I

– Сент-Мэри-Мид, вы сказали? – главный инспектор Крэддок резко поднял голову.

Помощник комиссара заметно удивился.

– Да, – подтвердил он. – Сент-Мэри-Мид. А что? Что-нибудь...

– Нет, ничего, – сказал Дермот Крэддок.

– Это, насколько я знаю, совсем небольшая деревушка, – пояснил помощник комиссара. – Хотя строительство там идет вовсю. Застраивают, если не ошибаюсь, почти все пространство между этой деревней и Мач-Бенэмом. А по другую сторону Сент-Мэри-Мид, – добавил он, – ближе к Маркет-Бейзингу, находится киностудия «Хеллингфорт». – Вопросительное выражение еще не сошло с его лица.

Дермот Крэддок решил, что стоит внести ясность.

– У меня там знакомая, – сказал он. – В Сент-Мэри-Мид. Пожилая дама. Собственно, совсем старушка. Не исключено, она уже приказала долго жить. Но если нет...

Помощник комиссара понял мысль подчиненного, по крайней мере ему так показалось.

– Конечно, – подхватил он. – Получите возможность взглянуть на это дело, так сказать, изнутри. Местные сплетни никогда не бывают лишними. Вообще весьма любопытная история.

– В графстве эту работу поручили нам? – спросил Дермот.

– Да. Пришло письменное распоряжение главного констебля. Они не исключают, что эта история выходит за пределы деревни. Госсингтон, самый большой дом в этих краях, недавно был куплен Мариной Грегг, кинозвездой, вместе с мужем. Они уже переехали. Неподалеку находится их новая киностудия, «Хеллингфорт», сейчас идут съемки, Марина играет главную роль. Прием на территории их дома был дан в пользу ассоциации «Скорой помощи Святого Иоанна». Умершая – ее звали миссис Хизер Бэдкок – была секретарем местного отделения этой ассоциации, и прием во многом готовила она. Судя по всему, это была деловая и толковая женщина, местные жители ее хорошо знали и любили.

– Эдакая командирша? – предположил Крэддок.

– Весьма возможно, – согласился помощник комиссара. – Но мой опыт говорит, что таких командирш убивают довольно редко. Хотя почему, ума не приложу. В общем, довольно печальная история. Народу на прием собралось рекордное количество, погода стояла отличная, все шло по плану. Избранную публику Марина Грегг с мужем пригласили в дом. Там было человек тридцать или сорок. Местная знать, люди, связанные со «Службой скорой помощи Святого Иоанна», несколько друзей самой Марины Грегг, еще кое-кто из мира кино. Все было тихо, мирно и распрекрасно. И вот в разгар праздника Хизер Бэдкок умирает, потому что ее отравили. Фантастика, невероятно – но это так.

– Доказано, что яд был в напитке?

– Да. Тут все подробно изложено. Длиннющее бессмысленное название, которые обожают врачи, на самом же деле в Америке это вполне распространенное лекарство.

– В Америке? Понятно.

– В Англии тоже. Просто по ту сторону Атлантики такие средства больше в ходу. Если их принимать в малых дозах, организму они на пользу.

– А выдают по рецепту или можно просто пойти и купить?

– Нельзя. Нужен рецепт.

– Да, странно, – пробормотал Дермот. – А Хизер Бэдкок к этим киношникам какое-то отношение имеет?

– Ни малейшего.

– Кто-то из членов ее семьи там был?

– Муж.

– Муж... – задумчиво повторил Дермот.

– Да, первая мысль всегда о муже, – согласился старший по званию. – Но наш местный работник... кажется, Корниш, считает, что муж тут, скорее всего, ни при чем, хотя он доложил, что Бэдкок сильно нервничал и вообще был сам не свой. Но он тут же добавил, что вполне достойные люди часто нервничают, когда их допрашивает полиция. Судя по всему, это были верные и преданные друг другу супруги.

