А мхи были, болота{189} в поморской стороны,

А гольняя щелья в Бели́-озери́,

А тая эта зябель в подсиверной страны,

А ‹...› сарафаны по Моши по реки́,

Да раструбисты становицы в Ка́ргополи,

Да тут темные лесы что смоленские,

А широки врата да чигаринские.

А из-под дуба, дуба, дуба сырого,

А из-под того с-под камешка с-под яхонта,

10 А выходила-выбегала там Волга мать-река,

Да как устьём бежит да во синё море,

А во то во сине море во Турецкое{190}.

А по той ли по матушки по Волги-реки

А бежало-бежит а тридцать три карабля,

А еще там бежало-бежит да без о́дного,

А один тот карабль есть лучше-краше всех, —

Да как тут в караблю было написанноё{191},

Да как тут в караблю напечатанноё:

А написан-то нос-от по-змеиному,

20 А корма-то была по-звериному,

Тут кодолы, канаты были ше́лковые,

А паруса тут были из семи шелков,

А ты эты коржи́нья подзолоченные.

Да как тут было в том караблю

Да млад сидит Со́ловей да сын Гудимирович{192}

А со своима со дружинами с хоробрыма,

А хоробрыма дружинами Соловьёвыма,

Ино со своею со родною со матушкою.

Говорит тут Соловей таково слово:

30 «Что вы братцы дружинушки хоробрые,

А хоробрые дружинья Соловьёвые!

Да слушайте-тко большего й ата́мана-то вы,

Да делайте дело повелёное, —

А взимайте-ка шестики мерные вы,

А меряйте-ка лудья морски-то{193} эты,

А чтобы нам, молодцам, туда проехати».

Да тут ехали-проехали что молодцы оны.

Да как тут Соловей сын Гудимирович

А говорит-промолвит таково слово:

40 «А взимайте в руки трубоньки подзорние,

А глядите вы, смотрите славный Киев-град,

А тую эту присталь корабельную,

Чтобы нам, молодцам, еще попасти туда».

Да тут ехали-проехали что молодцы оны,

Да попали в эту присталь корабельную,

А под стольной-от под город как под Киев-град.

Да как тут Соловей сын Гудимирович

Еще го́ворит-промолвит таково слово:

«Ах вы братцы дружинушки хоробрые,

50 А хоробрые дружинки Соловьёвые!

А слушайте-тко большего й атамана-то вы,

Да делайте дело повелёное, —

А взимайте перву сходенку во́лжаную,

А дру́гую сходенку серебряную,

А третью еще сходенку красна́ золота́,

А бросайте-ка сходенки на крут бережок».

Как тут эты дружинушки хоробрые,

А хоробрые дружинья Соловьёвые,

А взимали перву сходенку ту волжаную,

60 А другу́ю сходенку серебряную,

Ино третьюю сходенку красна золота,

А бросили сходенки на крут бережок.

«А по волжаной сходенке вам, братцы, идти,

Всё моим дружинушкам хоробрыим,

А хоробрыим дружинушкам Соловьёвыим;

А по серебряным сходенкам матушке моёй,

А по золотой сходенке мне-ка идти,

А младому Со́ловью сыну Гудимирови».

Да как тут Соловей да сын Гудимирович

70 А взимает он подарочки великие, —

Да сорок сороков тут черны́х соболёв,

А мелкого зверю тут и смету нет;

А взимает тут флаки́ да заморскии камки,

А заморскии камочки золоче́ныи,

Да приходит он к князю к Володимиру,

А во тую во гридню во столовую.

А крёст он кладыва́е по-писаному,

А поклон он ведь вел да по-ученому,

А клонится он на четыре на все,

80 А на вси четыре на сторонушки,

А стольнёму князю-то в особину,

А здравствует князя тут с княгиною:

«А здравствуй-ка, князь да стольно-киевской

А со́ своей княгиной со Апраксиёй,

А со своей любимой со племянницей!»

Да как он его тут еще здравствует:

«А здравствуй, ты удалый добрый молодец!

Не знаю я тебя ни по имени,

А знаю что тебя да по изотчине, —

90 А царь ли ты есть ли, царевич ли,

Ли король ли ты есть, королевич ли,

Али с тиха́ Дону ты донской казак,

Али грозный посол ты Ляховитский бы?»

