Мейсон был в двух кварталах от здания, в котором находилась его контора, а также частное сыскное агентство Пола Дрейка, когда его осветили прожектором полицейской машины и сирена заставила его прижаться к обочине.

Мейсон выключил мотор и с хмурым видом дожидался, когда к нему подъедет машина, за рулем которой сидел сержант Голкомб.

– Ну, – спросил он, – что за переполох?

Голкомб ответил:

– С вами хотят поговорить двое джентльменов.

Шериф Барнет открыл заднюю дверцу, за ним следом выскочил второй, лет на десять моложе шерифа. Он сразу же завладел разговором:

– Вы Мейсон?

Адвокат кивнул.

– Я Раймонд Спраг, районный прокурор из Сан-Молинаса.

– Рад знакомству.

– Мы хотим с вами поговорить.

– О чем?

– Об Эллен Монтейз. Где она?

– Не знаю.

Шериф предложил:

– Лучше бы мы пошли куда-нибудь, где нам не будут мешать.

– Моя контора в двух кварталах отсюда, – напомнил Мейсон.

– И детективное агентство Дрейка там же? – спросил Спраг.

– Да.

– Вы ехали туда?

– А зачем мне туда и разве это имеет значение? – пожал плечами Мейсон.

– Мне кажется, имеет.

– Я не умею читать чужие мысли, – заметил Мейсон.

– Это не ответ на мой вопрос.

– Разве вы задавали вопрос?

Шериф поспешил вмешаться:

– Подождите, Рэй, это нас ни к чему не приведет. – Многозначительно посмотрев на любопытных прохожих, которые уже начали скапливаться вокруг, он добавил: – Дело от такого препирательства не сдвинется с места. Поехали в контору Мейсона.

– Вот и прекрасно. – Мейсон захлопнул дверцу и завел мотор.

Полицейские ехали вплотную за ним. Они вместе с ним поднимались на лифте и одновременно вошли в помещение. Сержант прежде всего заявил с нескрываемым злорадством:

– Теперь не жалуйтесь, что я вас не предупреждал в отношении этого типа!

– Меня вы не предупреждали, – сразу же вскинулся Спраг, – вы говорили только шерифу.

– По какому поводу столько шума? – спросил Мейсон.

– Что вы сделали с Эллен Монтейз?

– Ничего.

– У нас иное мнение! – сказал Спраг.

– Может быть, вы мне объясните, каково ваше мнение?

– Вы вынудили Эллен Монтейз бежать!

Мейсон повернулся к ним, приняв свою излюбленную позу: ноги врозь, корпус немного наклонен вперед, руки в карманах.

– Давайте сразу же внесем ясность в наши взаимоотношения. Я представляю интересы Эллен Монтейз. И я также представляю интересы Чарлза Сейбина. Я пытаюсь разрешить загадку убийства Фремонта К. Сейбина. Именно за это мои клиенты заплатили мне деньги. Вам, джентльмены, платят жалованье за ту же самую работу. Естественно, вы принялись за дело по-своему, а я по-своему.

– Мы хотим допросить Эллен Монтейз! – закричал Спраг.

– Ну и допрашивайте себе на здоровье! – Мейсон прямо смотрел в глаза районному прокурору.

– Где она?

Мейсон неторопливо вытащил из кармана портсигар.

– Я уже говорил, что не знаю этого. Не в моих привычках бросать слова на ветер!

– Вряд ли вас устроит, если я предъявлю вам обвинение в соучастии, – с угрозой сказал Спраг.

– Меня совершенно не волнует, какие обвинения вы собираетесь мне предъявить, – ровным голосом ответил Мейсон. – Однако не забывайте, что если вы действуете в рамках закона, то такое обвинение предъявляется лишь в том случае, если вы докажете, что я помогал преступнику. Могу ли я на основании ваших слов сделать вывод, что вы считаете Эллен Монтейз убийцей?

Спраг вспыхнул и с вызовом сказал:

– Да.