– Другими словами, тамошняя полиция считает, что муж убитой здесь ни при чем. Что ж, похоже, дело интересное. Я еду туда, правильно я понял, сэр?

– Да. Поезжайте, Дермот, и как можно быстрее. Кого хотите взять с собой?

Дермот ответил не сразу.

– Пожалуй, Тиддлера, – задумчиво произнес он. – Человек он хороший, к тому же большой любитель кино. Это может пригодиться.

Помощник комиссара кивнул.

– Желаю удачи, – сказал он на прощание.

II

– Вот это да! – воскликнула мисс Марпл, порозовев от удовольствия и удивления. – Ну и сюрприз! Ну, как вы, дорогой мой мальчик?.. Хотя какой вы теперь мальчик? Главный инспектор, или как это теперь называется? Командующий?

Дермот объяснил, в каком звании он сейчас состоит.

– Думаю, нет смысла спрашивать, что вы здесь делаете, – сказала мисс Марпл. – Наше местное убийство удостоилось внимания Скотленд-Ярда.

– Дело передали нам, – подтвердил Дермот. – И естественно, приехав сюда, я сразу направился к нашему агенту.

– Вы хотите сказать... – Мисс Марпл была слегка польщена.

– Да, тетушка, – произнес Дермот так, будто это само собой разумелось. – Я имею в виду вас.

– Боюсь, – в голосе мисс Марпл прозвучало сожаление, – что я здорово поотстала. Я ведь сейчас так редко выхожу.

– Редко, да метко. Не вы ли упали возле чужого дома, не вам ли помогла подняться женщина, которую через десять дней убили? – спросил Дермот Крэддок.

Мисс Марпл издала некий цокающий звук.

– Не знаю, откуда вы такое берете, – сказала она.

– Должны знать, – укорил ее Дермот Крэддок. – «В деревне всем все известно» – ваши слова? И кстати, не для протокола, – добавил он. – Вы, как только ее увидели, сразу поняли, что ее убьют?

– Ну что вы! – воскликнула мисс Марпл. – Как вам такое могло прийти в голову?

– А в глазах ее мужа не увидели взгляда, который напомнил вам о Гарри Симпсоне, или Дэвиде Джонсе, или еще каком-нибудь вашем старом знакомце, впоследствии толкнувшем жену с обрыва?

– Нет и еще раз нет! – горячо возразила мисс Марпл. – Уверена, что мистер Бэдкок на такое злодеяние не способен. По крайней мере, – добавила она задумчиво, – почти уверена.

– Но ведь человеческая природа, как известно... – пробормотал Крэддок зловредно.

– Именно, – подтвердила мисс Марпл. Потом добавила: – Рискну предположить, что, оправившись от естественного первого шока, он не будет по ней сильно убиваться.

– Почему? Он был у нее под каблуком?

– Нет. Но не думаю, чтобы она... В общем, внимательным человеком она не была. Добрым – да. А вот внимательным – нет. Она могла любить его, заботиться о нем, когда он болел, кормить его и быть хорошей хозяйкой, но, на мой взгляд, она никогда бы... В общем, она даже не подозревала, что там у него на душе, о чем он думает. И мужчина чувствует себя одиноко.

Дермот хмыкнул:

– Вы думаете, теперь ему будет менее одиноко?

– Полагаю, он снова женится. И даже очень скоро. Возможно, на женщине того же типа, что будет совсем обидно. То есть возьмет в жены человека сильнее, чем он сам.

– Есть конкретная кандидатура? – осведомился Дермот.

– Мне она неизвестна, – сказала мисс Марпл. И с сожалением добавила: – Но мне вообще известно так мало.

– А что вы обо всем этом думаете? – продолжал напирать на нее Дермот Крэддок. – Уж в умении думать и выдумывать вы всякому фору дадите.

– Я думаю, – неожиданно сказала мисс Марпл, – что вам надо поговорить с миссис Бантри.

– Миссис Бантри? А кто она? Из киношной публики?