— «Да не царь-то я, да не царевич был,

А не король-то я, не королевич был,

А не из тиха Дону я донской казак,

А не грозныи посол я Ляховитский был, —

А есть как я с-за славного синя́ моря{194},

А я есть млад Соловей да сын Гудимирович.

100 А я пришел-то к теби да зде доклад держу:

А на-ко ти подарочки великие мои, —

А на ти сорок сороков моих черных соболёв,

А ино мелкого зверю еще смету нет;

А на-тко ты, княгиня да Опраксия,

А на-тко ты подарочек великии, —

А возьми-тко ты флаки да заморскии камки,

А заморскии камочки золоченыи».

А принимат-то княгиня да восхваливат:

«А ты млад Соловей да сын Гудимирович!

110 А спасибо за подарочки великие.

А не бывать-то зди камки такой во Киеве,

И не бывать, не бывать, да не бывать таковой».

Да тут князь-то еще да стольно-киевской

Он тут го́ворит-промолвит таково слово:

«Ай млад Солове́й да сын Гудимирович!

А чим-то мне-ка тебя жаловати

А за эти подарочки великие?

Города ли тебе надо с пригородками,

Аль села ли тебе надо е с присёлками,

120 Али много наб бессчетной золотой казны?»

Да он говорит-промолвит таково слово:

«Да ай же ты князь да стольне-киевской!

А не наб мне городов с пригородками,

Да не наб мне-ка сел да с присёлками,

А не наб-то мни бессчетной золотой казны, —

А у меня да своей есте долюби.

А столько ты мне позволь-ка еще

А поставить-построить мне-ка три́ терема́{195},

А три терема мне златоверхиих,

130 Середь города, да середь Киева,

А гди маленьки ребятка да сайки продают,

А гди сайки продают, да гди барышничают».

А говорит-промолвит таково слово

Ино тот ли князь да стольно-киевской:

«Ах ты млад Соловей да сын Гудимирович!

Куды знаешь, туды ставь-ка еще

А за эти подарки за великие».

Да скоро Соловей тут поворот держал.

Приходит ко дружинушкам хоробрыим,

140 А хоробрым дружинам Соловьёвыим,

Да он говорит-промолвит таково слово:

«Что вы братцы дружинушки хоробрые,

А хоробрые дружинья Соловьёвы!

А вы слушайте-ка большего атамана-то вы,

А скидывайте с себи платьица цветные,

А надевайте на ся платьица лосиные,

А лосиные платьица, звериные{196},

Да взимайте-тко топорички булатние,

А стройте-то, ставьте, братцы, три терема,

150 А три терема-то златоверхиих,

Середь города, да середь Киева, —

Что верхи бы с верхамы завивалися,

А что к утру, к свету чтобы готовы были́,

А готовы были мне-ка жить перейти».

Как эты тут дружинушки хоробрые

Оны слушали-то большего й атамана оны,

Скидыва́ли с се́бе платьица цветные оны,

Надевали на ся платьица лосиные оны,

Да взимали тут топорики булатние,

160 А ставили-строили тут три терема,

А три терема да златоверхиих, —

Что верхи ты с верхами завиваются,

А к утру, к свету готовы оны,

А готовы оны, да можно жить перейти.

Да как тут Соловей сын Гудимирович

А в тыи теремы да сбирается он

Со своима со дружинамы с хоробрыма,

А с хоробрыма с дружинамы Соловьёвыма,

А со своёй со родною со матушкою.

170 Да тут-то ведь у князя Володимира

Ино тая-то любимая племянница,

Молода Любавушка Забавишна,

Да взимает в руки трубоньку подзорнюю,

А шла она на выходы высокие,

А смотрит в эту трубоньку подзорнюю

А по городу, по городу по Киеву,

А углядела-усмотрела там и три терема,

А три терема да златоверхие, —

А верхи что с верхами завиваются,

180 Середь города, да середь Киева.

Как бросала эту трубоньку подзорнюю,

А приходит ко родному к дядюшке,

Еще стольнему князю к Володимиру.

«Да ай же ты мой ро́дной дядюшка!

Да позволь-ка ты мни, да красной девушке,

Проходиться-прогуляться вдоль по Киеву,

Вдоль по Киеву да мне, по городу».

Да он-то ведь на то ёй ответ держит:

«Да ай же ты да моя любимая,

190 Ай любимая-любима племянничка!

