Год возрождения народа дворфов (1488‑й по летоисчислению Долин)

– Мы встретимся с ними? – спросила у Верховной Матери Жиндии Кирнилль Меларн, первая жрица Дома Меларн.

Вместе со своими подчиненными – триста пятьдесят солдат Дома Меларн, вполовину меньше гоблинов и порабощенных кобольдов и более сотни драуков, – они вышли из Подземья в центре каменистого, покрытого холмами района, известного под названием Крагс. Всего в нескольких милях от ныне разрушенного поселения хафлингов Виноградная Лоза и бокового входа в дворфский комплекс, где правил король Бренор Боевой Молот.

Важно было не место, где он властвовал, а его тесная дружба с еретиком Дзиртом До’Урденом, которого Жиндия жаждала взять в плен или убить, как и его отца Закнафейна, загадочным образом поднятого из могилы и возвращенного к жизни.

Факт похищения души для Жиндии был величайшим оскорблением ее обожаемой Госпожи Ллос.

– Мы должны, – ответила жрице Жиндия. – Они наше пушечное мясо, необходимое, чтобы выманить дворфов из их нор.

– Зачем они нам? – спросила Кирнилль, оглядываясь на еще пару «солдат», выведенных на поверхность Домом Меларн: двух гигантских големов в обличье пауков. Эти поистине ужасные создания, ловцы, были одними из самых ценных конструктов нижних уровней, используемых лордами демонов и демоническими богинями, и создавались ради главной цели, которой требовалось достичь любой ценой. Ловца делали, чтобы вернуть живым или мертвым одно-единственное существо.

Таких затрат удостаивались лишь самые ценные преступники, и Паучья Королева, богиня Ллос, через своих йоклол передала Жиндии, что Дзирт и Закнафейн того заслуживают.

– А дворфы могут остановить… – нерешительно начала Кирнилль, стараясь подобрать слово для наиболее точного определения могучих существ, – благословенных пауков? А кто-либо другой?

– Не будь такой безрассудной, – одернула ее Верховная Мать Жиндия. – Богиня доверила нам самые ценные конструкты Бездны. – Самонадеянность здесь недопустима.

– Что может остановить их, кроме завершения миссии?

– Их нельзя считать неуязвимыми. Нет, – сказала она, предваряя очередной протест. – Я не склонна недооценивать их мощь. Их создали могущественные владыки демонов, и их следует ценить, как сильнейших союзников, превосходящих все, что мы можем выставить против наших врагов. Но они не бессмертны, и не стоит о них так думать. Да, они обязательно поймают или убьют Дзирта До’Урдена и Закнафейна, но потом они исчезнут, вернутся в Бездну, а мы останемся лицом к лицу с грозным и хорошо защищенным противником.

– Но ты достигнешь вершин величия, Верховная Мать, – с поклоном проговорила Кирнилль. – Ты сделаешь то, чего не добились Бэнры, и когда мы вернемся…

– Когда мы победим двух еретиков, потом завоюем город дворфов и земли вокруг него, мы вернемся с неоспоримой победой. Только тогда я исполню то, чего давно заслуживает Ллос: чтобы главной Верховной Матерью Мензоберранзана стала наконец ее самая преданная и любящая поклонница. Время Бэнров подходит к концу. Пора вернуть истинную преданность Госпожи Хаоса, пора дроу уже обрести подлинную власть над Подземьем, пора запустить щупальца нашего влияния на поверхность, чтобы напомнить еретикам, что мы, а не они, суть избранные существа истинного бога. Но сначала, – резко добавила она, – мы должны защитить то, что имеем. Ловцы учуяли, что Дзирт и Закнафейн где-то поблизости. Без моего контроля – а он заметно слабеет! – они ринутся прямо в тоннели и наткнутся на стены короля Бренора.

– И разрушат их.

– Разрушат, если мы будем умны. Наши союзники среди людей и дворфов вместе с армией демонов, призванных торговцами Дома Ханцрин, отвлекут дворфов, разведают их сильные и слабые места, и, воспользовавшись этим, ловцы из Бездны нанесут королю Бренору и его друзьям чувствительный удар.

