Гвенда Рид, слегка дрожа, стояла на пристани.

Доки – навесы, где располагалась таможня, – как и все прочее, представшее ее взору, мерно покачивалось вверх-вниз.

И именно в этот момент она приняла решение – решение, которое повлекло за собой множество важных событий.

Она не поедет в Лондон на поезде, расписание которого согласовано с прибытием судна, как намеревалась прежде.

В конце концов, почему она должна на нем ехать? Ее никто там не ждет и тем более не встречает. Она только что сошла с этого качающегося, скрипящего судна (трое суток в Бискайском заливе и Ла-Манше были истинной пыткой). Ей претила сама мысль о тряске и качке в поезде. Она отправится в отель, прочно стоящий на твердой земле. И уснет в кровати, которая не скрипит и не качается. А на следующее утро... да, конечно, это блестящая идея! Она возьмет напрокат автомобиль и будет медленно, не спеша, колесить по Южной Англии, подыскивая дом – симпатичный дом, – которым они с Джайлзом планировали обзавестись. Да, это была прекрасная идея.

Таким образом она познакомится с Англией – той самой Англией, о которой ей столько рассказывал Джайлз и которую она никогда не видела, хотя, как и многие новозеландцы, считала своей родиной. Сейчас Англия не казалась ей столь уж привлекательной. Был хмурый день с надвигающимся дождем и резким раздражающим ветром. Плимут, думала Гвенда, терпеливо ожидая своей очереди к паспортному и таможенному контролю, наверное, не самое лучшее место в Англии.

Однако на следующее утро от мрачного настроения не осталось и следа. Сияло солнце. Из окна открывался заманчивый вид. И земля уже не качалась под ногами. Она обрела устойчивость. Вот наконец Англия и путешествующая по ней Гвенда, молодая замужняя женщина двадцати одного года от роду. Когда приедет Джайлз, пока не было ясно. Может, через несколько недель, а может, даже через шесть месяцев. Это он предложил, чтобы Гвенда поехала в Англию раньше и присмотрела подходящий дом. Они оба думали, что неплохо бы где-то иметь надежное пристанище. Работа Джайлза была связана с разъездами. Иногда он брал с собой Гвенду, но порой это оказывалось невозможным по тем или иным причинам. Словом, им хотелось обзавестись собственным домом. К тому же Джайлз недавно получил в наследство от тетки кое-какую мебель, так что мечта о доме представлялась вполне реальной.

Тем более что и Гвенда и Джайлз были людьми более или менее состоятельными.

Гвенда поначалу отказывалась полагаться на свой выбор.

– Это надо сделать вместе, – заявила она.

Но Джайлз ответил, смеясь:

– Я не очень-то разбираюсь в домах. Если понравится тебе, то и мне понравится. Мне наш будущий дом представляется не очень большим – не то что новомодные монстры – и непременно с садиком. Хорошо бы где-нибудь на южном побережье. Во всяком случае, не очень далеко от моря.

– Ты имеешь в виду какое-то определенное место? – спросила Гвенда.

Но Джайлз ответил:

– Нет.

Он рано остался сиротой (они оба были сироты), и из школы его брали на каникулы разные родственники, поэтому у него не возникло привязанности ни к какому месту. Это будет дом Гвенды, и зачем ждать, пока они смогут выбрать его вместе, тем более что это может затянуться на целых шесть месяцев. И где Гвенда будет находиться все это время? Обретаться по отелям? Нет, она должна найти дом и обосноваться в нем.

– Так ты хочешь, чтобы я все проделала сама?

Однако ей понравилась идея отыскать дом, обустроить его и создать в нем уют к приезду Джайлза.

Они поженились всего три месяца назад, и она очень его любила.

Заказав завтрак в номер, Гвенда оделась и приступила к осуществлению своего плана. Она потратила день, чтобы осмотреть Плимут, который ей теперь понравился, а на следующий день наняла удобный автомобиль «Даймлер» с шофером и отправилась в путешествие по Англии.

Погода выдалась хорошая, и поездка была ей в радость. Она осмотрела несколько подходящих домов в Девоншире, но ни один из них не показался ей именно таким, о каком она мечтала. Да и спешить было некуда.

