Я послушно допила пару глотков. Он ловко зашвырнул его в камин. Куда делся его бокал, я как-то упустила из виду. Он целовал губы, лицо, скользил языком по шее. Его шепот обволакивал, отгонял все плохие мысли и чувства, а скоро я уже с трудом соображала. Остались только его руки на моем теле, его язык на коже и мощное тело, как стена, которая обязательно защитит.

В какой-то момент у меня просто подкосились ноги, я перестала понимать, где пол, а где я. Колени подогнулись сами, а руки, еще желающие объятий, ослабли и повисли. Навалилась усталость, а туман в голове стал гуще и как-то тяжелее. Любимый без слов и просьб подхватил меня на руки и понес к дивану. Устроил сидя, прислонив голову к бортику спинки, затем резко выпрямился и отошел на пару шагов. Я хотела его окликнуть, но ничего не вышло.

Рот так и остался чуть приоткрытым, я могла через него сделать слабый вдох, но язык и губы не слушались. Все тело стало невыносимо тяжелым и чужим. А я сама была где-то глубоко в его недрах и смотрела во внешний мир через маленькое мутное окошко слабеющего, размывающегося взгляда.

— Ты, наверное, сейчас хочешь понять, что же это с тобой такое? — ехидно произнес мужчина у камина.

Я снова попыталась что-то сказать, но не смогла. Глаза начало щепать от сухости, хотелось моргнуть, но и это я сделать не вышло.

— Так я тебя сейчас просвещу! — с ненавистью в голосе прошипел мой лучший из мужчин. Он брезгливо сплюнул в камин. — Это дурманное зелье, должен признать, одно из самых редких в этом мире. Варить его было сложно, а уж найти мага, готового взяться за такую долгую работу было так вообще подвигом. Если быть откровенным, то я начал опасаться, что не найду мастера способного сотворить это чудо!

Он аккуратно запечатал бутылку с розовым вином. Потом прошел к небольшой полке, взял с нее другую бутылку и налил себе в бокал, только теперь я заметила, что в нем было не розовое вино, как у меня, а что-то янтарное. Сделав большой глоток, мужчина выдохнул и присел на низкий столик напротив меня. Я не могла рассмотреть его лица, но не сомневалась, что оно искажено ненавистью.

— Но как видишь, я смог найти одного старика, который с радостью отдал свою жизнь за призрачный шанс покончить с вами! Правда, пришлось заключить пакт с Белыми, но на какие мерзости не пойдешь ради великой цели? — он рассмеялся, а потом снова посмотрел на меня. — Не могу описать словами, как я рад видеть тебя такой! Ты наконец-то исполнишь мою мечту! И мне больше не придется целовать тебя! — он снова сплюнул на этот раз мне на руки.

Я, хоть и с трудом, но понимала, что происходит, понимала и то, что не уйду отсюда уже никогда, вопрос у меня был только один: что ему от меня нужно? Явно не смерть, ведь убить он меня мог множество раз за столько лет, но тогда что? И он, как любой, кто чувствует вкус победы, принялся мне рассказывать, ему нетерпелось раскрыть все карты или сделать вид, что раскрывает все карты.

— Мы слишком далеко от застав твоих сородичей, так что тебя никто не почувствует. Твой выродок теперь тоже не скоро почует, что с тобой не все так сладко. К тому моменту, как он сообразит — и окажется здесь, ты будешь уже кормом для местной живности. А значит, нам точно никто не помешает. Я готовился к этому дню больше тридцати лет, так что планирую растягивать удовольствие как можно дольше, не позволю спешке испортить мой триумф! Понимаешь ли, паралич, который ты так хорошо сейчас на себе испытываешь, лишь первая стадия этого прекрасного напитка. На самом деле он должен подготовить твою тушку к одному обряду, а на это нужно время, поэтому-то мы с тобой и скоротаем это время за беседой. Думаю, историю моего печального детства, смерти моих родителей от таких как ты, а потом, спустя века, еще и смерть единственной кого я любил и опять же от подобных тебе, я рассказывать не буду. Ты много лет уже охотишься на моих товарищей по несчастью и думаю, что подобные истории слышала множество раз. Зачем повторяться и говорить банальности: «Я решил отомстить! Я убью вас всех!»? В отличии от этих неудачников, которые сыпали угрозами тебе в лицо раньше, я подошел к вопросу вашего истребления со всей тщательностью. Ты, любимая, можешь мной гордится, еще за долго до твоего рождения я начал свои поиски, путь длиной в века, и это не метафора. Найти средство, чтобы не просто убить плоть, а уничтожить даже память о вас в Великом Ничто, вот это проблема, так проблема. Как убить расу, которая просто сама суть магических потоков, сама суть жизни и смерти, а в материальном мире присутствует скорее номинально, чем по-настоящему? Молчишь. Вот и я не знал, сначала. Мне и моим соратникам пришлось изолировать целую культуру и убивать вас раз за разом, снова и снова, но вы, ублюдки, все равно рождались заново. Вроде бы и памяти о вас уже нет, а все равно раз в несколько лет рождалось несколько детей со всеми вашими погаными признаками, приходилось снова убивать, и снова. Лишь Богам ведомо сколько раз я стерал вас, но вы, как паразиты. Вас просто невозможно уничтожить. Вы опять появитесь и все с теми же целями! Так я и понял, что убить тело — это еще далеко не все, ваша Бережена слишком расстаралась, когда вас создавала! Наверно, потому что в других мирах она не прижилась и решила задержаться в этом всеми силами, но я отвлекся. Так вот: когда я понял, что просто рвать вас на куски не поможет благородному делу, я принялся искать другие пути. Как сама понимаешь, у меня нет времени расписывать тебе мои скитания и злоключения в погоне за секретом уничтожения вашего вида, поэтому просто расскажу тебе сказку.

