Пол Дрейк как раз остановился перед Сиглет Мэнор, когда из-за угла вырулил Перри Мейсон. Он остановился сразу же за машиной детектива.

– Ну вот мы и на месте, – сказала Делла Стрит, когда они все трое оказались перед входом в здание. – Во время поездки я несколько раз усомнилась, увидимся ли мы когда-нибудь.

– Мы явно опередили полицию, – отозвался Дрейк. – Насколько удалось выяснить моим оперативникам, Карлотту Типтон не навещали официальные лица. Один из моих парней все еще здесь. Ты хочешь, чтобы мы пошли с тобой, Перри?

– Не только хочу, но если тут находится один из твоих людей, то возьми его с собой. Мне нужны свидетели.

По знаку Пола, мужчина, сидевший за рулем припаркованной машины, вышел и подошел к ним.

– Знаете Фрэнка Холта? – спросил Дрейк. – Это один из моих сотрудников. Мисс Стрит и Перри Мейсон, Фрэнк. – Они обменялись поклонами и Дрейк продолжил: – Мы намереваемся поговорить с Карлоттой Типтон, Фрэнк. Хотим, чтобы ты был при этом разговоре в качестве свидетеля. Держи открытыми глаза и уши, что потом мог вспомнить все, что происходило. Идем.

Они остановились перед входными дверьми.

– Ну что, позвоним по домофону Карлотте, чтобы открыла нам двери? – спросил Пол. – Или лучше позвонить в какую-нибудь другую квартиру?

– Если у тебя есть ключ, то можно самостоятельно справится с этим делом, – заметил Мейсон. – Не нужно особо хитрого ключа, чтобы открыть такой замок…

– Смилуйся, Перри.

– Смелее, Пол, открывай.

– У тебя есть ключ? – Дрейк вопросительно посмотрел на Фрэнка Холта.

– Конечно, – сказал оперативник и тотчас же открыл дверь.

– Я буду вести разговор, – предупредил Мейсон. – Вы не снимайте шляпы – это самый лучший способ притвориться полицейскими и прицепиться будет не к чему. Пошли.

Они поднялись на лифте, нашли квартиру Карлотты Типтон и Мейсон постучал в двери. Послышалось какое-то движение, потом донесся звук, будто кто-то тащил по полу тяжелый предмет. Наконец дверь открылась. На пороге появилась женщина и тут же сделала шаг назад при виде столь официально выглядевшей группы незнакомых ей людей.

– Что… Что это значит?

Мейсон уверенно миновал ее и вошел в квартиру. Повсюду были видны следы сборов. На диване лежали сложенные предметы туалета. Открытый чемодан, лежавший на полу, был наполовину полон. Второй чемодан, закрытый и перетянутый ремнями, был отодвинул в сторону, когда хозяйка квартиры открывала дверь.

Карлотте Типтон, женщине чуть выше среднего роста, с гладкой кожей и рыжими волосами было около тридцати лет. Она была одета в юбку и блузку, но не успела еще накраситься и глаза у нее были слегка припухшие, что в равной мере могло быть результатом слез или злоупотребления алкоголем накануне.

Делла Стрит решительным шагом направилась к стулу, стоящему у стола, села, открыла блокнот и приготовила карандаш.

Фрэнк Холт подошел к окну, вынул из кармана сигару, сунул ее в рот и, откинув полы пиджака, засунул большие пальцы в проймы жилета.

– Ну, Карлотта, – начал Мейсон, – дело выглядит совсем плохо, не так ли?

– Что вы имеете в виду?

– Вы потеряли источник доходов.

– Это… не в этом дело. Я потеряла друга.

– Может, вы нам расскажете об этом?

– Он убит, вот и все, что я знаю.

– Он был вам дорог?

– Был другом.

– Это он платил за квартиру?

– Нет.

– Понимаю, – сказал Мейсон. – Вы уезжаете потому, что время от времени вам необходимо менять окружение?

Она ничего не ответила.

– Попробуем прояснить ситуацию, – продолжал Мейсон. – Хайнс ожидал здесь телефонные звонки. Что он делал после того, как ему звонили?

В ее глазах отразилось безграничное удивление.

– Я никогда не интересовалась делами Боба, – сказала она.

– Но вы знали, что он ожидал здесь телефонные звонки, а потом должен был куда-то звонить?

– Да.

– Вы знали, в чем дело?

– Тогда еще нет.

– И он говорил по телефону, чтобы сразу же позвонили по такому-то номеру?

– Да?

– Может быть, вы расскажете нам, что произошло вчера? Что вы знаете об этом убийстве?

– Кто вы?

– Меня зовут Мейсон.