Более осторожный шериф забеспокоился:

– Подождите, Рэй, нельзя же покупать подойник раньше коровы!

– Я знаю, что делаю! – огрызнулся Спраг.

Мейсон повернулся к шерифу:

– Мне думается, мистер Барнет, мы сумеем найти с вами общий язык.

– У меня нет такой уверенности, – покачал головой шериф, вытаскивая из кармана кисет с табаком и принимаясь набивать видавшую виды трубку. – Вам придется очень многое объяснить, прежде чем я снова почувствую к вам доверие.

– Что, например?

– Я считал, что вы хотите со мной сотрудничать.

– Я и сотрудничаю с вами, в том плане, что я стараюсь отыскать убийцу Фремонта К. Сейбина.

– Мы тоже стараемся это узнать.

– Не сомневаюсь. Только наши методы разные.

– Мы не любим, когда нам мешают в нашей работе.

– И это я понимаю, потому что испытываю те же самые чувства.

Спраг рассердился:

– Не тратьте время на пустые разговоры!

– Если вы хотите его обвинить в пособничестве и мошенничестве, – сказал сержант, – я с величайшим удовольствием заберу его в тюрьму.

Мейсон зажег спичку, дал прикурить шерифу, затем закурил сам. Через секунду Мейсон обратился к Спрагу:

– Ну и как, доставите ему такую радость?

– Наверняка! – фыркнул Спраг. – Только сначала раздобуду доказательства.

– Вряд ли вы многое найдете в этом кабинете, – улыбнулся Мейсон.

– Скажите только полслова, и я отвезу его в управление! – гнул свое сержант.

Шериф повернулся к нему:

– Послушайте, друзья. Вы меня извели за то, что я кое-что сообщил Мейсону. Но я до сих пор не могу понять, почему вы оба так уверены, что он окажется нашим противником при расследовании. Ведь до этого он ни разу не ошибался в своих выводах… Лично я не намерен проявлять какого-либо антагонизма, пока меня не убедят факты, что я имею для этого веские основания. – Он повернулся к Мейсону: – Известно ли вам, что пистолет, из которого убили Сейбина, был взят из коллекции при библиотеке в Сан-Молинасе?

– Ну и что, если так?

– А библиотекарша Эллен Монтейз сочеталась браком с человеком, назвавшимся Джорджем Болдманом, в котором соседи сразу же узнали Фремонта К. Сейбина?

– Валяйте, – насмешливо сказал сержант, – выложите ему все, что вам известно, а потом, оставшись один, он всласть посмеется над вами!

– Ничего подобного, – отозвался Мейсон, – я искренне хочу работать вместе с вами. Поскольку мы выяснили это, джентльмены, то, по всей вероятности, вы обратили внимание на то, что под навесом маленького бунгало, в котором живет Эллен Монтейз, в клетке находится попугай Казанова, ранее принадлежавший Сейбину, и что попугай, найденный в горной хижине, – та самая птица, которую Сейбин приобрел недавно в зоомагазине на Пятой авеню в Сан-Молинасе.

На минуту глаза шерифа широко раскрылись.

– Это точные сведения? – спросил он.

– Абсолютно.

– Он пускает нас по ложному следу! – с негодованием заявил сержант.

– Если вы все это знали, – сказал Спраг, – и все же скрыли Эллен Монтейз в таком месте, где мы не могли ее отыскать, мне думается, у меня достаточно оснований для того, чтобы обвинить вас в соучастии.

– Давайте, – пожал плечами Мейсон, – в законе прямо говорится, что к уголовной ответственности привлекаются лица, оказавшие помощь лицам, уличенным в преступлении и обвиненным в них. Насколько мне известно, ни то, ни другое к Эллен Монтейз не относится. Кроме того, я не думаю, что она совершила что-либо противозаконное.

– Зато я так думаю! – крикнул Спраг.