– Прости мне мое неблагоразумие, – с очередным поклоном взмолилась Кирнилль.

На лице Верховной Матери Жиндии появилась необычная улыбка – она была искренней. Первая жрица Кирнилль, в прошлом Верховная Мать Дома Кенафин, могла бороться за равное положение, когда ее Дом объединился с Домом Хорлбар, и никогда не оказывала достаточного и искреннего уважения своей сопернице Жиндии. Но все изменилось, когда Жиндия справедливо и безжалостно наказала Аш’алу, третью дочь Кирнилль. С тех пор как они оставили Аш’алу в ванне, где ее тело медленно пожирали личинки, Кирнилль наконец осознала, каково соотношение сил. Именно ради этого Жиндия и решилась на столь жестокую кару. Аш’ала безусловно заслужила свою мучительную и ужасную смерть, но еще важнее было то, чтобы представляющая опасность первая жрица Кирнилль это увидела.

– С такими силами, как у нас, нетрудно поддаться самонадеянности, – изрекла Жиндия, проявляя редкую отзывчивость. – Но, когда будущее видится таким прекрасным, мы должны быть настороже.

* * *

Оба дворфа одновременно вздохнули и покачали головами. Их поведение, манеры и внешность были настолько похожи, что любой посторонний мог бы принять их за отца и сына.

– Вот же не повезло нам, что этот дурень Атрогейт успел свести дружбу с темными эльфами, а? – язвительно спросил Френкин, младший из двух дворфов.

Бронкин снова вздохнул и почесал в затылке. Его желтые волосы, туго сплетенные в косички, свободно свисали на плечи и смешивались с окладистой желтой бородой.

Френкин, наоборот, носил лохматую гриву распущенной, но почти одновременно со своим дядей Бронкином поднял руку, намереваясь поскрести в затылке.

Внизу на склоне перед ними стояли два человека, женщины из клана Маргастер, а с ними горстка дроу. Со всех сторон в лесной тени мелькали ужасные создания – наполовину дроу, наполовину пауки, окружая женщин-дроу плотным кольцом. Десятки таких же мутантов сновали поблизости, и даже дворфам, которые и сами связались с демонами, эти проклятые выродки казались… просто неправильными.

– Я думаю, не надо было нам слушать этих окаянных Маргастеров, – признал Бронкин. – Хоть мы и заполучили уже Терновый Оплот.

– И еще получим Гаунтлгрим, – с широкой ухмылкой добавил Френкин.

Бронкин пожал плечами, пока еще не готовый на это рассчитывать.

– Теперь наши мальчики наполовину демоны, и весь север возненавидит нас.

– Только если мы не добьемся победы, – напомнил ему Френкин.

Бронкин вынужден был кивнуть, признавая его правоту. Потому что, как бы ни заверяли в обратном все считающиеся благородными лорды и леди побережья Мечей, «сила в правде» оставалась лишь привлекательным лозунгом, тогда как «кто сильнее, тот и прав» больше соответствовало реальности. И теперь, глядя на армию демонов и разрушенную деревню хафлингов, – а теперь еще и дроу и их жутких драуков, и зная о деньгах, припрятанных и передаваемых между Маргастерами и лордом Неверембером, – нетрудно было поверить в успех.

А по условиям сделки с Инкери Маргастер Бронкин Каменная Шахта должен стать вторым королем Гаунтлгрима, получить силу первобытного огня, все преимущества величайшей магической кузницы Фаэруна, дружбу лорда Невервинтера и Глубоководья Дагульта Неверембера – и Лускан в придачу, поскольку этот город тоже наверняка не устоит.

Ради этого можно было смириться с отвратительным ощущением в животе от одного взгляда на союзников.

«Сначала одержим победу, а думать, как избавиться от демонов, будем потом», – мысленно пообещал себе Бронкин.