– Боб был моим близким другом, – сказала она. – Мы хотели пожениться. Я связывала с ним большие надежды. Позже я узнала, что он содержит другую женщину.

– Кого?

– Как кого? Эту Хелен Ридли.

Мейсон бросил быстрый взгляд на Пола Дрейка.

– Вы думаете, что Роберт Хайнс содержал Хелен Ридли?

– Да.

– Вы читали сегодняшние утренние газеты?

– Нет. Я только собиралась выйти из дома. Мне не доставляют газет по утрам. Я привыкла слушать новости по радио.

– Понимаю. Каким образом вы узнали, что Хайнс содержит Хелен Ридли?

– Я заметила как-то, что он странно себя ведет и позже узнала в чем дело.

– Как?

– Я обнаружила у него еще один ключ от квартиры в этом же доме.

– Вы знали номер квартиры?

– Он был выбит на ключе – триста двадцать шесть.

– И вы знали, кто там живет?

– Я нашла имя в списке жильцов внизу.

– И вы узнали, что квартиру снимает Хелен Ридли?

– Да.

– И это она была той таинственной особой, которой звонил Хайнс?

– Ну, я думала, что это как-то связано между собой. Да, скорее всего, это была она.

– Что происходило, когда Хайнс уходил? Вы должны были передавать сообщение Хелен?

– Нет, он всегда оставлял мне телефон, по которому я могла застать его, а если он не мог оставить номера телефона, то звонил каждые полчаса. Он строго придерживался этого правила.

– И вы не были посвящены в подробности его дел?

– Нет.

– Когда вы обнаружили этот ключ?

– Позавчера.

– И что вы сделали?

– Проверила номер квартиры и узнала, что она принадлежит Хелен Ридли.

– Вы разговаривали с Хайнсом на эту тему?

– Нет. Какой смысл расспрашивать мужчину о женщине, с которой он связан, одновременно проживая со мной? Сами подумайте.

– Так что вы сделали?

– Когда он вчера вышел от меня, я пошла за ним. Посмотрела, вызовет ли он лифт. Он спустился по лестнице на третий этаж.

– Вы спустились за ним?

– Да.

– Что он сделал?

– Вошел в квартиру той женщины.

– Постучал?

– Да, постучал и подождал минутку. Это позволило мне догнать его. Я могла смотреть вглубь коридора в щелку, приоткрыв на пару дюймов дверь с лестничной площадки.

– Никто не ответил на этот стук?

– Никто. Но он все равно вошел. Вынул ключ из кармана, открыл дверь и вошел.

– Что вы тогда сделали?

Карлотта Типтон посмотрела на Мейсона и выражение ее лица внезапно стало враждебным.

– Скажите, почему вас это интересует? – спросила она.

– Вы не хотите отвечать? – вопросом на вопрос жестко ответил Мейсон.

– Нет, я хотела бы только знать… – она снова стала покорной.

– Ну, так что вы сделали? Прошу отвечать на мои вопросы!

– Что ж, я подождала минуту, подошла к двери и постучала.

– И что дальше?

– Никто не ответил.

– Вы что-нибудь говорили?

– Нет, только постучала четыре раза. Потом, когда никто не ответил, я обо всем догадалась: он был там с этой женщиной!

– И как вы себя повели?

– Я вернулась к себе и стала собирать вещи. Теперь мне жаль, что я не устроила скандала – могла бы сохранить ему жизнь!

– Сколько было времени, когда он спустился в ту квартиру?

– Около двух. Может быть, без пяти два.

– А что произошло потом?

– Не было смысла больше здесь оставаться. У меня есть приятель в Денвере, который мне очень симпатизирует, я давно собиралась перебраться к нему. У меня впечатление, что он рад был бы жениться на мне и я его очень люблю. Боба я, впрочем, тоже очень любила.

– Когда вы узнали об убийстве?

– Только поздним вечером. Услышала, как говорили об этом люди в холле.

– Вы не читали утренних газет?

– Нет. Я и вечерней вчера не купила.

– Вы уже завтракали?

– Да.

– Давно?

– Около часа назад.

– И вы не выходили, чтобы купить газету?

– Нет.

– Ваш друг был убит в этом же доме, а вы даже не купили газету, чтобы узнать подробности? – переспросил Мейсон. – Вы не пытались узнать, кто его убил?

– Хелен Ридли убила его и полиция это знает.

– Вы когда-нибудь видели Хелен Ридли?

– Да.

– Когда?

– Я встретила ее один раз в лифте. Я поднималась на свой этаж, а она и та пожилая женщина, ее тетка или что в этом роде, вышли на третьем.

– Тогда вы уже знали что Хелен Ридли ваша соперница?

– Ну да.

– Вы ничего ей не сказали?

– А что я должна была ей сказать?

