Мейсон без труда нашел Алиса-Драйв. Медленно двигаясь по улице, он увидел справа в освещении фонарей большой белый дом на холме, к парадному входу которого вела извилистая подъездная дорожка.

Прямо перед въездом на подъездную дорожку у тротуара стояла машина. На водительском месте просматривался силуэт мужчины.

– Если не ошибаюсь, это доктор Элтон, – проговорил адвокат.

Он поставил машину у бордюра, за автомобилем доктора. Почти в тот же миг Элтон открыл дверцу, вылез из своей машины и подошел к Мейсону.

– Вот и хорошо, – сказал он, – вы не опоздали.

– Оставим машины перед домом? – спросил Мейсон.

– Думаю, да. Я поеду первым, вы – за мной. Припарковаться можно прямо перед входом. Там хватает места для трех машин, а мы поставим наши одну за другой.

– Поехали, – сказал Мейсон.

Поколебавшись минуту, доктор Элтон расправил плечи, с мрачным видом зашагал к своему автомобилю, завел мотор, включил фары и двинулся к подъездной дорожке.

Мейсон последовал за ним, припарковался, обошел машину, открыл дверцу и подал руку Делле. Затем все вместе они поднялись по лестнице на широкую площадку перед входом.

Доктор Элтон нажал кнопку звонка.

Очевидно, он ожидал, что дверь откроет слуга, потому что немного отшатнулся, когда в дверях появился коренастый, полный человек с голубыми глазами, которому было немного за тридцать.

– О! Здравствуйте, доктор! – воскликнул мужчина. И тут же встревожился: – В чем дело? Что-то случилось?

Доктор Элтон спокойно ответил:

– Я проезжал мимо и решил заехать повидать миссис Трент.

Мужчина внимательно посмотрел на Перри Мейсона и Деллу Стрит.

– А эти люди? – спросил он.

Доктор Элтон, явно огорченный этой встречей, не собирался представлять мужчине своих спутников.

– Они со мной, – коротко бросил он и вошел в дом.

Мейсон взял Деллу за руку и с приветливой, но никому не адресованной улыбкой направился в просторный холл. Затем они последовали за доктором Элтоном к широкой лестнице.

– Эй, подождите! – воскликнул мужчина. – Эй, в чем дело?

Доктор Элтон оглянулся, нахмурился и принял решение:

– Я попросил этих людей…

– Да ведь это Перри Мейсон, адвокат! – перебил его мужчина. – Я много раз видел его фотографии.

Доктор Элтон кратко ответил:

– Совершенно верно. Это Перри Мейсон и с ним, если вас интересует, мисс Делла Стрит, его личный секретарь. Я хочу, чтобы мистер Мейсон побеседовал с миссис Трент. – Затем, немного поколебавшись, добавил: – Знакомьтесь, мистер Боринг Бриггс, зять моей пациентки.

Бриггс никак не отреагировал на его представление.

– Скажите, в чем дело? – повторил он. – Эти люди пришли оформлять завещание или что-то в этом роде? Что произошло? Лоретта хочет переписать завещание, да?

– Лучше миссис Трент сама вам обо всем расскажет, – заявил доктор Элтон, – но чтобы вы немного успокоились, хочу вам сказать: мистер Мейсон приехал со мной. Миссис Трент не вызывала его.

– Не надо так раздражаться, – посоветовал Бриггс. – Естественно, я немного встревожился. Меня не было дома. Я вернулся всего лишь несколько минут назад и вдруг вижу, что в такой неурочный час приехали доктор и адвокат, ну, я и подумал, что неплохо бы выяснить, в чем дело. Вот и все.

– Мы пройдем наверх, – объявил доктор Элтон с чувством собственного достоинства. – Сюда, пожалуйста. – И он, широким жестом указав на лестницу, пошел наверх.

Мейсон и Делла Стрит двинулись за ним.

Бриггс остался у подножия лестницы, хмуро наблюдая, как они поднимаются.

На втором этаже доктор Элтон пошел большими шагами по коридору. У одной из дверей остановился и постучал.

Им открыла женщина. На этот раз доктор Элтон официально представил ее:

– Мисс Анна Фрич, опытная сиделка. Мисс Фрич, это Делла Стрит, секретарь Перри Мейсона, а это сам адвокат Перри Мейсон.

Глядя на них широко раскрытыми глазами, сиделка сказала:

– О! Очень приятно! Очень приятно!

Доктор Элтон вошел в комнату и придержал дверь для Деллы Стрит и Перри Мейсона.