* * *

Поезд в Виноградную Лозу тихо стоял на приподнятой платформе напротив темного подземного озера у стен Гаунтлгрима. За ними маячила огромная входная пещера, похожая на темную чащу из сталактитов и сталагмитов. Время от времени на укрепленных позициях дворфов вспыхивали отблески факелов, освещая тот или иной участок ровно настолько, чтобы расчеты катапульт могли его осмотреть или запустить снаряд в нарушителей.

В гигантской пещере царила тревожная тишина. Там, снаружи, были демоны, огромная армия демонов. Каждый из собравшихся здесь дворфов чувствовал их присутствие, словно за стенами, готовясь к прыжку, притаились львы.

Выжидать и планировать. Ожидание тяжелее всего.

– Сколько ты сможешь мне дать? – спросил король Бренор.

Вместе с Джарлаксом и Закнафейном он шагал по берегу пруда вдоль городской стены.

– Что ты хочешь услышать от меня, друг мой? – откликнулся Джарлакс. – У меня не так уж много солдат, и я не знаю, сможет ли их тактика соответствовать тактике дворфов.

– Я приму всех, кого ты дашь. Пошли своих ребят поверху в Виноградную Лозу, пусть пощиплют проклятых монстров.

– Посмотрим, что я смогу сделать, – пообещал Джарлакс.

– И скажи этим магам в Главной башне, чтобы зажигали своим волшебством врата в Серебристые Болота, – добавил Бренор после длительного изучения лица наемника. Он достаточно давно знал Джарлакса, чтобы научиться доверять необычному дроу, но, кроме этого, он понял, что для Джарлакса важнее всего сам Джарлакс. Тем не менее ему пришлось удовольствоваться уклончивым обещанием. – У меня недостаточно сил, чтобы вышвырнуть демонов, но дайте мне эти врата, и я приведу сюда ребят из Мифрил Халла, Фелбарра и Адбара, и тогда увидишь, как от демонов полетят клочья, можешь не сомневаться!

Джарлакс рассмеялся и кивнул, поглядывая на Закнафейна, похоже не понимавшего их разговора. Проблема была не в наречии, поскольку с помощью Кэтти-бри мастер оружия уже отлично освоился с общим языком живущих на поверхности рас Фаэруна, – а в скрывающемся в этих словах смысле.

– Это три дворфские крепости в Серебристых Болотах, – объяснил Джарлакс. – Добрый король Бренор дважды был королем Мифрил Халла, прежде чем вернуть себе Гаунтлгрим, древнюю родину дворфов.

Закнафейн в ответ приподнял белую бровь.

– Если врата телепортации откроются в назначенном месте тоннеля между тремя твердынями, король Бренор быстро сможет привести сюда десять тысяч тяжеловооруженных дворфов.

– Мы гнали бы этих псов до побережья Мечей и утопили бы их в океане, – заявил Бренор, и Джарлакс кивнул, не сомневаясь в его словах.

– Громф уверяет, что это займет некоторое время, – поведал Джарлакс. – Магия набирает силу, но, учитывая опасность Предвечного, ее приходится тщательно контролировать.

– Да, моя девочка сказала то же самое, – пробурчал Бренор и стал подниматься на мост, пересекающий бассейн вплоть до самой платформы. – Значит, нам надо держаться. И мы будем это делать, – с мрачной решимостью добавил он.

– Здесь как-то странно тихо, – заметил Джарлакс, когда все трое поднялись на мост и посмотрели на лес каменных деревьев.

– Но они точно там, не сомневайся, – заверил его Бренор.

– И мой сын там, – сказал Закнафейн.

– В этом я тоже уверен, – с усмешкой отозвался Бренор. – Верь в него. Он часто бывал в самых разных уголках мира и сражался против всего, что только можно себе представить. Верь в него, – повторил он.

Закнафейн с любопытством и некоторой растерянностью глянул на рыжебородого дворфа, и Джарлакс понял, что мастер оружия никак не ожидал услышать слова утешения от короля дворфов. Но Джарлакс знал и то, что Бренор в большей степени был другом Дзирта, чем когда-либо мог стать Закнафейн, и даже в большей степени был ему отцом, чем Закнафейн. Но не по вине Закнафейна, а потому, что Дзирт и Бренор не одно столетие провели вместе, поддерживая друг друга, защищая друг друга и рассчитывая друг на друга.