Когда-то давным-давно кем-то и как-то было создано великое оружие. Не так важно, что за умелец из Богов смог его создать, но оно было создано. Великое оружие с большими тайнами, ах, если бы я мог пуститься в поиски ответов, но боюсь, никто мне их не даст… Это оружие было не просто каким-то предметом или эфирной мыслеформой, нет совсем иное. Это, моя любимая, Печать, и не просто печать с заклятьем, какими люблю баловаться и я, и прочие маги, и такие как ты… да все, в общем-то, дело-то не хитрое. Это клеймо, активное магическое клеймо во всех плоскостях и ракурсах отдельно взятой реальности. Не одного мира, как ты могла бы подумать, а целой реальности! И как только Печать запускают, а дело это сложное, то в силу вступают неведомые нам законы, и реальность, со всеми ее уголками, потаенными тропками, мирами и расами перестает существовать. Ее просто нет, хотя я не совсем честен, сама реальность уничтожается, в этом нет сомнений, но души то куда-то переходят и потом уничтожить такой большой объем знаний просто сложно, если не невозможно. Поэтому я бы сказал, что хоть реальность и умирает, но ее следы в Вечности все равно остаются. Это, так сказать, способ убрать все быстро и практически незаметно. Только представь на мгновение, какая должна быть мощь у этой Печати, если она уничтожает все, на что наложена! Дух захватывает, не правда ли?

Меня не интересовало истребление собственного дома. Если уж эта Печать стирает в пыль Богов, то что уж говорить обо мне? Я себе не враг и своему дому тоже, я ненавижу только отдельных тварей в своем доме, но лишать себя из-за них крова полнейшая глупость. Однако, меня заинтересовало это оружие, захотелось понять принцип его работы. И тут меня ждал новый тупик. Как узнать о том, что пропадает вместе с тем, что уничтожается? Но, ты же меня знаешь, я не из тех, кто сдается, и потом я удачлив! — мужчина рассмеялся и сделал очередной глоток. — Мне повезло найти у нас мастера по перерождениям, незаслуженно утраченное искусство, должен признать, так вот: он и отправил меня в реальность где об этих Печатях знают чуть больше нашего, представь мое удивление, когда я не обнаружил в новом мире таких как ты. Оказалось, что вы — уроды совершенно уникальные!

В тот мир были переселены души из уничтоженной реальности, так придание о Печати перешло в их мир. К нам такие души не попадали, поэтому и легенд об этом явлении у нас нет. Мне сильно помогло вмешательство Белых. При заключении пакта они нанесли мне на душу свою метку. Это подарило мне право рождения в новом мире среди Светлых магов, а уж они-то не скупились на знания, готовя меня к Великим Битвам. Скажу тебе честно, любимая, там невероятно скучно, у нас намного веселее и с войнами тоже. Находясь там я узнал подробности ритуала, хотел было уже сам наложить Печать на свое временное пристанище, но оказалось, что помимо всех условностей и закавык нужен тот, кто владеет Печатью, а они приходят в миры только когда сами того захотят. Вызвать их или украсть невозможно.

В общем, не хочу утомлять тебя подробностями. Но к концу моей жизни там я смог-таки найти осколки незавершенной Печати! Представляешь, мне снова улыбнулась неслыханная удача. Когда-то и на ту реальность, по каким-то причинам были готовы наложить Печать, но обряд не доделали или что-то пошло не так, мне так и не удалось считать воспоминания того места. Оружие уже не могло ничего сделать. Это как сломанный меч: да ты понимаешь, что это оружие, но в бой с ним не пойдешь. Но ты же уже догадалась, что иногда достаточно и обломка клинка, чтобы выковать превосходный кинжал? Чувствую, что понимаешь. По тебе сейчас не понять, но мне кажется, ты уже догадалась, но все же позволь мне продолжить. Тех обломков Великолепного оружия мне хватило, чтобы начать работу. Там сохранилось достаточно магии. Милостивые Боги, если бы ты только видела эти плетения, эти переливы! Да ни одному из местных кондунишек не снилась такая мощь!

