было уже слишком поздно! Мгновение – и лис прогрыз дыру в капустной стене, ухватил дрожащую Белянку и, как она ни визжала, утащил свинку в своё логово.

На следующий день лис отправился к домику Черныша, потому что решил изловить всех трёх поросят, загрызть их и устроить для своих друзей пир на весь мир. Но, добравшись до кирпичного домика, лис обнаружил, что дверь заперта на засов. Тогда он притворным вкрадчивым голосом завёл свои обычные речи:

– Милый Черныш, впустите меня, будьте так любезны! Я принёс вам подарок с вашего родного скотного двора: свежайшие яйца.

– Нет, господин Лис, я вас не впущу, – ответил умница Черныш. – Знаю я ваши хитрости! Вы уже утащили к себе Пеструнчика и Белянку, но вам меня не заполучить.

От подобного приёма лис так рассвирепел, что со всего размаху ударил в стену и попытался прошибить её насквозь. Но не тут-то было: домик был выстроен на славу, и как лис ни скрёб крепкую кирпичную кладку, он только в кровь поранил лапы, и пришлось ему хромать восвояси, злобно скуля от боли.

– Ну ничего, – прорычал лис поросёнку, ощерив острые зубы, – я до тебя доберусь, помяни моё слово, и вырву у тебя сердце, а косточки твои сотру в порошок!

На другой день Чернышу понадобилось пойти в город за провизией. Кроме того, поросёнок купил на рынке большой-пребольшой чайник.

На обратном пути поросёнок нёс чайник за плечом и вдруг услышал, что кто-то за ним крадётся. Сердце у Черныша замерло от страха, но вдруг его осенило. Поросёнок как раз поднялся на вершину холма, а у подножия виднелся его домик, обсаженный деревьями. Черныш проворно снял с чайника крышку и забрался внутрь. Он свернулся на дне чайника, а передней ногой закрыл крышку, так что теперь снаружи его было не видать. Затем поросёнок брыкнул копытцем, и чайник покатился по склону холма до самого подножия. Лис, который крался за поросёнком и приотстал, только и увидел, как большой чёрный чайник катится под гору. Он расстроился, что упустил добычу, и хотел уже бросить погоню, но тут чайник докатился до самого порога кирпичного домика. Из чайника выскочил поросёнок, юркнул внутрь и закрыл дверь на замок и на засов, да ещё и ставни на окнах запер.

– Ах вот оно что! – сказал себе лис. – Думаешь, ты меня провёл? Как бы не так! Мы ещё поглядим, кто из нас хитрее, дружок.

С этими словами лис на цыпочках стал обходить дом и прикидывать, как бы ловчее забраться на крышу.

Тем временем Черныш налил в чайник воды и подвесил его над огнём в очаге, а сам сел ждать, пока вода закипит. Когда чайник забулькал и из носика повалил пар, поросёнок услышал, как кто-то тихонько крадётся по крыше: топ-топ-топ. Миг – и из дымохода показалась лисья морда и передние лапы. Но хитрый поросёнок не закрыл чайник крышкой, так что лис свалился в кипяток и взвыл от боли. Не успел он и глазом моргнуть, как Черныш закрыл чайник крышкой, и коварный лис сварился заживо.

Как только поросёнок убедился, что заклятый враг мёртв и больше не причинит свиному семейству никакого вреда, он поспешил на выручку братцу и сестрице. В самой чаще леса из лисьей норы раздавались жалобное хрюканье и визг: это Пеструнчик и Белянка томились в заточении и каждую минуту боялись, что лис вот-вот задушит их и съест. Но когда в нору просунулся пятачок Черныша, радости их не было предела! Черныш проворно отыскал острый камушек и перерезал верёвки, которыми Пеструнчик и Белянка были привязаны к колышку в земле, и три поросёнка вприпрыжку отправились в дом к Чернышу. Здесь они зажили припеваючи и жили долго, дружно и счастливо.

Пеструнчик больше не валялся в грязи, а Белянка не объедалась и не жадничала, потому что оба поросёнка крепко запомнили, как эти дурные привычки едва не стоили им жизни.