Она научилась улавливать скрытый смысл в восторженных речах агентов по недвижимости и избавила себя от излишней траты времени.

И вот через неделю, вечером во вторник, когда ее автомобиль медленно спускался по извилистой горной дороге к Диллмуту, в окрестностях которого располагался дивный морской курорт, она увидела табличку «Продается». Продавалась скрытая от дороги густыми деревьями небольшая белая вилла в викторианском стиле.

Гвенда сразу же решила, что это именно то, что ей надо. Это был ее дом! Она была абсолютно уверена в этом. Сад, высокие окна – да, именно такой дом она и искала.

День уже клонился к вечеру, поэтому она решила переночевать в отеле «Ройял Кларенс», а утром отправиться к агенту по продаже недвижимости, чье имя значилось на табличке.

И вот теперь, вооруженная ордером на осмотр, она стояла в старомодной длинной гостиной со стеклянными дверями от пола до потолка, ведущими на мощенную каменными плитами террасу. С террасы был виден сад с дорожками и цветущим кустарником, который круто спускался к зеленой лужайке. Сквозь деревья виднелось море.

«Это мой дом, – подумала Гвенда. – Здесь я дома. Мне, кажется, знаком каждый его уголок».

Открылась дверь, и вошла высокая унылая дама. Она была простужена и шмыгала носом.

– Миссис Хенгрейв? У меня ордер от господ Галбрейта и Пендерли. Боюсь, что сейчас очень рано...

Миссис Хенгрейв высморкалась и грустно сказала, что это не имеет никакого значения. И они начали осмотр дома.

Да, это было то, что надо. Дом не слишком велик. Немного старомоден, но они с Джайлзом оборудуют новую ванную комнату или даже две. Кухню можно будет модернизировать. К счастью, туда подведена вода. С новой раковиной и современным оборудованием...

Занятая своими мыслями и планами, Гвенда вполуха слушала, как миссис Хенгрейв бубнила что-то о болезни покойного мужа, майора Хенгрейва. Гвенда машинально издавала звуки, выражающие сочувствие, сострадание и понимание. Все родные миссис Хенгрейв живут в Кенте, и она тоже хочет поселиться там... Майор Хенгрейв очень любил Диллмут, много лет был секретарем гольф-клуба, но она сама...

– Да... конечно... ужасно для вас... совершенно естественно... Да, уход за таким домом... конечно... вы должны...

Но мысли Гвенды были заняты совсем другим: «Здесь будет шкаф для белья, я думаю... Да. Большая комната – прелестный вид на море, Джайлзу это понравится. Вон там маленькая комната. Джайлз сможет использовать ее для переодевания... Ванная, она, наверное, отделана красным деревом. О, так и есть! Как хорошо, и стоит посередине комнаты. Я не буду ее менять – это же предмет старины!

Какая громадная ванна!

Если на бордюр положить круглые камни, поставить парусные лодки... а в воду напустить ярких уток, то возникнет полная иллюзия пребывания на взморье... Я знаю: мы переделаем ту темную кладовую в две действительно современные ванные комнаты, зеленые, со сверкающими стальными кранами. Трубы пройдут как раз над кухней, их менять не потребуется...»

– Плеврит, – продолжала миссис Хенгрейв, – на третий день перешел в двустороннее воспаление легких...

– Ужасно, – отозвалась Гвенда. – А нет там, в конце прохода, еще одной спальни?

Комната была и оказалась совершенно такой, как она себе ее представляла, – почти круглой, с большим арочным окном. Конечно же, Гвенда все тут переделает. Комната была в хорошем состоянии, но почему такие люди, как миссис Хенгрейв, любят красить стены в горчично-бисквитные цвета?

Они прошли по коридору. Гвенда добросовестно подсчитывала: «Шесть, нет, семь спальных комнат, считая ту маленькую и мансарду».

Доски слегка поскрипывали у нее под ногами. Ей уже казалось, что здесь живет она, а не миссис Хенгрейв. Эта миссис Хенгрейв была здесь чуждым существом, женщиной, которая предпочитает горчично-бисквитный цвет комнат и обожает бордюры из глициний в гостиной. Гвенда взглянула на напечатанную на машинке бумагу – опись имущества и запрашиваемую цену.

