Ровно в восемь часов Мейсон подвел свою машину к тротуару на углу Ла-Бри и Беверли. Эллен Эйдер вынырнула из темноты, пересекла тротуар и скользнула в машину адвоката.

– Вы приехали на такси? – спросил тот.

– Да.

– За вами не следили?

– Нет.

– Отлично! – сказал Мейсон. – Итак, куда мы едем?

– Поезжайте вниз по Ла-Бри, а потом сверните направо. Я не была в этих местах уже полгода, но думаю, что не заплутаю.

– В каком доме она живет?

– Это такие домики, которые рассчитаны на две семьи и состоят из двух крыльев. Агнес Берлингтон занимает западную половину. Перед домом газон и дорожка из гравия.

– Когда вы были там в последний раз?

– Думаю, месяцев шесть назад.

– Зачем вы туда ездили?

– Как всегда, чтобы купить ее молчание.

– И вы дали ей денег?

– Да… В долг.

– А теперь вы хотите, чтобы она заговорила. А вам не приходило в голову, что она может отказаться? – поинтересовался Мейсон.

– Вы намекаете на то, что и за показания она захочет получить деньги?

– Да.

– Значит, сперва я платила ей за то, чтобы она молчала, а теперь буду платить за то, чтобы она заговорила?

– Платить вы не будете, – сказал Мейсон. – Вы не имеете права это делать.

– Почему?

– Потому что противная сторона в этом случае сумеет доказать, что Агнес – подкупленная вами лжесвидетельница. В подобных случаях вы не имеете права оплачивать свидетельские показания.

– Что же нам делать?

– Мы просто припугнем ее, скажем, к чему все это может привести. Рано или поздно она сдастся.

– Сверните здесь направо, – указала Эллен Эйдер, а когда Мейсон сделал поворот, добавила: – Неплохая мысль. Думаю, нам удастся получить у нее признание. – И женщина погрузилась в молчание.

Мейсон проехал еще несколько кварталов, прежде чем Эллен Эйдер заговорила снова.

– Сверните еще раз направо. Проезжайте два квартала, а затем… Нет, нет, подождите минутку! Я ошиблась. Надо проехать три квартала, а потом свернуть налево. Дом стоит с правой стороны.

Вскоре Мейсон подвел машину к тротуару.

– Вы можете подъехать по подъездной дорожке к самому дому? – попросила Эллен Эйдер.

– Уж больно грязная эта дорожка, – ответил Мейсон. – Видите, здесь недавно уже побывала машина и оставила глубокие следы. Лужайка от дома к шоссе имеет небольшой уклон, и влага с газона просачивается и на гравий. Лучше оставим машину здесь и пройдем до дома пешком.

– Как хотите, – согласилась Эллен.

Мейсон распахнул дверцу машины, вышел и помог выйти женщинам. После этого они неторопливо направились к дому, имеющему две наружные двери – слева и справа.

Подойдя к левому крыльцу, Мейсон нажал кнопку звонка. Было слышно, как звонок зазвонил внутри дома, но в домике по-прежнему оставалось все тихо.

– Видимо, ее нет дома, – предположила мисс Эйдер.

– Не думаю, – ответил Мейсон. – Свет-то уже горит. Просто занята чем-то в данный момент и не может сразу открыть.

– Может быть, звонок не работает?

– Работает. Я слышала, как он прозвенел, – сказала Делла Стрит.

Мейсон снова нажал кнопку, но из дома снова не последовало никакой реакции.

– Что ж, – сказал Мейсон, – в таком случае нам нужно вернуться к машине, переждать минут десять-пятнадцать, а потом опять попробовать войти в дом. Возможно, она как раз принимает душ.

– А может быть, она на кухне и не слышит звонка? Или шум душа заглушает звонок. Или у нее включена стиральная машина. Почему бы нам не обойти дом и не заглянуть в окно? – спросила Эллен.

– В другой половине дома света нет, – заметил Мейсон. – Значит, ее соседей нет дома. Но тем не менее заходить в дом мне не хочется.

Он еще дважды позвонил, а потом подошел к окну на фасаде и прижал лицо к холодному стеклу.

– Что-нибудь видно? – спросила Делла Стрит.