– Нет, – ответила мисс Марпл. – Она живет в Ист-Лодже, в Госсингтоне. В тот день она была на празднике. Когда-то Госсингтон принадлежал ей. Ей и ее мужу, полковнику Бантри.

– Она была на празднике. И что-то видела?

– Пусть она сама вам расскажет, что она видела. Вам может показаться, что к делу это не имеет отношения, но вдруг... вдруг вас это натолкнет на какие-то мысли. Скажите ей, что вас прислала я, и... да, лучше просто упомяните Леди из Шалотта.

Дермот Крэддок посмотрел на нее, чуть склонив голову набок.

– Леди из Шалотта, – повторил он. – Это что – пароль?

– Ну, не совсем, – чуть смутилась мисс Марпл. – Просто по этим словам она сразу поймет, что я имела в виду.

Дермот Крэддок поднялся.

– Мы расстаемся ненадолго, – предупредил он ее.

– Буду очень рада вас видеть, – сказала мисс Марпл. – Если выберете время, заходите как-нибудь, попьем чайку. Надеюсь, вы его еще пьете, – добавила она с легким сожалением в голосе. – Я знаю, что нынешняя молодежь, когда ей надо перекусить и что-то выпить, идет в бары и прочие заведения. Для них пятичасовой чай безнадежно устарел.

– Если я и молод, то не до такой степени, – заметил Дермот. – Как-нибудь обязательно загляну к вам на чаек. Посплетничаем, поболтаем о ваших деревенских новостях. Кстати, а с кем-нибудь из кинозвезд вы лично знакомы? Вообще с кем-нибудь из киношников?

– Ни с единым человечком, – ответила мисс Марпл. – Только понаслышке.

– В вашем случае это, как правило, уже кое-что, – сказал Дермот Крэддок. – Что ж, до свидания. Был очень рад вас видеть.

III

– О-о, здравствуйте, – несколько ошарашенно приветствовала гостя миссис Бантри, когда Дермот Крэддок представился и объяснил цель своего визита. – Надо же, не каждый день встречаешь таких людей. А разве вас не всегда сопровождают сержанты?

– Сержант со мной действительно приехал, – подтвердил Крэддок. – Но в данную минуту он занят.

– Наверное, собирает информацию? – с надеждой в голосе спросила миссис Бантри.

– Что-то в этом роде, – строго ответствовал Дермот.

– Значит, Джейн Марпл послала вас ко мне, – сказала миссис Бантри, проводя гостя в свою маленькую гостиную. – А я как раз цветы расставляла. Бывают такие дни – ну никак цветы не хотят тебя слушаться. Падают или, наоборот, торчат там, где торчать не должны, а где надо лежать – не лежат. Так что я рада отвлечься, тем более по такому интересному поводу. Значит, это все-таки было убийство?

– А вы так не думали?

– Ну, это мог быть и несчастный случай, – сказала миссис Бантри. – Ведь никаких конкретных, официальных разъяснений не было. Сообщили только, что, как яд попал в организм, пока неизвестно, – ну не глупость ли? Вообще-то мы все между собой решили, что это – убийство.

– А кто его совершил?

– Представьте себе, никаких догадок нет. Как ни странно. Потому что лично я не представляю, кто мог бы это сделать.

– Вам непонятно, кто мог бы это сделать физически?

– Нет, не то. Совершить это убийство, может, было и трудно, но не невозможно. Просто не вижу, кому это могло понадобиться.

– Вы хотите сказать, что ни у кого не было причин лишать жизни Хизер Бэдкок?

– Откровенно говоря, – сказала миссис Бантри, – не могу себе представить, чтобы кому-то потребовалось ее убить. Я с ней встречалась несколько раз по местным делам. Девочки-скауты, бригада «Скорой помощи Святого Иоанна», всякие приходские дела. Я бы сказала, что она – человек довольно докучливый. По любому поводу – фонтан энтузиазма, какая-то восторженность без меры, а уж начнет говорить – не остановишь. Но за это ведь людей не убивают. В старые времена, если такая женщина приближалась к дверям твоего дома, ты быстро звала горничную – была такая должность в мои времена, и весьма полезная, – и велела ей объявить, что «Нет дома» или «Сегодня никого не принимает», чтобы горничную не мучили угрызения совести.