– Самое обычное расхождение в мнениях, – заметил Мейсон и снова обратился к шерифу: – Возможно, вам будет интересно знать, шериф, что попугай, сидящий в клетке Эллен Монтейз, все время повторяет: «Положи пистолет, Эллен! Не стреляй! Господи, ты меня застрелила!»

Шериф вскинул голову:

– Как вы это расцениваете?

– Пока никак. Конечно, самое естественное объяснение – это то, что попугай присутствовал при том, как какая-то Эллен угрожала кому-то пистолетом, а затем, когда ей предложили этот пистолет бросить, выстрелила – и не промахнулась. Однако убийство было совершено не в бунгало у Эллен Монтейз, а в горной хижине за много миль оттуда. Так вот, при этой стрельбе Казанова не мог присутствовать.

– Куда вы клоните? – спросил шериф.

– Просто пытаюсь с вами сотрудничать.

– Мы не нуждаемся в вашем сотрудничестве, – обозлился Спраг, – мне ясно одно: вы получили богатую информацию, допросив Эллен Монтейз. Я даю вам двадцать четыре часа, в течение которых вы должны представить ее полиции. А если вы этого не сделаете, я вас вызову на Большое жюри в Сан-Молинасе.

– Хватит с него и двенадцати! – вмешался сержант.

Немного поколебавшись, Спраг посмотрел на часы и повторил:

– Завтра к полудню доставьте ее на допрос в Сан-Молинас. Ослушаетесь – пеняйте на себя.

Он кивнул сержанту, и они вместе двинулись к выходу.

Мейсон взглянул на шерифа:

– Идете или хотите остаться?

Шериф, опустившись в мягкое кресло, окликнул Спрага:

– Подождите, Рэй.

– Мы здесь ни к чему не придем, – пробурчал тот упрямо.

– Ну что ж, я останусь один.

Шериф с невозмутимым видом принялся попыхивать трубочкой. Мейсон уселся на краешек стола. Спраг, помедлив в дверях, тоже сел на стул. Сержант, не скрывая неудовольствия, облокотился о дверной косяк.

Мейсон заговорил, обращаясь к одному шерифу:

– В доме Сейбина сложилась своеобразная обстановка. Похоже, что мистер Сейбин и миссис Сейбин договорились о том, что она притворится, будто бы отправляется в кругосветное путешествие, а вместо этого поедет в Рино, проживет там положенное время и добьется с ним развода, избежав всякой огласки. За это она должна была получить, помимо того, что ей причиталось как жене Сейбина, сто тысяч наличными.

– Она не была в Рино. Мы ее нашли на борту парохода, проходящего через Панамский канал, – сказал Спраг, – так что разговоры о Рино из области фантазии.

– Очень может быть, – согласился Мейсон, – но только Ричард Вейд встретил ее в Нью-Йорке в среду седьмого числа. Она вручила ему заверенную копию свидетельства о разводе, а он отдал ей за нее всю сумму полностью и получил расписку. Это как раз то самое важное дело, ради которого он летал в Нью-Йорк.

– Куда вы клоните, Мейсон? – снова задал вопрос шериф.

– А вот куда. Свидетельство было помечено вторником шестого числа. Если оно было выдано до того, как убили Сейбина, тогда все в порядке. Но если развод был получен уже после убийства, тогда свидетельство теряет силу, а миссис Сейбин, как супруга мистера Сейбина, получает свою долю в его капиталах. Весьма сложная и необычайная ситуация!

Сержант с презрением процедил сквозь зубы:

– Послушайте вы, умник! Эллен Монтейз вышла замуж за Сейбина. Она не знала, что он женат. Воображала, что он и правда какой-то Болдман. Отправилась с ним в горную хижину. Мы это установили по метке из прачечной на ее вещах. Она узнает о его обмане. Купить пистолет она побоялась и взяла один из старинных пистолетов в библиотечной коллекции. Возможно, поначалу она просто хотела припугнуть его. Может, это была защита. Но только этот пистолет она взяла с собой в хижину и там застрелила Сейбина. Полетела к Мейсону, чтобы он ее вызволил. Он располагает фактами, которые мог узнать только от нее. Она сказала своей сестре, что поедет в дом Сейбина для объяснения. Очевидно, туда она не попала. Мейсон там был. Туда он поехал со своей секретаршей, а возвратился без нее. Где секретарша? Где Эллен Монтейз? Вы начали допрашивать его, а он тут же попытался пустить вас по ложному следу. Не сомневайтесь, он придумает что-нибудь еще, как только вы попадетесь на приманку.