– Мебель в комнате, саму комнату… О, черт!

– В чем дело? – воскликнула Делла.

– Вижу женскую ногу, – бросил Мейсон.

– И что поделывает эта женская ножка? – поинтересовалась девушка.

– Ничего, – ответил Мейсон. – Она просто торчит из двери, которая, видимо, ведет в спальню.

– Ах, боже ты мой! – ахнула Эллен. – Если с ней что-то случилось, я не смогу… Дайте мне взглянуть!

Она подошла к адвокату и тоже прижала лицо к стеклу, приложив к нему руки козырьком, чтобы лучше видеть.

– Нога совершенно неподвижна. Женщина, видимо, лежит на полу, – сказал Мейсон. – Проверь дверь, Делла! Позвони, постучи и дерни за ручку. Проверь, на запоре дверь или нет.

– Да, женщина лежит совершенно неподвижно, – подхватила Эллен.

– Дверь заперта, – доложила Делла Стрит.

– В таком случае лучше всего вызвать полицию, – предложил адвокат.

– Ой, что вы! Только не полицию! – испугалась Эллен Эйдер. – Во всяком случае, пока мы не узнаем, что с этой женщиной. Если она просто пьяна или наглоталась наркотиков, мы сможем получить ее показания еще до того, как до нее доберется кто-нибудь другой. Неужели вы не понимаете, как важно для меня, чтобы она встала на свидетельское место и дала показания?

Мейсон был в нерешительности.

– Может быть, она просто напилась до бесчувствия… – повторила мисс Эйдер.

– Еще слишком рано для того, чтобы напиться до бесчувствия, – перебил ее Мейсон. – Ну хорошо, давайте обойдем дом и посмотрим, как там обстоит дело с черным ходом. Или отыщем другое окно, из которого будет видно лучше.

Адвокат спустился с крыльца, прошел несколько шагов по земле, а потом обернулся и сказал:

– Почва чересчур уж мягкая. Кто-то постарался слишком обильно полить газон. Тут имеется подземная оросительная система, и она все еще работает. А когда ее включили – неизвестно.

– Может быть, лучше обойти дом с другой стороны? – спросила Эллен Эйдер.

– Этим мы нарушим правила, касающиеся частной собственности, – ответил Мейсон. – Пройдем лучше с той стороны, которая принадлежит Агнес Берлингтон.

Он возглавил шествие вокруг дома по лужайке и, подойдя к задней двери, воскликнул:

– Ого, а дверь-то открыта! Даже осталась щель. Думаю, мы можем войти в дом.

– Вы так думаете? – Эллен Эйдер нерешительно взглянула на Мейсона.

Тот помолчал мгновение, а потом сказал:

– Только будем держаться все вместе. И ни к чему не притрагиваться!

С этими словами он распахнул заднюю дверь.

– Хэлло? Есть кто-нибудь в доме? – громко спросил он. Поскольку ему никто не ответил, он повторил: – Хэлло? Мисс Берлингтон?

И опять никакого ответа.

Адвокат прошел через кухню и вошел в освещенную гостиную, потом свернул направо, в сторону спальни. Занавески на окнах там были задернуты, но в спальне тоже горел свет. Не дойдя до спальни, Мейсон остановился.

– Так я и думал, – сказал он. – Не подходите сюда!

Женщина, которая лежала на полу, была чуть старше сорока. Черные волосы рассыпались по полу, и часть из них мокла в лужице крови.

Адвокат снова предупредил сопровождающих его Деллу и Эллен Эйдер:

– Не подходите сюда и ни до чего не дотрагивайтесь!

Потом он шагнул вперед, нагнулся над женщиной и, пощупав пульс, выпустил ее руку.

– Она мертва, и уже порядочное время, – констатировал он. – Трупное окоченение уже наступило. Здесь требуется вмешательство полиции.

Эллен Эйдер быстро проскочила мимо Деллы Стрит и схватила адвоката за руку.

– О, мистер Мейсон, сделайте что-нибудь! Нельзя, чтобы нас вовлекли в эту историю!

– Выходите из дома, – ответил тот. – Тут уж мы ничего не можем поделать. Мы не можем вернуть ее к жизни, хотя вам и очень нужны ее показания.