– Как чувствует себя моя пациентка? – поинтересовался он.

Анна Фрич посмотрела ему в глаза и, понизив голос, сообщила:

– Она ушла.

Охваченный страхом, доктор пробормотал:

– Вы хотите сказать, она…

– Нет, нет, – торопливо перебила его сиделка, – она куда-то вышла.

Доктор Элтон нахмурился:

– Ведь я просил вас принять меры предосторожности в отношении ее питания и…

– Ну конечно, – отозвалась Анна Фрич. – Я приняла это к сведению. Она съела сухие тосты, которые я сама ей приготовила в электрическом тостере, и два яйца всмятку. Их я тоже очистила сама. Не было никаких приправ. Боюсь, я перегнула палку: настояла, чтобы миссис Трент съела яйца без соли, и сообщила, что это вы запретили ей сегодня вечером добавлять в еду специи.

– Но вы не сказали ей, чтобы она оставалась дома?

– Вы же не предупредили меня об этом.

– Она уехала на машине?

– Думаю, что ее повез шофер, Джордж Иган.

– Ее уже давно нет дома?

– Я не знаю. Я даже не знала, что она ушла. Миссис Трент сюда не заходила. Из ее спальни есть выход в коридор. Можете посмотреть сами.

Сиделка пересекла спальню, подошла к двери, ведущей в смежную комнату, и открыла ее.

Это была огромная спальня, задрапированная розовым гобеленом, с приглушенным светом, громадной кроватью, телефоном около нее и с шестью удобными стульями. Дверь в ванную была открыта, рядом с ней находилась дверь в коридор.

– Она не говорила вам, что собирается уходить?

– Я не имела об этом ни малейшего представления.

– Во сколько вы подали ей тост и яйца?

– Около семи, и опять твердо напомнила, что вы не разрешаете ей есть что-либо еще.

– А как миссис Трент отреагировала на то, что я подозреваю у нее аллергию и хочу взять образцы ее волос и ногтей?

– Тут же согласилась и сказала, что и сама была бы не против узнать причину своих приступов, хотя она не думает, что их следует связывать с питанием.

– Мне очень, очень нужно увидеться с ней, – сообщил доктор Элтон. – Вы не знаете, когда она вернется?

Сиделка покачала головой.

– Ни когда она ушла?

– Нет, доктор, я ведь говорила вам. Я заглянула к ней, когда она должна была закончить ужин, но ее уже не было.

– Не может ли она быть где-нибудь в доме?

– Нет. Я спрашивала о ней, и кто-то мне сказал, что она уехала на машине.

Доктор Элтон закрыл сначала дверь, ведущую в спальню, потом – в коридор и повернулся к Анне Фрич:

– Вы догадались, почему мне понадобились образцы волос и ногтей?

Она избегала его взгляда.

– Догадались?

– Я хотела бы знать.

– Заподозрили что-то?

– Эта просьба вместе с вашими указаниями насчет питания… Я готовила еду сама, никому не давала к ней приблизиться.

– Значит, вы что-то заподозрили?

– Откровенно говоря, да.

Дверь со стороны коридора открылась, в комнату вошли Боринг Бриггс и еще один мужчина.

– Я требую объяснить, что происходит! – воскликнул Бриггс.

Доктор Элтон холодно посмотрел на мужчин и надменно произнес:

– Я даю указания сиделке.

– И для этого вам нужна компания адвоката? – поинтересовался Бриггс.

Доктор Элтон обратился к Мейсону:

– Мистер Мейсон, познакомьтесь со вторым зятем миссис Трент, Гордоном Келвином.

Келвин, высокий, представительный мужчина, которому было ближе к шестидесяти, производил впечатление актера-неудачника. Он сделал шаг вперед, слегка поклонился, протянул руку и сказал:

– Рад познакомиться с вами, мистер Мейсон. – И тут же добавил: – Можно мне поинтересоваться, что здесь происходит?

– Я приехал повидаться с миссис Трент, – ответил Мейсон.

– Довольно необычный визит для такого времени, – заметил Келвин.

На лице адвоката появилась обезоруживающая улыбка.

– Обожаю нешаблонные обстоятельства, – заявил он разгневанным зятьям, – и стараюсь не обращать внимания на условности, а потому не удерживаю себя от поступков, которые кажутся странными, необычными и непривычными.

Они переглянулись.

– Отдаю должное вашему юмору, но это не объясняет вашего безрассудного поступка, – заметил Келвин.

– Я не шучу, – отрезал адвокат.