В течение нескольких дней Гвенда ознакомилась с ценами на дома. Запрашиваемая миссис Хенгрейв сумма была не так уж велика – конечно, дом нуждался в некотором обновлении, но даже... Она обратила внимание на слова: «Будут рассмотрены возможные встречные предложения». Миссис Хенгрейв, должно быть, очень хотелось поскорее отправиться в Кент и жить среди «своих людей»...

Они уже спускались по ступеням, когда Гвенду совершенно неожиданно охватил безрассудный ужас. Это было отвратительное чувство, но оно прошло так же быстро, как возникло. И все-таки Гвенда невольно насторожилась.

– А в доме... нет привидений?

Миссис Хенгрейв, шедшая впереди, достигла в своем повествовании того момента, когда майор Хенгрейв начал быстро угасать, но теперь посмотрела на Гвенду с глубоко оскорбленным видом.

– Ничего не знаю об этом, миссис Рид. А что, вам кто-то говорил что-нибудь в этом роде?

– Вы никогда не чувствовали и не видели ничего подобного? Никто не умирал здесь?

Вопрос был, пожалуй, неудачный, тут же подумала она, потому что, вероятно, майор Хенгрейв...

– Мой муж умер в частной клинике Святой Моники, – чопорно произнесла миссис Хенгрейв.

– О, конечно, вы говорили мне.

Миссис Хенгрейв продолжала все тем же ледяным тоном:

– В доме, который, вероятно, построен около ста лет назад, конечно же, умирали люди. Мисс Элворси, у которой мой дорогой муж приобрел этот дом семь лет назад, обладала превосходным здоровьем, она собиралась за границу, чтобы заняться миссионерской деятельностью, и ничего не говорила о ком-то недавно скончавшемся в их семье.

Гвенда поспешила успокоить меланхоличную миссис Хенгрейв. Они снова перешли в гостиную. Это была тихая прелестная комната, создающая ту самую атмосферу, которой так жаждала Гвенда. Ее недавний ужас казался ей теперь совершенно непонятным. Что это с ней произошло? Ничего плохого в этом доме не было.

Спросив миссис Хенгрейв, можно ли ей взглянуть на сад, Гвенда вышла на террасу.

«Здесь где-то должны быть ступеньки», – думала Гвенда. Но вместо этого увидела разросшиеся кусты форзиции, которые почти полностью заслоняли вид на море.

«Ничего, – подумала Гвенда. – Это все я изменю».

Пройдя по террасе вслед за миссис Хенгрейв, она спустилась по ступеням с другой стороны газона и отметила про себя, что каменные дорожки запущены и заросли травой, а цветущий кустарник требует стрижки. Миссис Хенгрейв извиняющимся тоном пробормотала, что сад основательно запущен. Она может позволить себе приглашать садовника только два раза в неделю. Но иногда он и вовсе не является.

Они осмотрели маленькую, но удобную садовую кухню и вернулись в дом. Гвенда объяснила, что ей предстоит посмотреть еще несколько домов, и, хотя ей понравился «Хиллсайд» (какое банальное название для дома!), она не может немедленно принять решение.

Миссис Хенгрейв проводила ее отчужденным задумчивым взглядом, выразительно шмыгнув носом.

Гвенда возвратилась к агентам, изложила свои условия и остаток утра провела, гуляя по Диллмуту. Это был прелестный старомодный приморский городок. В дальнем, «современном» конце было два новых отеля и несколько недостроенных бунгало, но географическое положение Диллмута на побережье, огороженном холмами, спасало городок от чрезмерного расширения.

После ланча Гвенде позвонили агенты и сообщили, что миссис Хенгрейв устраивают ее условия. С озорной улыбкой на устах Гвенда поспешила на почту и отправила телеграмму Джайлзу:

«Купила дом. Люблю.

– Это позабавит его, – сказала себе Гвенда. – Он поймет, что я не из тех, кто сидит сложа руки.