– Вы внимательно к ней присмотрелись?

– Естественно.

Мейсон минуту помолчал, раздумывая, затем сказал тихо:

– Хелен Ридли ничего не значила для Роберта Хайнса. Их связывали исключительно деловые отношения.

– Что вы говорите?! У него был ключ от ее квартиры. Он…

– Конечно, ключ у него был, но эта девушка в квартире не Хелен Ридли. Хелен наняла Хайнса, чтобы он нашел ей близнеца.

– Что значит – близнеца?

– Двойника, дублера – кого-то, кто мог бы занять ее место и делать вид, что это она. Хайнс поместил в газете объявление, при помощи которого искал брюнетку строго определенного типа.

– Вы… Это правда? – глаза Карлотты Типтон округлились от удивления.

Мейсон вынул бумажник и показал ей объявление. Она прочитала и отдала ему газетную вырезку. Губы у нее задрожали и в глазах появились слезы. Потом она внезапно закрыла лицо руками и начала рыдать.

Мейсон позволил ей нарыдаться, потом мягко сказал:

– Вы видите, мисс Типтон, ваши подозрения были совершенно беспочвенны. Вы убили его в приступе ревности, не имея никакого повода. Теперь вы, может быть, скажете, что произошло на самом деле?

– Я уже сказала вам, – ответила она поднимая лицо, залитое слезами.

– Нет, вы не сказали. Вы пошли к этой квартире и постучали в дверь. Он не хотел открывать, поэтому вы крикнули, что знаете, что он там. Тогда он открыл. Вы ворвались внутрь. Отступая от вас он вошел в спальню, пробовал объясниться. Вы увидели лежавший на комоде револьвер, в ярости схватили его и застрелили Хайнса!

– К чему вы стремитесь? – спросила она. – Хотите свалить на меня вину за убийство?

– Я хочу, чтобы вы сказали правду. Если это произошло иначе, то расскажите, как именно.

– Почему я должна вам все рассказывать? Почему, черт возьми, я вообще должна вам что-то рассказывать? Кто вы такой? Вы из полиции?

– Минуточку. Попробуем, по крайней мере, хоть что-то выяснить. Когда вы обнаружили, что Хайнс находится в той квартире, что вы сделали?

– Поднялась к себе и начала собирать вещи.

– Кто этот ваш приятель из Денвера?

– Я не хотела бы называть его имя.

– Но я хочу знать, кто он. Я должен знать, говорили ли вы с ним.

– Но… я… говорила с ним по телефону вчера вечером.

– Вы звонили из этой квартиры?

– Нет, я вышла и позвонила из уличного автомата.

– Как его зовут?

– Вы не можете заставить меня назвать его.

– Но вы с ним говорили?

– Да.

– И спросили, можете ли приехать к нему?

– Да.

– Во сколько это было?

– Этого я вам не скажу.

– Вы случайно не звонили ему сразу после двух часов?

– Нет.

– С какого телефона вы звонили?

– Не собираюсь больше отвечать ни на какие вопросы. Мне кажется, что вы… Вы из полиции?

– Послушайте, мисс Типтон, – быстро сказал Мейсон. – Мы ведем следствие по этому делу, выясняем все, что возможно. Вы хотите, чтобы убийца Роберта Хайнса попал в руки правосудия?

– Вы из полиции?

– Нет, я адвокат, а эти двое – детективы.

– Детективы из полиции?

– Какая разница? – спросил Мейсон. – Вы хотите утаить сведения?

– Во всяком случае, я не хочу рассказывать всего любому, кто войдет сюда и станет задавать мне вопросы. Я думала, что вы из полиции.

Наблюдая взглядом за карандашом Деллы, Мейсон сказал:

– Не знаю, почему у вас возникло такое мнение. Ни одного раза мы не утверждали, что мы из полиции. Мы просто зашли, чтобы задать вам несколько вопросов. Я сказал вам, что меня зовут Мейсон. Перри Мейсон, я адвокат.

– Ах, так вы Перри Мейсон?

– Да.

– Какое вам до всего этого дело?

– Я же сказал вам, что пытаюсь выяснить, кто убил Роберта Хайнса.

– Тогда вам нужно идти в полицию, – сказала она мрачно.

– Думаю, что действительно пойду. Ваш рассказ очень интересен.

– Я была глупой, что рассказала вам все. Вы… вы меня испугали.

– Чего вы боялись?

– Это не ваше дело.

– Вы думали, что мы из полиции. Значит, вы боитесь полиции?

Она отвернулась.

– Молчание вам ничего не даст, – сказал Мейсон. – Вы нам уже достаточно сказали и теперь ничего не выиграете, замкнувшись словно устрица.