– О боже! Как это все ужасно! – воскликнула Эллен Эйдер, выпуская руку Мейсона и отправляясь обратно к двери. Споткнувшись о труп и пытаясь сохранить равновесие, она схватилась за шкаф рукой и вскрикнула.

Мейсон взял мисс Эйдер за руку и сказал Делле Стрит:

– Выведи ее из дома. И не позволяй ей ни к чему притрагиваться.

Он подтолкнул женщину к девушке, но Эллен Эйдер опять зашаталась и схватилась за дверной косяк, а потом с плачем повисла на Делле Стрит.

– Мне кажется, у вас начинается истерика, – обратилась к мисс Эйдер девушка.

– Никакой истерики быть не должно, – отрезал Мейсон, – я хочу здесь еще немного осмотреться, но не буду ни к чему притрагиваться. Мы не можем… В общем, присмотри за ней, Делла.

– Дайте мне выйти отсюда! – попыталась Эллен Эйдер вырваться из рук Деллы. Нетвердой походкой она направилась к двери, чтобы открыть ее.

– Она почти в истерике, – сказала Делла. – Мы не можем так ее отпустить.

Мейсон бросился за Эллен Эйдер, поймал ее на ступеньках крыльца и приказал:

– Сядьте здесь и возьмите себя в руки!

Та вместо ответа собиралась закричать, но адвокат прикрыл ей рот рукой и усадил женщину на цементную ступеньку.

– Вот здесь и сидите!

Она посмотрела на него широко раскрытыми от страха глазами и снова расплакалась.

– Делла, – позвал Мейсон, – в трех кварталах отсюда имеется станция обслуживания с телефоном-автоматом. Съезди туда, вызови полицию и возвращайся обратно. Я присмотрю за Эллен, пока ты не вернешься.

Адвокат повернулся к плачущей женщине:

– Ну а теперь прекратите! Иначе вы поднимете на ноги всех соседей. Мы имеем дело с убийством, и нам нужно контролировать свои поступки.

Делла Стрит быстро пробежала по дорожке, села в машину, завела мотор и через мгновение исчезла.

– Я вас отпущу, – говорил Мейсон Эллен Эйдер, – но хочу, чтобы вы прекратили свои рыдания. Сюда скоро приедет полиция, мне не хотелось бы ей рассказывать, с какой целью мы нанесли визит Агнес Берлингтон. Кроме того, я не хотел бы, чтобы вы рассказывали полиции о том, что платили ей деньги за молчание. Вы меня поняли?

Она снова посмотрела на Мейсона широко раскрытыми от страха глазами.

Адвокат снял руку со рта Эллен.

– Вы меня поняли? – повторил он. – Говорить с полицией буду я.

Эллен Эйдер глубоко вздохнула.

– Это у меня шок… – Она как-то безвольно поникла. – Мне кажется, я сейчас потеряю сознание…

Мейсон заставил ее наклониться:

– Положите голову между колен и сидите в таком положении. И не пытайтесь воскресить перед глазами виденную картину. Думайте лучше о том, что нам еще нужно сделать.

Но Эллен почти не реагировала на его слова.

– Попытайтесь взять себя в руки, – снова начал Мейсон. – Полиция будет здесь через несколько минут. И имейте в виду: полиция не имеет права держать такие события в тайне. Прессе будет сообщено, что труп был обнаружен Мейсоном, его секретаршей и клиенткой. Газетные репортеры красочно опишут все это и захотят узнать, кто вы такая, какое у вас ко мне дело. Они узнают о вашей кловервилльской истории. Опять появится Максин со своей версией, а полиция начнет расследовать дело. Возможно, у Агнес имелся дневник. Там они найдут имена ее знакомых, которым Агнес что-нибудь рассказывала. Вероятно, у нее был и приятель. Словом, вы должны вести себя так, чтобы нас ни в коем случае не связывали с делом, какой бы оборот оно ни приняло. А для этого нужно преодолеть слабость. Постарайтесь держать себя в руках.

Эллен глубоко вздохнула.

– А вот уже и Делла возвращается, – заметил Мейсон. – Я слышу шум машины.

– Простите мою слабость, – выговорила наконец Эллен.