Его друг теперь посмотрел в его сторону, и Джарлакс кивнул. Дзирт мог за себя постоять.

Нет, сейчас его больше беспокоили их враги.

– Да, я и сам этому дивлюсь, – признался Бренор. Он посмотрел на Закнафейна и тепло улыбнулся, блеснув в свете факела белыми зубами в зарослях рыжей бороды. – Твой мальчик, наверное, уже многих убил!

– И не в первый раз, – сухо добавил Джарлакс, а потом все трое оглянулись на огромную пещеру, предваряющую вход в Гаунтлгрим.

– Нет, – решил Бренор. – Они все еще здесь. Демонское отродье. Я их чую.

– Вы должны давить на них постоянно, – проинструктировала тройку лидеров Верховная Мать с резкими чертами лица, стоя в тени деревьев в Виноградной Лозе, напротив уходящих внутрь горы тоннелей.

Бронкин смотрел на беловолосую женщину и, не переставая, недоверчиво покачивал головой. На его взгляд, она была довольно привлекательной для эльфа, хотя ей не помешало бы немного набрать вес, а вот об остальном дворф с мощными руками и ногами не знал, что и подумать. На ее платье, прекрасно сшитом и наверняка из дорогой материи, было так много пауков, что у Бронкина кружилась голова, и он был уверен, что по крайней мере часть из них не вышивка и не брошки, а настоящие пауки, живые и ползающие. Женщины Маргастер предупреждали его, что она самая ярая поклонница так называемой Паучьей Королевы, но подобная преданность казалась Бронкину излишней.

Даже ее говор раздражал его, от каждого, словно отрубленного, слова саднило затылок, как будто по нему провели корой старого кряжистого дуба. Казалось, что эта дроу с трудом выталкивает слова изо рта, настолько сильно были стиснуты ее челюсти, а в вылетающих звуках слышалось шипение открытого огня под дождем.

По правде говоря, ему хотелось ее поколотить, но Инкери и Альвильда предупреждали Бронкина, что она играет важную роль в их деле – и действительно, Верховная Мать Жиндия из Дома Меларн давала им шанс разгромить Гаунтлгрим и завладеть всеми прибрежными землями к северу от Глубоководья.

– Мы сделаем это, – пообещала Инкери. – С такими великолепными игрушками, что предоставили нам твои слуги, мы не позволим дворфам и носа высунуть из их норы.

Она посмотрела на одну из сопровождающих Верховной Матери Жиндии, тоже знакомую Бронкину: Чарри Ханцрин, доставившую клану Каменная Шахта немало магических талисманов.

Она ему тоже не нравилась.

– Ба, но в той пещере настоящий котел смерти, – вмешался Бронкин. – Они будут убивать нас десять к одному.

– В том-то и преимущество наших союзников-демонов, – ответила ему Жиндия. – Пусть дворфы Бренора убивают манов и прочих мелких демонов. Их могущественные повелители просто откроют магические врата в Бездну и приведут еще больше.

– Ага, но ребят из клана Каменная Шахта вы заменять не намерены, так что я не собираюсь посылать их всех в мясорубку короля Бренора.

Дроу с нескрываемым презрением фыркнула и требовательным взглядом сверкнула в сторону сестер Маргастер.

– И вот еще о чем я думаю и хочу получить твой ответ, – продолжил Бронкин. – Так что разъясни мне, и разъясни сейчас. Кое-кто из моих ребят заимел в своих камнях друзей-демонов, и эти демоны являются со всей своей яростью и силой. Но они проигрывают – я видел, как некоторые проиграли, – а потом превращаются в дым и испаряются. Иногда мои дворфы возвращаются после этого, хотя и покачиваются, но живут, а иногда больше не встают. Так что это такое? Что происходит с моими парнями, когда демоны проигрывают?

