Был-то Добрынюшка при времени,

И он-то у стольного у Владимира

Был он три года да во стольниках,

И потом-то ведь Добрынюшка проштрафился

5 По наговору да по богатырскому.

И взял-то ведь солнышко Владимир князь,

Приказал посадить Добрынюшку во темницы да во крепкие,

И сидел Добрынюшка во темницах во крепкиих,

Год сидел Добрынюшка и три месяца.

10 Прознала его маменька,

Честна вдова Офимья Александровна,

И приходит она к солнышку ко князю ко Владимиру,

Отпирает она дверь-то да на́ пяту,

И заходит она во полату белокаменну;

15 Крест-от кладет она по-писаному,

Поклон-от она ведет по-ученому,

На все на четыре стороны поклоняется,

’Ще стольне-киевскому князю Владимиру

Со княгинею в особину:

20 — Ай ’ще ты, солнышко Владимир князь стольне-киевской!

Зачем же ты посадил моего рожоного дитятка

Во тыи во темницы да во крепкие?

Не состоит на нем никакой вины.

И отвечае солнышко Владимир князь:

25 — Ай же ты, честна вдова Офимья Олександровна!

Повыпущу твоего сына Добрынюшку Микитинца

Со темниц да и с крепкиих.

И отправилась честна вдова Офимья Олександровна

В свои-то ведь полаты белокаменны.

30 И солнышко Владимир князь

Собрал да своих князей бояров,

Все могучиих бога́тырев,

Дума думати, куда бы Добрынюшку отправити,

Чтобы Добрынюшки да живу не бывать,

35 И думали все́ князи, бо́яра думу крепкую,

И проговорил старый казак Илья Муромец:

— Ай же ты солнышко Владимир князь стольне-киевской!

Послать Добрынюшку Микитинца во Литву во поганую,

Во Литву поганую ко ко́ролю Литовскому

40 Повы́править дань да за двенадцать лет.

Это слово князю пондравилось,

Велел потребовать Добрынюшку.

И приводят Добрынюшку ко князю ко Владимиру.

— Ай же ты Добрынюшка Микитиниц!

45 Тебя в той вины прошу во первоей, —

Съезди ты во Литву во поганую

Повыправь-ко ты дань за двенадцать лет.

Сделался Добрынюшка невесел,

Отправился в свои полаты белокаменны,

50 Ко своей родной маменьке,

К честной вдовы Офимьи Олександровне,

И к молодой жене Настасьи Николаевне.

И встречает его с радостью честна вдова Офимья Олександровна,

Своего рожоного дитятка.

55 Он ночевал в своих полатах белокаменных

С молодой женой Настасьею Николаевной,

Поутру стал собираться в путь-дороженку

И своей он молодой жены наказывал:

— Ай же ты, молода жена Настасья Николаевна!

60 Жди-тко ты меня да со чиста поля первый год поры;

Исполнится первой год поры, жди-тко ты меня другой год поры;

Исполнится это времячко два́ году,

И жди-тко ты меня третий год поры.

Исполнится это времячко три года;

65 И жди-тко ты меня, Настасья Николаевна,

Жди-тко ты меня еще три́ года.

Исполнится это времечко шесть лет ведь-то

И жди-тко ты меня со чиста поля,

Еще жди меня три года,

70 Исполнится это времячко девять лет.

И жди-тко меня со чиста поля,

Еще жди меня три года,

Исполнится всему времечки двенадцать лет,

В это же время, молода жена Настасья Николаевна,

75 Хоть вдовой живи, хоть заму́ж пойди,

Только не ходи-ко ты за смелого за Олешу за Поповица,

За родного за племника

За князя за Владимирового,

За бабьего насмешника.

80 Тут Добрынюшка Никитинич

Стал направляться в путь-дороженку,

Обседлал своего коня да богатырского.

И только-то он сказал: Прощай-ко ты, моя маменька,

Честна вдова Офимья Олександровна!

85 И видели добра молодца сядуци,

И не видели добра молодца поедуци.

Поехал добрый молодец не воротамы,

Скакал его добрый конь стеною городовою,

И поехал он из орды в орду,

90 В погану Литву ко ко́ролю литовскому,

И ехал он в одну сторону

Добрынюшка Микитиниц ровно три году,

И подъехал он под Литву да под поганую,

И стал он во Литвы да поезживать

95 Стал он во Литвы да и куражиться,

Стал он татар да поколачивать,

Дани за двенадцать лет попрашивать.

И ездил-то Добрынюшка много времени во чистом поле,

Дань-то ему почастехонько понашивали,

100 И стало исполняться это времечко двенадцать лет.

И в это же время ему прого́ворил сущий-вещий конь,

Прого́ворил языком человеческим:

— Ай же ты, Добрынюшка Микитинич!

Насыпай-ко коню пшены́ да белояровой,

105 Корми-тко ты коня да и до́сыта;

Есть над тобой незгодушка немалая,

Немалая незгода, великая:

Твоя да молода жена заму́ж пошла

За смелого Олешу за Поповица.

110 Солнышко Владимир князь письмо-то ведь составил,

Представил честно́й вдовы Офимье Олександровны:

— Добрынюшка во чистом поле лежит, головушка отсечена.