Делла Стрит подвела автомобиль к тротуару и едва успела открыть дверцу, как из-за угла вынырнула полицейская машина и затормозила рядом с домом. Красный фонарь на крыше осветил девушку.

– Минутку, мадам, – задержал один из полицейских мисс Стрит.

Делла остановилась.

– Ну, теперь держитесь, Эллен, – шепнул Мейсон и поднялся со ступенек. – Прошу сюда! – крикнул он полицейскому.

Тот вышел из машины и пошел на голос Мейсона.

– Вы кто? – спросил он.

– Я – Перри Мейсон, – ответил адвокат.

– А это что за девушка?

Мейсон подошел поближе к полицейскому офицеру, чтобы иметь возможность говорить не так громко, и сказал:

– Это моя секретарша.

– Зачем нас вызывали?

– В этом доме лежит труп.

– Откуда вы знаете?

– Мы заходили туда.

– Как вы туда проникли?

– Через черный ход.

– Зачем вы сделали это?

– У нас были причины полагать, что в доме кто-то есть, – ответил Мейсон. – Хотя на звонки никто нам не открыл. Тогда я заглянул в окно и увидел женскую ногу. После этого мы обошли дом и проникли в него через черный ход. Задняя дверь оказалась не запертой. Она даже была не полностью прикрыта. Вот мы и вошли.

– Дотрагивались до чего-нибудь?

– Боюсь, что моя клиентка дотронулась до нескольких предметов. Когда она увидела труп, с ней случилась истерика, и она заметалась по дому. Естественно, при этом женщина притронулась кое к чему. Я схватил ее за руку и вывел на свежий воздух, а своей секретарше поручил вызвать вас. Потом я счел также своей обязанностью убедиться, нет ли у потерпевшей каких-нибудь признаков жизни. Тело холодное, трупное окоченение уже наступило.

– Где вы оставляли свою машину?

– У тротуара, – ответил Мейсон. – Газон перед домом и гравиевая дорожка очень грязные и мокрые. Думаю, здесь есть автоматическая система для поливки газона, которая была включена на небольшую мощность, а некоторое время назад отключилась.

Слишком мокрый и грязный газон свидетельствует о том, что аппарат какое-то время работал без контроля. В доме горел свет, и, мне кажется, зажгли его не сегодня вечером, а еще вчера, так что он горел всю ночь и весь день.

– Что ж, посмотрим, – кивнул офицер и обратился к своему напарнику: – Вызови отдел по расследованию убийств. – Потом он повернулся к Мейсону. – Сядьте в свою машину и ждите дальнейших распоряжений. И никуда не уезжайте. Кто эта женщина, что сидит на ступеньках?

– Подойдите сюда, Эллен, – позвал Мейсон.

Эллен Эйдер поднялась и медленно, но твердым шагом подошла к офицеру.

– Это моя клиентка, – представил женщину Мейсон. – Очень впечатлительная и нервная особа. Ее зовут Эллен Эйдер, и она работает старшим продавцом в фирме «Френч, Коулмен и Свейзи» в большом городском универмаге.

– Ладно! – сказал офицер. – Все трое садитесь в машину. Только я хотел бы посмотреть на ваши водительские права, мистер Мейсон, если вы не возражаете.

Мейсон предъявил ему свои водительские права.

Офицер, сидевший в полицейской машине, доложил:

– Люди из отдела по расследованию убийств уже едут сюда. Нам поручено только перекрыть оба входа.

– Хорошо. Я возьму на себя заднюю дверь, – произнес первый полицейский. – А ты будешь наблюдать за главным входом. И приглядывай за этими людьми. Это Перри Мейсон, адвокат.

– Советую дом обойти с правой стороны, – заметил Мейсон. – Слева газон и дорожка очень грязные.

– Спасибо за совет, – поблагодарил офицер, а потом спросил: – А откуда вы знаете, что слева мокро, если вы проходили справа?

– Я пытался там пройти, – ответил адвокат.

– Понятно, – хмуро ответил офицер и, направив луч карманного фонарика перед собой, двинулся к задней двери дома.

Офицер, оставшийся в машине, сказал:

– Ну а вы садитесь в свою машину и ждите, пока не приедет бригада из отдела по расследованию убийств.