Бриггс повернулся к доктору:

– Расскажите нам, в конце концов, о причине вашего визита.

После минутного колебания доктор ответил:

– Хорошо, я скажу вам, почему мы приехали. Я поставил неверный диагноз болезни Лоретты Трент.

– Неверный диагноз?!

– Да.

– Ошибочный диагноз? – уточнил Келвин.

– Именно так.

– И вы признаете это?

– Да.

Мужчины опять переглянулись.

– Тогда будьте добры, сообщите нам истинную причину ее болезни, – попросил Бриггс.

– Нам нужно знать, насколько это серьезно, – добавил Келвин.

– Полагаю, что нужно, – сухо согласился доктор Элтон.

– Наших жен нет дома, – пояснил Бриггс, – но они должны прийти с минуты на минуту. Может быть, вам удобнее сказать им?

– Со всеми объяснениями, – опять добавил Келвин.

– Нет, – сердито буркнул доктор, – я скажу вам. Я допустил ошибку в определении диагноза. Думал, что у вашей свояченицы приступы гастроэнтерита, вызванные несвежими продуктами.

– А теперь утверждаете, что ваш диагноз был ошибочным? – спросил Бриггс.

– Да, ошибочным, – подтвердил доктор.

– А каков же правильный диагноз? – полюбопытствовал Гордон Келвин.

– Кто-то намеренно давал ей мышьяк, пытаясь отравить, – заявил доктор Элтон.

В мертвой тишине, которая наступила после этих его слов, в комнату торопливо вошли две женщины. Они были очень похожи друг на друга – женщины, тратящие много времени и денег в салонах красоты. Обе были так затянуты в платья, что двигались с трудом, подбородки их были подняты, волосы красиво уложены.

Доктор Элтон представил дам:

– Миссис Бриггс и миссис Келвин. Мистер Мейсон и мисс Стрит, секретарь мистера Мейсона.

Миссис Келвин, женщина с живым, пытливым взглядом и, вероятно, старше сестры на несколько лет, тут же взяла инициативу в свои руки.

– Что здесь происходит? – спросила она.

Пояснил Боринг Бриггс:

– Доктор Элтон рассказал нам о своей ошибке в диагнозе болезни Лоретты. Это было вовсе не пищевое отравление, в ее организме нашли мышьяк.

– Мышьяк?! – воскликнула миссис Келвин.

– Вздор и ерунда! – резко отозвалась миссис Бриггс.

– Нет, кажется, он в этом уверен, – ответил Гордон Келвин, – вероятно…

– Вздор и ерунда! Если человек ошибся один раз, он может ошибиться и второй. Лично я считаю, что Лоретте следует поменять лечащего врача.

Доктор Элтон сухо сказал:

– Об этом вам надо поговорить с Лореттой.

– Послушайте, – забеспокоился Боринг Бриггс, – об этом узнают все газеты?

– Если только вы дадите им информацию, – отреагировал доктор.

– Вы уже связались с полицией?

– Пока нет, – успокоил всех Мейсон.

Опять повисла тишина. Выждав немного, адвокат спокойно продолжил:

– Все зависит от вас. Я так понимаю, что в данной ситуации вы не хотите никакой огласки. Ясно, что, узнав об этом, вы находитесь в смятении, но у нас есть факты, а с фактами не поспоришь.

– А как вы узнали об этих фактах? – поинтересовался Бриггс.

Мейсон посмотрел ему в глаза и холодно пояснил:

– Лабораторный анализ. Он дал положительные результаты.

– Полученные подобным путем результаты не могут считаться доказательствами, – заявил Бриггс.

– Не все знают, – заметил Мейсон, – что мышьяк имеет свойство скапливаться в ногтях и волосах. Попав однажды в организм и достигнув ногтей и волос, он остается там на долгое, долгое время. Сегодня доктор Элтон получил образцы волос и ногтей Лоретты Трент, и я отдал их в лабораторию, где анализ сделали весьма компетентные специалисты. Их ответ – отравление мышьяком. В результате анализа волос установлены даже промежутки между приемом яда. Так вот. Доктор Элтон – лечащий врач Лоретты Трент. Ему и следует поделиться с нею этой информацией.

– Потому что, – продолжил мысль Мейсона доктор, – я пытаюсь спасти жизнь моей пациентки. Я лечу миссис Трент достаточно долго, чтобы знать ее характер. Так что думаю, в ту же минуту, когда я скажу ей, что она жертва отравления мышьяком, тут такое начнется!