– Спроси тех, кто вернулся, – холодно посоветовала Верховная Мать Жиндия.

– Я спрашиваю тебя, – так же холодно произнес он.

– Все так, как ты сказал, дворф. Кто-то переживет шок после уничтожения своего компаньона-демона, а кто-то нет.

– Ну, так ты понимаешь, когда я говорю, что не собираюсь посылать весь клан Каменная Шахта в эту пещеру, битком набитую катапультами, арбалетами и баллистами. У нас полно демонов, не объединившихся с моими дворфами, чтобы послать их вниз, но…

– Но? – резко перебила его Верховная Мать Жиндия. – В этой дыре сидит король Бренор со своими дружками.

– Самое подходящее для них место, – вставил Бронкин.

– Да. До тех пор, пока они не откроют портал на восток, в Серебристые Болота, и все дворфы Севера не объединятся против тебя.

– Против нас, – поправил Бронкин.

Но Верховная Мать Жиндия только пожала плечами и продемонстрировала свою пугающую усмешку. В конце концов она могла сбежать в такое место, куда дворфы Бренора сунуться не посмеют. А клан Каменная Шахта?

– Надавите на них, – приказала Жиндия, обращаясь больше к женщинам Маргастер, чем к Бронкину.

– Бронкин Каменная Шахта возглавит это войско, – сообщила ей Инкери, и Жиндия снова перевела взгляд на дворфа, едва сдерживая ухмылку.

– А что, эти ползающие по тебе пауки, – кипя от злости, осведомился Бронкин, – вместо закуски?

– Закуски? – с непритворной растерянностью повторила Верховная Мать Жиндия, а женщины Маргастер умоляюще посмотрели на Бронкина, призывая как можно скорее сменить тему.

Дворф торжествующе хохотнул.

– Я пошлю вниз демонов, целые орды этих тварей, но не поведу туда свою плоть и кровь, пока мы немного не утихомирим Бренора.

– Закуски? – снова переспросила Жиндия.

Бронкин прочистил горло и сплюнул на землю, а потом пошел прочь, на ходу отдавая приказы готовиться к атаке.

За его спиной Верховная Мать Жиндия направила гневный взгляд на женщин Маргастер.

– Клан Каменная Шахта хорошенько надавит на Бренора, – пообещала Инкери. – Старшие демоны создают порталы для доставки подкрепления с тех самых пор, как мы уничтожили деревню хафлингов. Их уже целый легион.

– И все голодны, – с усмешкой добавила Альвильда.

– Вы вдвоем их поведете, – заявила Жиндия.

Женщины Маргастер переглянулись, но, снова поворачиваясь к ней, закачали головами.

– Мы спешим в Глубоководье, – пояснила Инкери. – Так много всего происходит, и нам очень важно оставаться под рукой у лорда Неверембера, чтобы помочь ему удержать лордов Глубоководья в их дворцах, подальше от поля боя.

– Если на нас обрушится вся мощь этого города, мы потерпим поражение, – добавила Альвильда.

Губы Жиндии изогнула жуткая усмешка.

– Не будь в этом так уверена, – спокойно посоветовала она.

Инкери и Альвильда, явно заинтригованные, снова обменялись взглядами. Неожиданное участие Дома Меларн и его небольшой армии могучих драуков их обескуражило. Драуков и кого-то еще, как думали они, хотя Жиндия всего лишь намекнула на свое решающее преимущество. Возможно, это был просто блеф, но, даже если и так, Жиндия демонстрировала непоколебимую уверенность. И ее уверенность заражала остальных.

Но еще и довольно сильно нервировала.

– Значит, это неважно, – продолжила Жиндия. – Отправьте этого глупого дворфа с его войском домой, на побережье, где они станут нашим авангардом. – Она огляделась по сторонам. – Это поле боя будет контролировать мой Дом.

– Помимо всего прочего Бронкин хочет заполучить Гаунтлгрим, – сообщила Альвильда.

– В таком случае ему надлежит действовать так, чтобы заслужить эту награду, – последовал короткий ответ Жиндии.