С большим трудом мне удалось подчинить себе малую часть тех крох, что сохранились в той реальности. На это ушло слишком много времени, но мне удалось понять, как стерается душа разумного существа. Вдумайся, любимая, убить душу! Не стереть память, не подавить волю, не изменить метки в ауре, а окончательно и бесповоротно стереть! Да так, что ни одно существо, ни в одном самом проклятом подвале Вселенной не сможет восстановить даже крупинки знаний этой души! Предвижу твое негодование и не стану докучать тебе рассказами о том, сколько было опытов над разумными всех рас, прежде чем я понял, что могу сотворить. Поверь на слово — была проделана огромная работа.

Хотя и тут есть маленький минус: мое оружие хоть и подчиняется мне, но все же несет слишком беспорядочный характер. Это как пушка — поражений много, но вот точности мало. Мне нужно было, чтобы оно убивало точно и без промахов. Я не хочу, чтобы в попытке вас уничтожить сгорела плодородная земля, мои соратники или же другие расы. Мне и ваши замки нравятся, я не хочу портить природу в стремлении истребить такую мерзость, как вы. В конце концов, это просто нерационально. А что этот мир будет делать после того, как мы избавимся от вас? Плакать над прахом некогда цветущей земли? Мне нужно было, как бы так выразится, сократить мощь своего оружия.

Самый простой способ, как тебе известно, это заточить магию в клетку сознания. Твой выродок яркий тому пример. Чистая энергия, но с претензией на наличие Атмана. Я перепробовал все, и даже больше чем все… Поверь, я говорю чистую правду! Но форма Печати отказывалась принимать сознание наших разумных, она отказалась принять даже соединенный вариант — нескольких полукровок. И каждый раз разбивало чуждое ей вмешательство. Мне лишь чудом удавалось унять это оружие, до того, как оно вошло бы в силу. Сейчас мне удается удерживать его в спячке. Механизм очень похож на действие, которое ты испытываешь сейчас на себе. — мой некогда любимый снова улыбнулся и с чувством потянулся, разминая руки. — Но это временное средство, меня могут убить или я могу просто потерять контроль. А может, и сама Печать перестанет воспринимать меня, как хозяина и тогда… Думаю, ты понимаешь, что будет, если не обуздать ее.

А теперь представь мое удивление, когда к нам в руки попал один из ваших мелких гаденышей, после последней войны, еще без собственного выродка, около тридцати лет назад, мы естественно решили рискнуть и осколок Печати принял душу, ненадолго, но он стал легко управляем и ласков. Его силы даже удалось направить на созидание — вырастить пару рощиц. Правда эффект был коротким, даже слишком коротким. Атман просто не выдержал мощи Печати и сгорел. Позже, опять же благодаря опытам удалось понять, что Печать принимает только чистую душу вашей расы, без примесей других кровей и меток на ауре. Но таких просто нет…

Я долго искал, очень долго искал. Я вынужден был постоянно, ежедневно общаться с вами, пробовать, пробовать и пробовать. Но чистых душ не встречал, где-то, как-то, да проскользнет привязанность к эльфам, родство с людьми, проклятье гномов, любовь к вампирам. Девочка ты уже большая, должна понимать — найти душу, которая не перерождалась в других телах кроме одной расы катастрофически сложно. Я уже отчаялся и решил, что придется часть из вас сохранить на разведение, после всеобщего уничтожения иначе Печать просто разрушит этот мир. Да, на целую реальность ее не хватит, но наш мир стереть она вполне может. Я не могу этого допустить, поэтому нескольких из вас хотелось оставить и вывести чистокровку самостоятельно, лет через пятьсот могла появиться сносная душа для таких целей, как оковы самого сильного оружия.

Но к счастью, я встретил тебя. Не знаю, насколько ты хороша с метками на ауре души, для этого тебя надо убить, чтобы узнать точно, но вот то, что ты ни разу не рождалась у других рас и в других мирах — это совершенно точно! Будь уверена. Я провел с тобой достаточно лет, чтобы проверить все сотню раз. В целом ты подходишь. — он чуть подался ко мне и пристально всмотрелся в глаза. — Все это, конечно, лишь мои предположения, основанные на нескольких фактах, потому и нужно было зелье. Оно должно подготовить твою душу к вашей встрече.

Повисла пауза. Не знаю, чего хотел добиться этот мужчина, прекрасный маг и великий интриган; не знаю, что он высматривал на моем лице. Ведь я все так же не могла пошевелиться, даже не могла сделать более глубокий вдох, я чувствовала, как затекают онемевшие мышцы, но совершенно ничего не могла с этим поделать, по большому счету я уже труп и, если бы не переполнявшая меня ярость, наверное, я уже потеряла бы сознание. Но гнев имеет свои уникальные плюсы, за время пока он говорил, я поклялась себе выжить. Выжить любой ценой, а уже затем забрать его с собой! Пусть я и не переживу следующий день, но и он не станет дланью, погубившей мою расу.