– Я хотела бы, чтобы вы ушли отсюда, – сказала она. – Я хочу закончить сбор вещей. Кроме того, мне нечего больше вам сообщить.

– Мисс Типтон, что было первым, что вы увидели, войдя вчера днем в квартиру Хелен Ридли?

– Я не входила в квартиру. Говорю вам, что я шла за Бобом и… я не хочу больше ничего говорить. Вы можете задавать вопросы, пока у вас язык не отвалится, а я вам больше ничего не скажу.

– Но вы видели Хайнса, когда он входил в квартиру?

Она продолжала упрямо молчать.

– И вы знали, что там, на комоде, лежал револьвер?

Ответа снова не было. Карлотта Типтон сидела сжав губы в одну тонкую злую линию. Мейсон поймал взгляд Деллы Стрит и сказал:

– Что ж, мне кажется, это все. Идемте отсюда.

Они молча вышли друг за другом из квартиры, оставив Карлотту Типтон, мрачно смотревшую им вслед припухшими глазами. В коридоре Дрейк спросил:

– Ну, Перри, и что ты об этом думаешь?

– Ничего не думаю, – улыбнулся Мейсон. – Потому что это дело полиции.

– Ты считаешь, что это она убила Хайнса?

– Конечно она. Припомни детали, Пол. Роберт Хайнс дал Аделе Винтерс номер телефона Карлотты Типтон, по которому всегда можно было связаться с ним. Схема очевидна: если кто-то звонил Хелен Ридли, то Адела Винтерс должна была поднять трубку, ответить, что Хелен в ванне или что-нибудь в этом роде и что она через несколько минут перезвонит. Потом должна была передать сообщение Хайнсу. Он передавал сообщение Хелен. Та же могла позвонить этому человеку и тот не имел возможности проверить – из своей квартиры она звонит, или нет. А вот как должны были развиваться события вчера днем: согласно моему поручению, Адела Винтерс и Ева Мартелл покинули квартиру Хелен Ридли. Спустились в холл и Адела Винтерс подумала о том, что они должны сообщить Хайнсу о своем уходе. Я не советовал ей этого, но она сама решила, что так будет лучше. Сначала она позвонила мне, чтобы получить мое согласие. Мой телефон был занят, поэтому она минуту подождала и позвонила еще раз, но снова безрезультатно. Потом она позвонила по номеру, который дал ей Хайнс: никто не поднял трубку. Вы понимаете, что это означает? Карлотта не отвечала на телефон. То есть пока миссис Винтерс ожидала внизу, пять или десять минут, в квартире Карлотты Типтон никого не было, потому что Карлотта пошла за Хайнсом в квартиру Хелен Ридли. Она собственноручно провела небольшое расследование и обнаружила, что мужчина, которого она любила, имел ключи от другой квартиры в этом же доме, квартиры, которую снимала Хелен Ридли.

– С такими доказательствами, которыми мы располагаем, – с сомнением сказал Дрейк, – ты чертовски намучаешься, чтобы доказать ее вину.

– Это окружной прокурор будет чертовски мучатся, чтобы доказать, что не она его убила, – улыбнулся Мейсон. – Он должен будет представить железное обвинение Аделе Винтерс. Может быть я не смогу доказать, что Карлотта Типтон нажала на спусковой крючок, но наверняка смогу использовать ее для того, чтобы расшатать обвинение против Аделы Винтерс и Евы Мартелл.

– Это ты сможешь наверняка, – согласился Дрейк.

– А теперь, Пол, мы должны найти Хелен Ридли.

– Вероятно, полиция уже искала ее, – сказал Дрейк. – Похоже на то, что они совершенно удовлетворены тем, что у них уже есть и они искали ее лишь для проформы.

Фрэнк Холт, все еще жующий свою незажженную сигару, сказал совершенно обычным голосом:

– Я немного осмотрелся, пока вы обрабатывали эту девицу, мистер Мейсон. У телефона была приколота карточка с номерами. Я стянул эту карточку – пожалуйста. Какой-нибудь из этих номеров может вам пригодиться.

Мейсон осмотрел карточку с явным удовольствием.

– Пол, – сказал он, – я почти уверен, что один из этих номеров принадлежит дереву, где свила свое гнездышко Хелен Ридли. Проработай эти номера как можно быстрее. Сколько тебе понадобится времени?

– Сколько там номеров?

– Около дюжины, – ответил Холт.

– Это большая работа, Перри. Но я могу раздобыть сведения, скажем, если повезет, в полчаса.

– Я буду у себя в кабинете, – сказал Мейсон. – Доставь мне туда сведения и пусть кто-нибудь из твоих людей присматривает за Карлоттой. Я не хотел бы, чтобы она внезапно испарилась.