— На самом деле так оно и было, — сказала она — и не только заклинания связи. Мы пробовали переносить предметы, открывать пространственные двери и еще около дюжины других вещей. Ничего не помогало.

— Тогда как же вы могли его слышать? — спросил Ламорак.

— Это было не заклинание. Это подарок Избранным Мистры.

Она подождала, пока на лицах принцев не появилось выражение согласия, а затем сказала:

— Теперь я должна попросить вас впустить мою армию в Шараэдим. Мы не позволим этому мифалу пасть.

Кларибернус посмотрел на брата, который поднял руку и отвернулся, чтобы подумать.

— Принц Ламорак, ваш брат Агларел заверил лорда Пьергейрона, что нам будет предоставлен доступ, — сказала Лаэраль. — Если вы откажетесь выполнить это обещание…

— Не бойтесь, мы сдержим слово. — Ламорак оглянулся на растущую армию помощи, затем перевел взгляд на Лаэраль и одарил ее ледяной, полной клыков улыбкой. — С вашего позволения, мы сделаем еще больше. Мы поможем вам уничтожить фаэриммов.

— Конечно, я приветствую помощь шадовар, — Лаэраль ответила на его улыбку такой же холодной. — Можно даже сказать, что я на это рассчитывала.

Что касается потайных ходов, то тот, что вел в подвал Иритлиума, был шедевром. Скрытый под единственной фальшивой колонной среди тысяч настоящих, поддерживающих верхний этаж, вход был почти незаметен, с дверными швами, скрытыми камнем основания колонны, и петлями, спрятанными в капители в двадцати футах над головой. Если бы Вала не заметила двухфутовую сороконожку, выползающую из-под основания, когда она приблизилась, вряд ли она вообще заметила бы что-нибудь необычное в колонне. Она выглядела точно так же, как и все остальные опорные колонны, мимо которых она проходила, в комплекте с плесенью и мхом, заполнявшими трещины. Эльфийские строители даже приняли меры предосторожности, спрятав щеколду в трещине на противоположной стороне соседней колонны.

— Разведчик, почему ты остановилась? — Спросили в десяти шагах позади, где Парт Гал – Вала отказывалась называть шадовара лордом даже мысленно, – стоял, выглядывая из-за колонны. — Ты что-нибудь нашла?

— Потайная дверь, — сказала Вала, указывая ему вперед.

Парт поднял руку, останавливая остальных патрульных, и остался на месте.

— Открой.

— Это место было построено эльфами — сказала она. — Там будет ловушка, а у меня нет слова прохода.

Парт пожал плечами и не вышел из-за своей колонны.

— Для этого и существуют разведчики. — Он помолчал, потом сказал:

— Если только ты не хочешь связаться с принцем Эсканором и сказать ему, где твои друзья?

Вала бросила на него яростный взгляд.

— У одного из вас должно быть заклинание для обезвреживания ловушек.

— Конечно, мы разведывательный патруль — сказал Парт. — А это значит, что мы должны найти фаэриммов, а не нападать на них. Если ты просто свяжешься с принцем, я уверен, что мы все проживем дольше. А до тех пор, боюсь, мне придется настаивать, чтобы ты выполняла свои обязанности.

Где-то за спиной Парта в темноте раздался глухой стук, затем раздался сдавленный тревожный крик. Раздался резкий треск темного клинка, рассекающего толстый панцирь, за которым последовало какое-то жужжащее рычание и влажный хруст. Вала заметила горстку шадовар, пробирающихся сквозь колонны к месту схватки, но звуки стихли почти так же быстро, как и начались, и воины прибыли слишком поздно, чтобы помочь товарищу.

— Балпор — объявил кто-то. — Пропал, если не считать головы и одной руки.

Это была пятая жертва патруля, и они даже не видели фаэримма. Валу вдруг пробрал озноб. Хотя ощущение, скорее всего, было ее собственной реакцией на очередную жертву, она предусмотрительно огляделась вокруг, чтобы убедиться, что к ней никто не подкрадывается. Ей показалось, что она заметила серую фигуру, скользнувшую за колонну, где была спрятана задвижка, но когда она обошла ее с другой стороны, то обнаружила только пустую темноту.

— Что там? — позвал Парт.

— Мое воображение — ответила Вала. — Все еще хочешь, чтобы я открыла эту дверь?

— Если только ты не передумала говорить принцу то, что он хочет знать, — ответил он.

— Извините. — Вала присела на корточки и просунула кончик кинжала в щель, где была спрятана задвижка. — Послушай, если мне станет плохо, скажи Шелдону, что я умерла за свое слово.

— Шелдону?

— Моему сыну, — сказала Вала.

— Ах ... в этом не было бы необходимости, если бы только ты…

— Не могу — перебила Вала. Ей пришлось подавить дрожь. Озноб, который она испытала раньше, просто не уходил. — И еще одно: если это приведет к сокровищнице, а не к логову фаэриммов, ничего не трогай. Нет ничего, что эльфы ненавидят больше, чем похитителей артефактов.