– То есть многие с удовольствием избавились бы от ее общества, но никому не пришло бы в голову устранять ее навсегда.

– Очень хорошо сформулировано, – миссис Бантри одобрительно кивнула.

– Серьезных сбережений у нее не было, – рассуждал вслух Дермот, – и ее смерть никому особых прибылей не принесла. Люди могли ее недолюбливать, но о ненависти речи не было. Может, она кого-нибудь шантажировала?

– Что вы, откуда? – горячо возразила миссис Бантри. – Это была женщина совестливая, высоконравственная.

– Может, у ее мужа был роман на стороне?

– Едва ли, – сказала миссис Бантри. – Я только и видела его, что тогда на празднике. Он мне напомнил изжеванную веревку. Вроде бы и приличный человек, но какой-то жалкий.

– Выходит, выбор у нас невелик, – подытожил Дермот Крэддок. – Остается предположить одно: ей было что-то известно.

– Известно?

– Что-то, порочащее другого.

Миссис Бантри снова покачала головой:

– Сомневаюсь. Сильно сомневаюсь. Такие женщины просто не умеют держать язык за зубами, и если им что-то известно, это тут же известно всем.

– Значит, и это отпадает, – принял ее толкование Дермот Крэддок. – Тогда никуда не денешься – придется вспомнить о причине, которая меня к вам привела. Мисс Марпл, перед которой я искренне преклоняюсь и к которой питаю глубокое уважение, сказала мне, чтобы я назвал вам Леди из Шалотта.

– Ах это! – воскликнула миссис Бантри.

– Да, – сказал Крэддок. – Это. Чем бы оно ни было.

– В наши дни народ почти не читает Теннисона, – сокрушенно произнесла миссис Бантри.

– Что-то такое я помню из детства, – покопался в памяти Дермот Крэддок. – Ведь это она смотрела на замок Камелот?

– Именно. Вот и она так же, – сказала миссис Бантри.

– Простите? Кто так же? И что?

– Выглядела так же, – пояснила миссис Бантри.

– Кто?

– Марина Грегг.

– Ага. Марина Грегг. Когда?

– Вам Джейн Марпл разве не рассказала?

– Нет. Послала прямо к вам.

– Ну, это нечестно с ее стороны, ведь она куда лучшая рассказчица, чем я. Мой муж всегда говорил: я так резко перескакиваю с одного на другое, что он не может толком понять, о чем речь. Вообще, может быть, мне все это только показалось. Но когда замечаешь на чьем-то лице такой взгляд, аналогия приходит в голову сама по себе.

– Расскажите, пожалуйста, – попросил Дермот Крэддок.

– Ну что ж, все произошло на празднике. Я говорю «праздник», потому что как еще это назовешь? У них наверху, у лестницы, теперь что-то вроде большущей ниши. Там Марина Грегг и ее муж принимали особо важных гостей. Удостоился чести и кое-кто из местных. Лично я – потому что когда-то была хозяйкой этого дома, а Хизер Бэдкок с мужем – потому что она организовала весь этот прием, обо всем хлопотала. Так вышло, что мы поднялись наверх почти вместе, я стояла рядом – вот и заметила это.

– Так. Что же именно вы заметили?

– Сейчас. Ну, миссис Бэдкок заахала и заохала, знаете, как бывает, когда вдруг встречаешь какую-то знаменитость. Мол, как это прекрасно, да она в таком восторге, да они и мечтать не могли о такой встрече. А потом затянула какую-то нудную историю, как когда-то, много лет назад, они уже встречались и как она по этому поводу была счастлива. Я еще тогда подумала: каково этим знаменитостям всякий раз такое выслушивать и терпеть с милой улыбкой – с ума сойти можно! И вдруг я заметила, что никакой милой улыбки на лице мисс Грегг нет. Она просто стояла оцепенев, вперившись в одну точку.