– Да уж, – отреагировала миссис Бриггс, – Лоретта придет в бешенство.

– Одна доза яда, – продолжил доктор Элтон, – могла быть случайной, но две дозы указывают на то, что это намеренная попытка убийства. Похоже, что их было три.

Это известие повергло всех в шок. Спустя минуту миссис Келвин спросила:

– Эти анализы бесспорны? Я имею в виду, не могло произойти ошибки?

– Бесспорны, – подтвердил Мейсон. – Ошибки быть не может.

– В первый раз она почувствовала себя плохо, – заговорила миссис Бриггс, – после того, как съела те испанские блюда. Джордж готовил их на гриле во внутреннем дворике.

– Мы все ели их, – подтвердила миссис Келвин. – Тогда, в первый раз.

– И только Лоретта почувствовала себя плохо, – заметил Гордон Келвин.

– Испанские блюда – идеальный вариант скрыть мышьяк, – объяснил доктор.

– Во второй раз ей стало плохо, – снова вступила в разговор миссис Бриггс, – когда Джордж опять что-то готовил во дворе.

– Кто такой Джордж? – полюбопытствовал Мейсон.

– Джордж Иган, шофер, – ответил Гордон Келвин.

– Он по совместительству еще и повар?

– Он много чего совмещает. Большую часть времени проводит с Лореттой.

– Я сказала бы – слишком много времени, – перебила мужа миссис Келвин. – Этот человек определенно оказывает на нее сильное влияние.

– Вы не знаете случайно, не упомянут ли он в ее завещании? – задал вопрос Мейсон.

Родственники миссис Трент пораженно переглянулись.

– Кто-нибудь знает условия ее завещания? – поинтересовался Мейсон.

Они опять посмотрели друг на друга, и воцарилась тишина.

– Кажется, – продолжил адвокат, – ее поверенным был Делано Бэннок. Может быть, кто-то из вас знает, не оформляла ли она завещание в его конторе и чьими услугами пользовалась после смерти Бэннока?

– Лоретта ревностно охраняет свои личные дела, – пояснил Келвин. – Может быть, считает, что в ее доме живет слишком много народа. Она стала очень скрытной в отношении личных дел.

– Финансовых дел, – уточнила миссис Бриггс.

– И финансовых, и личных, – добавила миссис Келвин.

– У меня есть причины полагать, – заявил Мейсон, – что в настоящее время ситуация становится критической.

– Как вам удалось получить образцы ее волос и ногтей? – спросил Келвин.

– Я дал указания сиделке, – ответил доктор Элтон.

Келвин повернулся к Анне Фрич:

– Джордж Иган знал, что вы брали эти образцы?

– Она сказала ему, – ответила Анна Фрич. – В ней энергия просто била ключом оттого, что причиной ее болезни могла стать аллергия. Миссис Трент была в отличном расположении духа.

– Аллергия? – удивился Келвин.

– Я объяснил сестре Фрич, – начал рассказ доктор Элтон, – что хочу сделать анализы на аллергию, так как симптомы болезни моей пациентки могут быть острой и сильной реакцией на что-то. Попросил ее взять образцы волос и ногтей и велел сказать миссис Трент, что ногти надо обрезать потому, что я собираюсь дать ей лекарство, которое может вызвать раздражение на коже, но ее нельзя расчесывать. Я также сказал, что боли в желудке, возможно, были вызваны аллергической реакцией на краску для волос – такое действительно случается.

– Полагаю, – с достоинством произнес Келвин, – вместо того чтобы высказывать недовольство в адрес доктора Элтона, нам следует его поблагодарить и начать что-то делать.

– Что именно? – поинтересовалась миссис Бриггс.

– Сначала попытаться найти Лоретту.

Миссис Келвин сообщила:

– Она уехала с этим своим шофером. Бог его знает, куда они отправились и когда вернутся. Что мы можем сделать, чтобы определить, куда она поехала? Позвонить в полицию?

– Конечно нет, – вступил в разговор Гордон Келвин. – Нам же известны некоторые места, где она может быть. Есть несколько ресторанов, которые Лоретта часто посещает, есть друзья – она могла поехать к ним. Я предлагаю обзвонить все эти места, но быть очень внимательными в разговорах, чтобы никто не понял, что мы срочно ее разыскиваем.

