Тема установления тотального контроля над населением с помощью информационно-компьютерных технологий (ИКТ) стала очень актуальной после событий 11 сентября 2001 года, когда разрушению подверглись небоскребы Международного торгового центра в Нью-Йорке. Вскоре Конгресс США принял Patriot Act, который дал властям неограниченные полномочия по установлению слежки за жителями Америки (а отчасти и гражданами других стран). К тотальному контролю над населением Америки были подключены Федеральное бюро расследований (ФБР), Агентство национальной безопасности (АНБ), Управление по борьбе с наркотиками, Министерство внутренней безопасности и многие другие государственные организации, входящие в Разведывательное сообщество, а также находящиеся за его пределами. Основной упор в контроле был сделан на использование ИКТ. Причем для повышения эффективности такого электронного контроля государственные ведомства и организации старались привлечь и частные компании, работающие в сфере разработки и использования ИКТ. В том числе компании, работающие в сфере социальных сетей, кредитные бюро, торговые предприятия, операторы сотовой связи, коммерческие банки и т. д. Под прикрытием двух главных лозунгов – борьбы с терроризмом и создания «цифровой экономики» – происходило и происходит построение того, что сегодня принято называть «электронным концлагерем». Многие полагают, что такой концлагерь будет со временем построен во всем мире. Но первой страной, где он появится, как считали многие эксперты, будут Соединенные Штаты. А уж за ними последуют другие страны. Правда, некоторые скептики отмечали, что Америка слишком большая страна по территории и численности населения (без малого 330 млн. человек жителей). Поэтому первыми к финишу могут прийти страны небольшие (типа Дании или Швеции).
Но буквально в последние два-три года для многих стало откровением, что первым завершить построение электронного концлагеря может не капиталистическая Америка, и не какая-то малая страна Старого света, а Китай. Мало кто до этого Китай брал в расчет.
Во-первых, считалось, что он слишком огромен для реализации проекта электронного концлагеря. Площадь у Китая примерно такая же как у США, а вот численность населения в четыре с лишним раза больше, чем в Америке (приближается к 1,4 млрд, человек).
Во-вторых, бытовало мнение, что Китай отстает от Америки технологически, что он пиратским способом лишь заимствует американские ИКТ. Да и население в Китае, мол, менее грамотно, чем в Америке для того, чтобы освоить передовые информационные технологии.
В-третьих, считалось, что все-таки Китай является «социалистической» страной, а социализм и концлагерь (даже электронный) – понятия несовместимые.
Выяснилось, что на самом деле Китай во многих отношениях не уступает Америке по части информационных технологий. А особенно по части использования этих технологий населением.
Поначалу немногие обратили внимание на опубликованный 14 июня 2014 года Государственным советом Китая документ под названием «Проект плана по созданию системы социального кредита доверия». В округлых формулировках документа не сразу можно было понять конечный замысел создания системы. Говорилось о системе как инструменте измерения и улучшения «доверия» в стране, которое поможет выработать культуру «искренности». Речь шла о формировании «искренности» в отношениях между государством, с одной стороны, и гражданами, а также коммерческими организациями, с другой. Ключевым элементом системы предлагалось сделать рейтинговые оценки физических и юридических лиц. Рейтинговые оценки должны составляться на основе отработанных критериев без участия человеческого фактора. Имеется в виду, что это должны делать компьютеры, снабженные соответствующим программным обеспечением. Интегральная рейтинговая оценка получается в результате обработки большого количества первичной информации, поступающей из разных источников.