В дверь из коридора кто-то постучал. Мейсон поднялся и отворил ее – на пороге стоял Пол Дрейк. Он сразу же начал говорить:

– Ну, Перри, представляешь…

И замолчал, увидев присутствующих.

– Продолжай, Пол. Сержанта Голкомба ты хорошо знаешь, а это шериф Барнет из Сан-Молинаса, Раймонд Спраг, тамошний районный прокурор. Так что же ты узнал?

– Ты хочешь, чтобы я говорил при всех?

– Конечно.

– Ладно! Я все это время названивал по междугородному телефону и разослал всех своих ребят во все концы страны. Теперь я точно знаю, что миссис Сейбин доехала до Гонолулу, оттуда отправилась в Рино, остановилась в «Силвер сити бунгало» под именем Эллен У. Сейбин, но протоколы судебных заседаний можно будет проверить лишь завтра утром. Вечером в среду седьмого миссис Сейбин была в Нью-Йорке. Уехала оттуда в полночь.

– Таким образом до какого часа она находилась в Рино? – спросил Мейсон.

– Насколько нам удалось установить, она вылетела из Рино вечером шестого и прилетела в Нью-Йорк седьмого.

– В таком случае решение о разводе должны были вынести утром шестого, – сказал Спраг.

– Похоже на то, – согласился Дрейк.

– Она должна была присутствовать на суде шестого, – снова сказал Спраг.

– Ну и что же? – поинтересовался шериф.

– Как я понимаю, Мейсон сам подрубил сук, на котором сидел, – усмехнулся с довольным видом Спраг.

– В каком смысле?

– Неужели вы не понимаете, что Мейсон старается отвлечь наше внимание от Эллен Монтейз, подбросив нам для приманки миссис Сейбин? Но если она находилась в Рино на суде, она никак не могла убить собственного мужа в горной хижине.

Мейсон, закинув руки за голову, потянулся, с трудом удерживаясь от зевоты.

– Во всяком случае, джентльмены, я выложил свои карты на стол!

Спраг решительно двинулся к двери.

– Не сомневаюсь, что мы прекрасно сумеем справиться с расследованием. Что же касается вас, Мейсон, вы слышали мой ультиматум: либо вы представите Эллен Монтейз завтра к двенадцати часам перед судом, или же сами предстанете перед ним.

Последним из кабинета выходил шериф. Было видно, что он делал это неохотно. В коридоре он вполголоса спросил:

– Не слишком ли вы торопитесь, Рэй?

Ворчливого ответа Спрага ни Мейсон, ни Дрейк не разобрали.

Вздохнув, Мейсон сказал:

– Ты видишь, Пол, каковы дела?

– Ты и правда куда-то спрятал Монтейз?

– Даю тебе слово, Пол, что не имею ни малейшего понятия, где она находится.

– Мой человек сообщил, что ты встретился с ней возле дома Сейбина, а потом она уехала вместе с Деллой.

– Надеюсь, парень не будет по этому поводу распространяться на стороне?

– Он-то не будет… Но что ты намерен предпринять?

– Я не знаю, где она, поэтому не могу представить ее суду Сан-Молинаса.

– Делла знает.

– Я не знаю, где Делла.

– Господи, Перри, ты сам накидываешь себе петлю на шею.

– Лучше скажи, что тебе удалось выяснить в отношении телефонной отводки.

– Ничего. И чем больше я стараюсь что-то выяснить, тем больше запутываюсь.

– Кто-то из игроков, которые заинтересованы быть в курсе «крестового похода» против притонов, игорных домов и всего такого прочего?