– Вот вы, дамы, и займитесь этим, – поддержал его Бриггс. – Позвоните ее друзьям, извинитесь за позднее время для телефонного звонка и скажите, что вам необходимо поговорить с Лореттой. Если она окажется у кого-то из них, это нужно воспринять спокойно и попросить ее срочно вернуться домой из-за плохого самочувствия сестры. Та из вас, кто найдет ее, скажет о болезни другой. Таким образом, у шофера не возникнет никаких подозрений. И он не будет пытаться что-либо сделать.

– Что сделать? – спросила его жена.

– Да мало ли что! – резко ответила миссис Келвин.

– Нам совсем не нужно, чтобы он заподозрил что-то. Надо загнать его в капкан, – заявил Келвин.

– В какой капкан? – удивился Мейсон.

Все посмотрели на него, а Келвин объяснил:

– Он единственный из всех нас, кто мог бы ее отравить, неужели не ясно?

– Нет, не ясно, – ответил Мейсон. – Может быть, основания для подозрений и есть, но потребуется немало времени, чтобы обратить их в доказательства. Я попросил бы вас быть аккуратнее в выражениях о капкане.

– О, понимаю вас, – отозвался Келвин. – Однако давайте начнем разыскивать Лоретту и постараемся вернуть ее домой. Здесь, по крайней мере, она будет в безопасности.

– Не будет, – заявил Мейсон.

– Теперь будет! – оборвал его Келвин.

– Я согласен с вами, – поддержал его доктор Элтон. – Я собираюсь детально объяснить ей, что произошло, выложу карты на стол. Потом прослежу за тем, чтобы круглые сутки рядом с ней находились сиделки и чтобы она питалась под их строгим присмотром.

– Довольно разумно, – отреагировал Келвин. – Не думаю, чтобы кто-то из нас возражал. – Он повернулся к присутствующим и поинтересовался: – Не так ли?

– Глупости и ерунда! – воскликнула миссис Бриггс. – Вам не удастся таким образом поместить ее в символическую тюрьму или в изолированную комнату или предпринять что-то подобное. Просто доктор Элтон скажет ей, что надо быть настороже. В конце концов, Лоретта достаточно взрослый человек, чтобы решить самостоятельно, как себя вести. Совсем нет нужды лишать ее удовольствий жизни только лишь потому, что доктор Элтон сказал, что кто-то пытается ее отравить.

Доктор Элтон явно рассердился:

– Вы могли бы высказаться короче, не говоря слов «доктор Элтон сказал», а просто кто-то пытается ее отравить.

– Я не привыкла сокращать свои высказывания, – парировала миссис Бриггс.

Мейсон перехватил взгляд Элтона.

– Думаю, нам пора, доктор, – сказал он.

– Ну а я останусь, чтобы поговорить с моей пациенткой, – решил тот.

В этот момент зазвонил телефон.

– Наверняка Лоретта, – обрадовалась миссис Келвин. – Снимите трубку, сестра, затем я поговорю с ней.

Сиделка подняла трубку.

– Это Перри Мейсона, – сообщила она.

– Извините, – произнес адвокат и взял трубку: – Слушаю.

Он услышал голос Вирджинии Бакстер.

– Мистер Мейсон, мне можно повидаться с Лореттой Трент? – спросила она.

Глаза адвоката быстро пробежали по любопытным лицам присутствующих.

– Где? – поинтересовался он.

– В мотеле, выше Малибу.

– Когда?

– Она опаздывает. Сначала я подумала, что это как раз то, что надо, но когда приехала сюда, то уверенность моя пропала.

– Куда сюда?

– В мотель.

– Где?

– Здесь. О! Я поняла, о чем вы спрашиваете. Это в «Сейнт рест», я нахожусь в четырнадцатой секции.

– Телефон есть?

– Да, в каждой секции.

– Спасибо. Я перезвоню. Ждите. – Мейсон кивнул Делле Стрит, поклонился остальным и произнес: – Простите, но нам пора.

– Возможно, мне понадобится связаться с вами позже, мистер Мейсон, – сказал доктор Элтон.

– Звоните в «Детективное агентство Дрейка», – посоветовал тот. – Они работают круглые сутки и передадут мне ваше сообщение.

Мейсон направился к двери.

– Перед тем как вы уйдете, мистер Мейсон, – сказала миссис Бриггс, – я хочу, чтобы вы знали: мы в ужасе от того, что нам сообщил доктор Элтон. Мы склонны полагать, что за этим стоит что-то гораздо большее, чем то, что лежит на поверхности.

Мейсон опять поклонился:

– Конечно, вы имеете право на собственное мнение. Спокойной всем вам ночи! – И он отошел в сторону, чтобы пропустить в дверь Деллу.