– В одну точку... на миссис Бэдкок?

– Нет... нет, она про миссис Бэдкок и думать забыла. Казалось, она вообще не слышит, что та плетет. Она стояла оцепенев и смотрела взглядом, как я его назвала, Леди из Шалотта – будто увидела что-то жуткое. Что-то кошмарное, такое, чего она увидеть никак не ожидала, и смотреть на это ей было невыносимо.

– «Вскричав: «Злой рок!» – застыла вдруг...»? – подсказал Дермот Крэддок.

– Да, именно так. Потому я и назвала этот взгляд взглядом Леди из Шалотта.

– Но на что она смотрела, миссис Бантри?

– Если бы я знала!

– Вы говорите, она стояла у верха лестницы?

– Она смотрела через голову миссис Бэдкок... Нет, скорее через ее плечо.

– То есть прямо в середину лестницы?

– Может быть, не в самую середину.

– А по лестнице поднимались люди?

– Да, человек пять или шесть.

– Может, она смотрела на кого-то конкретно?

– Не могу сказать, – честно призналась миссис Бантри. – Я ведь смотрела не на лестницу. Я смотрела на нее. А сама стояла спиной к лестнице. Я подумала, может, она смотрит на одну из картин.

– Но если она живет в этом доме, все свои картины она должна прекрасно знать.

– Да, конечно. Скорее всего, она уставилась на кого-то из гостей. Только на кого?

– Попробуем это выяснить, – сказал Дермот Крэддок. – А кто хоть там был, вы помните?

– Мэр с женой. Какой-то, по-моему, журналист, рыжеволосый такой, нас позже представили друг другу, но фамилию я не запомнила. Фамилии у меня всегда пролетают мимо ушей. Гэлбрейт... что-то в этом роде. Еще был крупный такой, черный мужчина. Нет, не негр – просто темноволосый, черной масти, чувствуется, что сильная личность. С ним была актриса. Броская такая, яркая блондинка, из тех, что ходят в норковых манто. Был там и старый генерал Барнстейпл. Он, бедняга, сейчас уже совсем ку-ку. Едва ли кто-то может оцепенеть от ужаса, глядя на него. Да, еще были Грайсы с фермы.

– Это все, кого вы можете вспомнить?

– Может, там был и еще кто-то. Но, понимаете, я ведь... специально ни за кем не наблюдала. Я знаю, что примерно в это время пришли мэр, генерал Барнстейпл и американцы. Кстати, там работали фотографы. Один, по-моему, местный, а кроме него, девушка из Лондона, вся из себя богемная, с длинными волосами и здоровенным фотоаппаратом.

– И вы полагаете, что этот взгляд появился на лице Марины Грегг оттого, что она увидела кого-то из этих людей?

– Да я, собственно, ничего тогда не подумала, – с обезоруживающей откровенностью призналась миссис Бантри. – Просто удивилась: на что это она могла так уставиться? А вскоре про это и думать забыла. Ну а потом-то все вспоминается. Но если честно, – призналась миссис Бантри, – может, я все это напридумывала. Вдруг у нее в эту минуту зуб заболел, или булавка в тело врезалась, или закололо где-нибудь в боку, что свет стал не мил. Стараешься не подать виду, но лицо тебя выдает, ничего с ним поделать не можешь.

Дермот Крэддок засмеялся.

– Я рад, что вы такая реалистка, миссис Бантри, – сказал он. – Да, вы правы, вполне могло быть и что-то в этом роде. Но факт, несомненно, занятный, может, кое-что он нам и подскажет.

Он пожал ей руку и отправился в Мач-Бенэм, в полицейский участок, – представиться официально.