– Исключается.

– Почему?

– Их это не трогает.

– Как это?

– Они слишком хорошо замаскированы.

– Городская комиссия раскопала много неприятных фактов.

– Правильно, но все же на основании этих данных нельзя уличить кого-либо в чем-то конкретном. Всего лишь материал, который заставляет насторожиться, предполагать возможность подкупа среди сильных мира сего. Но разве это впервые? Найдут пару мелких рыбешек, а крупная останется на свободе. Прижмутся к стене и дождутся, пока полиция вытащит невод и удовольствуется малым уловом.

– Полиция? – спросил Мейсон.

– Разумеется. Суди сам, Перри. Ведь всегда, когда обнаруживается какой-нибудь дом свиданий, притон для наркоманов или игорный дом, у полиции бывает рыльце в пушку. Я вовсе не хочу сказать, что вся полиция виновата. Нет, лишь кое-кто, причем как раз среди верхов. Начинается очередной «поход» против таких злачных мест, и заинтересованные лица «шепчут словечко» своим отцам-заступникам в полиции, те организуют видимость борьбы, а сами просто дают время поостыть страстям и подают сигнал, когда можно начинать все снова. Им тоже не хочется терять свои барыши.

– Как я понял, ты считаешь, что отводной кабель в хижине Сейбина был сделан не такими вот «заинтересованными лицами» из злачных мест, как ты их окрестил?

– Как мне кажется, тут нет даже одного процента вероятности. Нет, нет, у них сейчас временный перерыв в работе. Нет, Перри, мне кажется, это больше смахивает на частное дело.

– Работа частного детектива?

– Да.

– Кто его нанял?

– С первого взгляда естественно предположить, что это миссис Сейбин, эта дамочка не произвела на меня впечатления кроткой овечки.

– Да, у ее матери не было дурочки-дочери, – согласился Мейсон. – Послушай-ка, Пол, твоя машина здесь?

– Да, а что?

– У меня есть для тебя и для ребят работенка.

– Что именно?

– Мы сейчас быстренько смотаемся в Сан-Молинас.

– Зачем?

– Нам надо украсть попугая.

– Украсть попугая?

– Совершенно верно.

– Казанову?

– Точно.

– Какого дьявола он тебе нужен?

– Попробуй оценить все случившееся, и ты убедишься, что все дело вращается вокруг попугая. Казанова – ключ к решению загадки, не забывай, что убийца Сейбина уж очень пекся о сохранении жизни попугая.

– В силу своего мягкосердечия или любви к животным, это ты хочешь сказать?

– Пока я не могу точно сказать, какими соображениями он руководствовался. Однако кое-какие наметки у меня начинают вырисовываться. Ты помнишь, что говорил Казанова о пистолете?

– Похоже на то, что Казанова присутствовал при том, когда кто-то стрелял. Этот человек взял Казанову и заменил его другим попугаем.

– Для чего это было делать убийце?

– Признаться, не понимаю. История с попугаем меня окончательно запутала.

– Все объяснения, которые я слышал до сих пор, мне тоже кажутся неубедительными. Отсюда я делаю вывод, что попугай играет важную, если не решающую роль в данном деле. Как я полагаю, шериф и районный прокурор больше всего озабочены тем, как бы отыскать Эллен Монтейз. К этому делу они привлекли и Голкомба. У нас развязаны руки. Мы можем спокойно совершить налет на Сан-Молинас.

– Если они поймают тебя, Перри, тебе не миновать тюрьмы.

– Знаю, – усмехнулся Мейсон, – именно по этой причине я не хочу, чтобы меня поймали. Так что, если твоя машина поблизости, поехали!

– Ты утащишь его вместе с клеткой?

– Угу, а на его место посажу другую птицу.

Он подошел к телефону и набрал номер:

– Привет, Хелмонд, говорит Перри Мейсон, адвокат. Я бы попросил вас подъехать сейчас в свой зоомагазин. Мне необходимо купить попугая.