Как накормил коня да пшено́й белояровой,

Ставал поутру да и ранешенько,

115 Умывался он белешенько,

Обседлал своего коня да богатырского,

И отправился Добрынюшка в свою сторону

Со Литвы да со поганыя.

Ехал в тую сторону ровно три году,

120 А взад так он представил в трои суточки.

И приезжает он прямо к честной вдовы

К Офимье Олександровны.

Приходит он в полаты белокаменны,

Отворяет он двери на́ пяту:

125 — А здравствуешь, честна вдова Офимья Олександровна!

Добрынюшка теби да низко кланялся.

Отвечает, слезно плачет

Честна вдова Офимья Олександровна:

— Почему же ты знаешь моего родимого дитятка?

130 Мое дитятко лежит да во чисто́м поле,

Буйна головка отсечена.

Он да отвечает таковы слова:

— Ой же ты, честна вдова Офимья Олександровна!

Трое суточки как мы с Добрынюшкой да порозъехались,

135 Добрынюшка теби да низко кланялся.

Потом и говорит он таковы слова:

— Ай же ты, честна вдова Офимья Олександровна!

Подай-ка ты гуселушка яровчаты,

Добрынюшкино платьице коморовчато.

140 Потом ведь честна вдова Офимья Олександровна и порасплакалась:

— Если бы не во живности остался Добрынюшка Никитинич,

Так не знал бы он спросить про платьице коморовчато,

Про гуселушка яровчаты.

И взяла честна вдова Офимья Олександровна свои ключи,

145 И сходила во погребы глубо́кии,

И принесла она платьице коморовчато

И гуселушка яровчаты,

И подала она той малой коморошины,

Малой коморошина надел свое платьице коморовчато

150 И взял он гуселышка яровчаты,

И садился он да на добра коня,

И поехал он да на почестной пир.

И приезжает малый коморошина

Ко солнышку князю ко Владимиру,

155 Идет он во полаты белокаменны,

Идет-то не с упадкою, идет с прихваткою богатырскою,

Отпирает он двери-то да на́ пяту,

Крест-от он кладет да по-писа́ному,

А поклон-от ведет да по-ученому,

160 На все да на четыре стороны поклоняется,

А’ще солнышку Владимиру да в особину:

— Солнышко Владимир князь, дай ты малой коморошине

Местечко поиграть во гуселышки яровчаты.

Солнышко Владимир князь отвечает он да таковы слова:

165 — Перво ти местечко возле меня,

Другое ти местечко супротив меня,

Третье-то местечко на печенке земля́ноей.

Как ему отвели местечко на печенке земляноей,

И скочил малый коморошина на печеньку земляную,

170 И стал он во гуселушка яровчаты поигрывать,

Всих да на пиру и изве́селил,

И всих да на пиру игрой да утешил ведь.

И солнышко Владимир князь подходит к печенке земляноей,

Наливает ему чару зелена́ вина,

175 И чара немала, невелика,

Мерой чара полтора ведра,

А весом чара полтора пуда;

Брал-то ведь малый коморошина

Сию́ чару да одной рукой,

180 Выпивал-то он одны́м духом.

И соскочил-то малый коморошина со печенки земляноей,

И стал он по мостиночкам поступывать,

Стали мостиночки полапывать,

Подкладенки потрескивать,

185 И стал он, малый коморошина, да выговаривать:

— Был я во Литвы да во поганоей,

Повыправил я дань да за двенадцать лет.

Потом на пиру вси да испугалися:

— Верно приехал Добрыня со чиста́ поля:

190 Не бывать нам на пиру никому́ живым.

А стал Добрынюшка с мостиночки на мостиночку поступывать,

Стали мостиночки пола́пывать,

И говорит он таковы слова:

— Ай же ты солнышко Владимир князь!

195 Налей-ко ты мне чару зелена вина.

И солнышко Владимир князь испугался сам,

Что походочка его да некрасивая.

И говорит он таковы слова:

— Ай же ты, малый коморошина!

200 Наливай-ко ты чару своёй рукой

И розводи-ка медами да стоялыми.

Тот малый коморошина налил чару зелена вина,

И подносит молодой жене Настасье дочь Миколаевне:

— Выпей-ко ты чарочку до дна, так увидаешь ты добра.

205 Чарочка ни мала, ни велика,

Мерой полтора ведра,

Весом полтора пуда.

— Пей сию чару до дна, увидаешь добра,

Не пьешь чару до дна, так не видать тебе добра.

210 Она брала чарочку одной рукой,

Выпивала чарочку одным духом,

И подняла с сей чарочки злачен перстень,

Которым она с Добрынюшкой обручалася.

Она го́ворит таковы слова:

215 — Ай же солнышко Владимир князь!

Не тот мой муж, который возле меня,

Тот мой муж, который супротив меня.

Вси-то на пиру да испугалися:

— Верно Добрынюшка приехал да во живности.

220 А тут-то Добрынюшка Никитинич

Взял-то смелого Олешу Поповича

За желты кудри,

И поднял он выше своей буйныя головы,

И хочет спустить его о полы да о дубовые.

225 То старый казак Илья Муромец

Накинул он свои храпы белые:

— Оставь-ка ты у нас Олешеньку во живности.

Тут Добрынюшка спустил его о пола́ да о дубовые.

Только смелый Олеша Попович и женат бывал,

230 Только женат бывал и с женой живал.