Бремя утробы своей безрассудно исторгла Коринна

И, обессилев, лежит. С жизнью в ней борется смерть.

Втайне решилась она на опасное дело; я вправе

Гневаться… Только мой гнев меньше, чем страх за нее.

5 Все же она понесла — от меня, я так полагаю.

Впрочем, порой я готов верным возможное счесть…

Матерь Исида, чей край[39] — плодородные пашни Канопа,

И Паретопий, и Фар с рощами пальм, и Мемфис.

Чьи те равнины, где Нил, по широкому руслу скатившись,

10 Целой седмицей ворот к морю выносит волну![40]

Систром твоим заклинаю тебя и Анубиса ликом:

Вечно Осирис честной пусть твои таинства чтит,

Пусть не поспешно змея проползает вокруг приношений,

В шествии рядом с тобой Апис рогатый идет![41]

15 Взор свой сюда обрати, в одной двоих ты помилуй:

Жизнь госпоже возврати, мне же — она возвратит.

Часто в Исидины дни тебе она в храме служила,

Галлы-жрецы между тем кровью пятнали твой лавр.[42]

Ты ведь жалеешь всегда беременных женщин, которым

20 Груз потаенный напряг гибкость утративший стан.

Будь благосклонна, внемли, о Илифия, жарким моленьям![43]

Верь мне, достойна она милостей щедрых твоих,

В белых одеждах я сам почту твой алтарь фимиамом,

Сам по обету дары к светлым стопам я сложу.

25 Надпись добавлю я к ним: «Назон — за спасенье Коринны».

О, поощри же, молю, надпись мою и дары!

Если же в страхе таком и советовать можно, — Коринна,

Больше подобных боев не затевай никогда!