— Спасибо за предупреждение, — ответил Парт.

— Я думала не о тебе, — сказала Вала, — но ты знаешь, как я люблю эльфов.

Она глубоко вздохнула, затем, вытянув руку так далеко, как только могла, присела на корточки вокруг колонны и щелкнула задвижкой.

Элтаргрим.

Это слово прозвучало так тихо, что Вала даже не была уверена, слышала ли она его. Она развернулась на каблуках и ничего не увидела позади себя, но холод остался. Если уж на то пошло, холод ощущался сильнее, чем раньше, хотя, возможно, только из-за ледяного пота, стекающего по ее груди и бокам.

— Вала? — Парт казался таким же испуганным, как и она.

— Все еще здесь — сказала она. — Следите за собой.

Вала медленно поднялась и подошла к колонне. Наполовину ожидая, что шадовар скажет ей подождать, пока он пошлет кого-нибудь вперед, чтобы проверить ловушки, она глубоко вздохнула, а затем легонько толкнула её. Вся стенка развернулась в сторону, открывая узкую лестницу, спиралью уходящую вниз в темноту под ее ложным основанием. Когда облака ядовитого газа не вырвались наружу, она помахала кончиком своего темного меча вокруг входа, проверяя, нет ли ловушек, активированных движением, а затем спустилась на первую ступеньку. Ничего не произошло.

— Ну? — позвал Парт.

— Пока никаких ловушек, — доложила она, — и никакой паутины. Что-то спускается сюда и не оставляет следов.

Шадовар вышел из-за своего укрытия и жестом пригласил ее спуститься по лестнице.

— Мы прямо за тобой.

— Конечно, — пробормотала Вала.

Решив, что Парт и его товарищи не заслуживают предупреждения о серой фигуре, которую она могла увидеть или не увидеть, и о слове, которое она могла услышать или не услышать, Вала присела на корточки и опустилась на пятую ступеньку. Ступени продолжали спускаться по спирали еще через десять футов твердого камня, а затем открывались в большой коридор, идущий параллельно основанию лестницы. Присев на корточки и вытянув шею, Вала смогла заглянуть достаточно далеко в проход, чтобы увидеть ряд арочных дверных проемов, открывающихся по обе стороны через неравные промежутки, но магия ее темного меча не позволяла ей видеть весь путь до конца коридора. Когда никто не бросился ей навстречу, она в два прыжка преодолела первые десять футов, ухватилась за перила и выскочила в коридор в противоположном направлении.

Вала оказалась лицом к лицу с большим круглым силуэтом с извивающейся короной луковичных щупалец. У нее было достаточно времени, чтобы распознать силуэт большого бехолдера, прежде чем несколько глазных стеблей начали поворачиваться в ее сторону. Прыгнув на фут вперед, она метнула свой темный меч к его огромному центральному глазу и схватилась за кинжал. Вала упала на пол примерно в то же время, когда ее темный меч нашел свою цель, хотя без оружия в руке она больше не могла видеть в темноте и знала, что попала в бехолдера только по леденящему кровь визгу, который эхом разнесся по коридору. Ее обдало теплой кровью, когда она скользнула под все еще плавающую в воздухе тушу злобоглаза. Прекрасно зная, что даже идеальный удар в центральный глаз может не убить монстра такого размера, она протянула руку и поймала нижнюю часть разреза свободной рукой, затем дернула его раненый бок на пол и разбила его о камень. В то же самое время она подняла свой кинжал позади него, вонзая стальное лезвие в его толстый череп раз, два, полдюжины раз, пока пойманный в ловушку бехолдер, наконец, не рухнул безвольной кучей на руку, которая держала его прижатым к полу. Вала оттолкнула тушу в сторону.

— Вала? — крикнул Парт с лестницы, потом громче: — Вала?

— Не повезло тебе, Парт, — крикнула она в ответ. — Все еще здесь.

Глубокий грохот отразился от потолка, когда секретная колонна была отброшена назад от лестничного колодца.

— Трус — пробормотала Вала. Она протянула руку, чтобы вернуть меч, но уже почувствовала его рукоять под костяшками пальцев. Считая, что ей повезло, что нашла клинок, она перекатилась на колени и взяла оружие в руки, и, как только она снова смогла видеть в темноте, обнаружила, что смотрит в огромную зубастую пасть, окруженную четырьмя руками. Даже под таким неудачным углом она сразу узнала в нем большого фаэримма.

— Темпус, дай мне силы! — выдохнула она.

— Зачем молиться Темпусу, моя дорогая? Теперь я твой бог.

Хриплый голос раздался в голове Валы, не похожий на шепот «Элтаргрим», который, как ей показалось, она слышала раньше, но определенно внутри своих мыслей.

— Отложи свой меч, и мы поговорим.