Дроу-следопыт вышел из тоннеля, где поезд из Гаунтлгрима поднимался на поверхность и катился к платформе на станции в Виноградной Лозе – станции, которая, как и почти все остальное в селении хафлингов, была разрушена. В данный момент это ничуть не волновало Дзирта, он знал, что дворфы обязательно помогут Реджису с Доннолой и их соплеменникам построить на этом месте нечто более величественное.

Если сумеют остаться в живых.

Дзирт, стоя на потолке, видел деревню перевернутой, поскольку еще не пересек границу магической инверсии гравитации, позволяющей поезду катиться на гору «вниз но склону» по потолку тоннеля. Граница обозначалась простым поворотом рельсов, спускавшихся с потолка, чтобы поезд, заняв нормальное положение, мог продолжать путь на местности, не затронутой волшебством.

«Какое чудесное сооружение», – подумал он. А теперь эти демоны жаждут его уничтожить.

Что же с этим делать? Дзирт задумался, оценивая свои возможности. Выйти наружу и обезглавить атакующих? Да, он и его союзники должны истребить старших демонов в рядах врагов, иначе эта отвратительная команда так и будет перебрасывать сюда мелкую нечисть и направлять ее в бой.

Эта мысль окончательно оформилась несколько мгновений спустя, когда показалась орда демонов, пересекающих разрушенную деревню и направляющихся прямиком к тоннелям. Дроу-следопыт, нисколько не задумываясь над своими движениями, а действуя инстинктивно, в прыжке пересек границу инверсии, зацепился рукой, а ногами обхватил наклонные рельсы. Он подтянулся над рельсами и прижался к тому, что теперь стало потолком. Затем Дзирт призвал весь свой опыт монаха и следопыта, а также врожденные способности дроу и принял такое положение, что стал совершенно незаметным снизу.

И как раз вовремя, поскольку демоны – уродливые гуманоиды, похожие на ходячих мертвецов, летающие чазмы, массивные птицеподобные двуногие вроки и прочие отвратительные существа – уже кишели под ним. Если бы ситуация не была такой тяжелой, если бы Гаунтлгриму не предстояла очередная яростная битва, Дзирт в этот момент мог бы порадоваться, ведь демоны, явно не знавшие о существующей инверсии гравитации, начали падать… вверх!

Даже летающие чазмы с их раздутыми человеческими лицами и похожими на хоботы носами начинали вилять и врезаться в стены, пол и потолок, настолько они были дезориентированы.

Но это не помешало им двигаться дальше. Поток атакующих демонов казался бесконечным, и если старшие и более крупные монстры, похоже, осознали странное наваждение, младшие продолжали шагать в тоннель и, падая вверх, врезались в потолок.

Дзирт решил, что любой урон в армии демонов будет полезен тем, кто находится внизу, и, пока жуткая процессия продолжала движение, он надеялся, что неожиданные падения выведут из строя значительную часть нападавших.

В противном случае придется противостоять множеству врагов.

Возможно, слишком большому количеству.

Он еще очень-очень долго смотрел на неиссякающий поток и догадался, что так же много демонов направляется вниз по тоннелю справа от разрушенной станции, где нет инверсии гравитации, а поезд просто скатывается под гору к платформе Гаунтлгрима.

Ползком по потолку Дзирт выбрался из тоннеля и под прикрытием развалин станции подобрался ко второму тоннелю. Вот теперь многое в этом нашествии прояснилось для Дзирта До’Урдена.

Драуки.

Если здесь драуки, значит, дроу тоже здесь, а если есть дроу, то их лидирующая роль в демоническом вторжении не вызывала у Дзирта никакого сомнения.

Сразу же возник вопрос, почему об этом не знал Джарлакс.

Но размышлять на эту тему не осталось времени, поскольку демоны были уже далеко внизу и, скорее всего, приближались ко входной пещере Гаунтлгрима. Возможно, битва уже началась.

Дзирт дунул в висевший на шее свисток и побежал вниз по тоннелю. Вскоре его догнал Андхар, его единорог, и Дзирт, запрыгнув на крепкую широкую спину, ухватился рукой за прядь белоснежной гривы. Они помчались вниз, в темную глубь горы.