А сходи-тко ты прогуляйся туда».

Ино тут эта любима племянница

Да скорым-то скоро́, скоро, скорёшенько

Да ведь тут-то она да сокручалася,

А ведь тут-то да снаряжалася,

Вдоль по городу гулять да ведь по Киеву

Да к первому терему подходит она, —

Ино в том терему да шопотком говорят,

А тут-то Соловьёва родна матушка

200 Да как молится-то господу богу она;

Да к дру́гому к терему подходит она,

А тая-то любимая племянница, —

Ино в том терему да там-то стук да грем,

А тут-то Соловьёвые дружинушки

Тут считают-то бессчетну золоту казну

Да у млада Соловья Гудимирова;

Да как к третьему к терему подходит она, —

Ино в том терему да млад сидит да Со́ловей,

А млад сидит Солове́й да сын Гудимирович

210 Со своима со дружинамы с хоробрыма,

Со хоробрыма дружинамы Соловьёвыма,

А на тоем стуле золочёноём

А й сидит-то, сидит забавляется:

Там вси скачут, пляшут оны, песенки поют,

Во музы́ки да во скрыпочки наигрывают.

Да как тут эта любимая племянница

Да подходит она к ему ближе́шенько,

А клонится она понизе́шенько:

«Здравствуй, млад Соловей да сын Гудимирович

220 Со своима со дружинамы с хоробрыма!»

Да как он-то тут ю да здравствует:

«А здравствуй-ка, Любавушка Забавишна!»

Да тут-то она к ему спроговорит:

«Ай ты млад Соловей да сын Гудимирович!

А возьми-тко меня ты за себя замуж{197}».

— «Да как всим ты мне, девушка, в любовь пришла,

А одним ты мне, девка, не в любовь пришла, —

А сама ты се́бя, девка, просватываёшь.

А твое бы-то дело да не этта быть,

230 А не этта быть, да дома жить,

А дома-то жить да ти коров кормить,

А коров тых кормить, да ти телят поить».

А тут стало девке не любёшенько,

Не любёшенько, не хорошохонько,

А стало тут девушке похабно ёй.

А тут скорым-скоро, скоро, скоро, скорешенько

А девушка она да поворот держит.

А на то млад Соловей да сын Гудимирович,

Ино на то да не сердился есть,

240 Да скорым-то скоро, скоро, скорешенько

А тут след-то он шел большим сватом.

Да приходит он к князю Володимиру,

Ино во́ тую в гридню во столовую,

Да он-то ведь ёму тут доклад держит:

«А здравствуй-ка, князь да стольнё-киевской

А со своей с княгиной со Опраксией,

А со своей с любимой со племянницей,

А с молодой Любавушкой Забавичной!»

Как он-то ёго ведь здравствуе:

250 «Здравствуй, млад Соловей да сын Гудимирович!

А ты зачем зашел да зде доклад держишь?»

— «Да я зашел-то да зде доклад держу

А о добром деле зде — о сва́товстве:

Да есть у тя любимая племянница, —

А нельзя ли-то отдать за меня замуж?»

Да как сделали оны тут рукобитьицо,

Да просватал тут-то князь да стольнё-киевской

А ту эту любимую племянницу

А за млада Соловья сына Гудимирова.

260 А как шли оны во церковь тут во божию,

Да тут приняли они да что ль златы венцы,

А млад Соловей да сын Гудимирович

А с молодой Любавушкой Забавичной.

А как тут-то скорым да скорёшенько

Да зави́яла пошла да тут-то поветерь

По тому-то да синю морю, —

Да тут млад Соловей да сын Гудимирович

А скорым-то скоро да он скорёшенько

А тут-то со князем распрощается,

270 А сам на карабли да он сбирается

А с той молодой Любавушкой Забавичной,

Да со сво́има со дружинамы с хоробрыма,

А со своей с родною со матушкою.

Как тут на карабли да собираются,

Обирают тут оны да три тереми,

Ино три терема да златоверхиих,

А на тыи на эты да на карабли,

А поехал он тут да ведь домой еще,

А домой-то, домой да в свою сторону,

280 А за славное, за славно за синё море.

А начал он тут да жить-то, быть,

А жить-то, быть да семью сводить,

А семью сводить да детей наживать.

А стал-то он тут по-здоровому,

А стал-то он да по-хорошему.