Вала подобрала под себя ноги, встала и вдруг обнаружила, что катится вниз головой по темному коридору.

— Чего ты не понимаешь, человек? — Требовательно спросил голос. — Опусти оружие.

Не выказывая ни малейшего страха перед темным мечом, фаэримм продолжал идти по коридору, две из четырех его рук указывали на замшелый пол. Озадаченная странным поведением существа, Вала колебалась между тем, чтобы сделать, как оно приказало, и метнуть в него свой меч, хотя она была уверена, что оно готово с помощью магии выбить оружие из воздуха, как только оно покинет ее руку. Она не сделала ни одного движения, и фаэримм остановился прямо за пределами досягаемости ее меча.

— Повинуйся! — Приглушенный голос Парта начал раскатываться по лестничной клетке, требуя объяснений и выкрикивая угрозы о том, что произойдет, если она не откроет дверь, и вдруг Вала поняла. Фаэримм не хотел ее убивать. Он поймал ее в ловушку, полагая, что может превратить в одну из своих мысленных рабынь, но шлем Валы защищал ее от этого.

— Д-да… — сказала она. Двигаясь очень медленно, она опустилась на корточки и положила меч на пол. — Я хочу поговорить.

Как только ее рука оторвалась от рукояти, она снова погрузилась в слепоту. Не подозревая о присутствии фаэримма, Парт и остальные продолжали кричать, чтобы она открыла дверь. Молча проклиная их за глупость и трусость, Вала отшвырнула темный меч и попятилась по коридору. Она была так напугана, что дрожала всем телом. Без меча она больше не могла видеть, что делает фаэримм. Костлявая рука сжала ее плечо.

— Этого достаточно, дитя.

Вала остановилась и взмолилась, чтобы он не снял шлем, который дал ей Эсканор. Без него она стала бы рабыней, которой он ее считал. Даже если она убаюкивает его ложным чувством безопасности, у нее все равно нет шансов убить его. Эти твари могли творить заклинания так же быстро, как она могла думать, а может, и быстрее.

— Ты не одна из шадовар.

Это был не вопрос. Ожидал ли фаэримм ответа?

— И кто же ты?

— В-Ваасанка — ответила Вала. — Мой народ обязан им служить.

— Вала? — спросил фаэримм. — Та, которую Эсканор предпочёл для ношения его яйца?

Вале пришлось сосредоточиться, чтобы не ахнуть и не спросить, откуда фаэримм знает такое; вместо этого она просто кивнула.

— Что ты здесь делаешь?

— Я отказала ему — сказала Вала, — и он послал меня убить фаэриммов.

Наверху лестницы Парт наконец понял, что что-то не так, и перестал колотить по колонне.

— А ты могла бы? Вала покачала головой.

— Нет! На данный момент это был честный ответ. — Больше никогда.

— Больше? Фаэримм, казалось, удивился, потом сказал: — Ах, но я забыл, кто ты. Как ты теперь к нему относишься?

— Я его ненавижу, — это было недалеко от истины.

— Ты можешь предать его?

— Возможно, — сказала Вала.

Низкий гул сотряс потолок, когда фальшивая колонна начала скользить в сторону.

— Он очень могуществен.

— Я помогу тебе с этим, — сказал фаэримм. — Протяни руку.

Вала вытянула обе руки ладонями вверх. Она почувствовала, как что-то маленькое и круглое прижалось к ее ладони.

— Ты позволишь ему оседлать себя, а потом прижмешь это к его спине, — сказал фаэримм. — Это лишит его силы. Ты понимаешь?

— Вала? — крикнул Парт с лестницы. — Ты здесь?

Вала не осмелилась выкрикнуть предупреждение.

— Я понимаю — сказала она.

— Что? — позвал Парт.

Она проигнорировала его. — Что тогда, мой господин? Задавая этот вопрос, она мысленно воззвала к своему темному мечу. — Я должна убить его?

— Нет! Ты утащишь его в лес, — сказал фаэримм. — Это облегчит задачу.

— Вала, ответь мне, или мы спустимся!

Появился темный меч.

— Скорее!

Когда Вала прокричала это, она уже провела темным мечом по животу фаэримма. Ее темное зрение вернулось, и она увидела перед собой зияющую пасть с клыками размером с пещеру. Вместо того чтобы попытаться отступить или ударить снова, она повернулась вдоль шипастого тела фаэримма и увидела, как огненный столб опалил камень там, где она стояла. Изменив хватку на ходу, она вонзила черный клинок в живот шипастого и откатилась в противоположном направлении, используя край раны как точку опоры, чтобы пробить темный меч через три фута жесткой плоти и чешуйчатого шипа. Она опустила темный меч на край его пасти, и фаэримм упал на пол, его хвост безрезультатно хлестал по камню, где он ожидал, что она будет стоять. Она развернулась и рискнула нанести еще один удар с того же места, на этот раз разрубив существо надвое позади себя.