– Все не так уж и запутано, как может показаться, – объяснял Бренор Джарлаксу и Закнафейну, когда они забрались на крышу станции, чтобы оттуда осмотреть подземную пещеру. – У нас есть метательные орудия – в основном катапульты, нацеленные на прямые проходы. Стреляют дробью, горящей, если мы захотим, хотя против демонов это, наверное, не пригодится, да?

– Здесь не так уж много прямых проходов, – заметил Закнафейн.

– Больше, чем ты думаешь, – заверил его Бренор. – Мы их прорубили, но так, чтобы не было заметно, а другие спланированы для отражения выстрелов из-за угла.

Закнафейн посмотрел на Джарлакса, и Бренор рассмеялся, заметив, как тот пожал плечами и кивнул.

– Никто лучше нас не умеет устраивать зоны обстрела, эльф. Никто, – настаивал король дворфов. – Каждый участок пола просматривается, его можно осветить в любой момент и накрыть огнем.

– Сколько здесь дворфов? – поинтересовался Закнафейн.

– Дюжина метателей, вполовину меньше команд баллист, полсотни арбалетчиков, они сидят наверху, и всегда дюжина «потрошителей», при необходимости прикрывающих отступление, – ответил Бренор. – Тоннели прорублены в потолке, они выходят на этой стороне озера, а по ту сторону стены, в тронном зале, еще сотня стражников, готовых выйти и поддать жару. И еще я могу быстро вызвать сюда пять сотен, можешь не сомневаться.

Довольный собой, Бренор скрестил руки на могучей груди.

– Они тебе потребуются, – заявил Закнафейн, даже не дождавшись, пока Бренор встанет в позу.

– Что?

– Что ты узнал? – спросил Джарлакс.

– Ш-ш-ш, – предостерег спутников Закнафейн. – Я слышу их.

Едва он успел договорить, как дальняя сторона пещеры замерцала огнями и огласилась криками, а на фоне яркого магического огня замелькали вытянутые тени уродливых монстров.

– Их много, – согласился Бренор. – А что ты приготовил для меня, эльф?

Джарлакс посмотрел на Закнафейна.

– Пещера выглядит как сложный маршрут, – насмешливо произнес Закнафейн. – Полно неровных стен и миллионы выступов, достаточно широких для того, кто их чувствует. – Он подмигнул Джарлаксу и обнажил мечи. – Как, ты еще способен скакать и лазать, крутиться и вертеться?

Несмотря на всю мрачность ситуации, на крики и взрывы, с каждой секундой звучащие все ближе, лицо Джарлакса осветилось широкой улыбкой:

– Я уже постарел, так что утром все будет болеть. Но я от тебя не отстану.

– Никогда в жизни.

– Это может быть уже недолго, – со смехом ответил Джарлакс.

– Парни, – одернул их Бренор, – нам предстоит битва.

– Точно.

– Где у тебя лучшее направление обстрела, король Бренор? – поинтересовался Джарлакс.

– Что? – Бренор покачал головой, а потом указал на часть пещеры слева от станции. – Длинный и широкий проход, и при большом количестве расчетов…

Дворф умолк и снова покачал головой, потому что обоих дроу рядом с ним уже не было, они перепрыгнули через стену станции на камень внизу. Бренор увидел их еще только раз: Джарлакс пробежал по стенке сталагмита слева, Закнафейн сделал то же самое справа. Дворф в изумлении наблюдал, как они прыгнули навстречу друг другу, вращаясь и кувыркаясь так, что за ними невозможно было уследить, затем встретились в прыжке, поменялись местами и помчались вперед.

– Все это началось, когда моя девочка нашла Дзирта на склоне горы в Долине Ледяного Ветра, – пробормотал Бренор.

Затем он позвал командиров стражи, вытащил из-за своего волшебного щита кружку эля, осушил ее одним глотком, а потом отшвырнул кружку, одновременно громко рыгнув.