Сирийская и китайская экспедиции оказались для французов авантюрами, которые не имели серьезных последствий. Между тем размах колониальной экспансии Второй империи принял столь гигантские масштабы, что Наполеон III напрочь утратил чувство реальности. В начале 1862 г. он затеял новую, гораздо более крупную и сложную авантюру: завоевание Мексики и превращение ее в вассальное государство, зависимое от Франции. Полагают, что именно его супруга, императрица Евгения, повлияла на решение мужа ввязаться в мексиканскую авантюру.

В то время, когда Соединенные Штаты Америки были парализованы Гражданской войной, французский император попытался создать в Мексиканской республике империю, управляемую марионеточным правителем эрцгерцогом Максимилианом Австрийским. Большая богатая страна Мексика давно была лакомым куском для французской буржуазии. Она казалось легкой добычей еще и потому, что ее раздирали междоусобные войны.

Авантюра Наполеона III, которую придворные льстецы называли «великой мыслью царствования», не должна была ограничиться одной только Мексикой. В случае прочного обоснования французов в этой стране предполагалось поставить вопрос о захвате в той или иной форме всей Южной Америки или хотя бы некоторых из южноамериканских государств и о создании вассальной «Латинской империи». Бесцеремонные колониальные захваты под маской туманных фантазий о будущем латинской цивилизации составляли существенный элемент политики Наполеона III. Завоевание Мексики заранее приветствовали фабриканты и банкиры Франции, рассчитывая на крупные барыши. Критиковать Наполеона III за эту безумную затею буржуазия начала гораздо позже — после того, как она не удалась. Нужно отметить, что в последующие за вторжением Франции в Мексику пять лет войны погибли около 300 тысяч мексиканцев и французские планы потерпели крах. Как же возник этот конфликт, и как получилось, что ослабленная, раздираемая междоусобицами страна нанесла поражение одной из самых мощных и сильных империй в мире?

С того момента, как в 1521 г. армия конкистадоров Эрнана Кортеса вошла в ацтекскую столицу Теночтитлан, и до 1821 г. Мексика была под прямым управлением Испании. В течение трехсот лет испанцы руководили страной, ограничивая ее торговлю только лишь с метрополией и предотвращая любые попытки самоуправления. После долгих лет, полных восстаний и народных волнений, испанцы покинули Мексику, оставив ее в смятении. В период между 1821-м и 1848 г. страна находилась в состоянии перманентного государственного переворота, за время которого она потеряла половину своей территории, уступив ее растущим Соединенным Штатам Америки. За долгое время борьбы за независимость в государстве сформировались три группы, примерно равные по своему влиянию, власти и богатству: армейская верхушка, зажиточные землевладельцы и церковь (католическая церковь владела в Мексике почти половиной налогооблагаемой земли). В то же самое время власть и престиж центрального правительства сильно ослабли. Из населения в девять миллионов человек около пяти миллионов были индейцами с незначительными правами, еще три миллиона человек — метисы, люди смешанной европейской и индейской крови. Вся власть принадлежала белому меньшинству — одному миллиону потомков европейских колонизаторов.

Постепенно возросло движение за либеральные демократические реформы. В 1857 г. после падения диктатора — генерала Лопеса де Санта-Анна-и-Перес де Леброн[18], Либеральная партия получила контроль над правительством и начала конституционную реформу, которая уменьшила власть привилегированной элиты, провозгласила свободу слова и печати и конфисковала церковные земли. В ответ на реформы пролилась кровь. В январе 1858 г. армия предприняла попытку переворота, захватив столицу. Но либералы отказались сдаваться, и в течение трех лет у Мексики было два правительства — либеральное во главе с индейцем из племени сапотеков Бенито Пабло Хуаресом Гарсия (1806–1872), базировавшееся в Вера-Крусе, и консервативное, генерала Мигеля Мирамина — находящееся в Мехико. На стороне консерваторов были опытные генералы, а на стороне либералов — широкая народная поддержка и контроль над таможней Вера-Круса, дававшей большую часть дохода правительства. К середине 1860 г. численность войск либералов намного возросла, их организация, подготовка и оснащение значительно улучшились. В течение второй половины года они заняли главные города ряда штатов, блокировали Мехико и Пуэблу.

Постепенно либералы, не без помощи США, одержали верх. Так, в марте 1860 г. американский флот блокировал на Кубе корабли, которые должны были захватить Вера-Крус. После кровопролитной борьбы, унесшей жизни 7 тыс. мексиканцев, в январе 1861 г. Бенито Хуарес вошел в Мехико и получил полный контроль над правительством. Гражданская война окончилась безоговорочной победой либералов. После того как их войска взяли столицу 1 января 1861 г., Хуарес был легитимно избран президентом в марте 1861 года. Государственная казна оказалась пуста, и Хуарес приказал отсрочить на два года платежи по иностранным долгам. Во время гражданской войны правительство Мигеля Мирамона получило у швейцарского банкира Жакера около 1 млн долларов, но по условиям займа оказалось должно 52 млн. Правительство Хуареса отказалось признавать этот долг, ссылаясь на то, что Мирамон не имел соответствующих конституционных полномочий для заключения такого займа. Тем самым он высек искру, которая зажгла войну с Францией.

Уже в октябре 1861 г. Великобритания, Франция и Испания подписали Лондонское соглашение, в котором запланировали захват порта Вера-Крус, как средство заставить мексиканское правительство соблюдать собственные долговые обязательства. Основная часть мексиканских долгов — 69 млн песо — приходилась на Великобританию. Франции Мексика была должна всего 3 млн франков, но банкир Жан Батист Жакер настоял на том, чтобы долг перед ним в сумме 15 млн песо был признан долгом перед Францией. Все три державы согласились не предъявлять Мексике территориальные претензии, хотя Наполеон III, без сомнения, уже давно держал такую мысль в голове.

Как уже говорилось, к 1861 г. французский император пребывал в состоянии эйфории от своих побед. Еще бы, ведь в 1850-е гг. французская армия победила сильнейшую русскую армию в Крыму. Затем побила австрийцев во время войны за итальянское объединение. Французы проникали в Алжир и Западную Африку и всеми правдами и неправдами боролись за власть в Китае и Вьетнаме. Французский капитал главенствовал при строительстве Суэцкого канала, связывавшего Европу с Востоком. Еще с 1840-х гг. Наполеон III интересовался строительством Истмианского (Панамского) канала через Мексику, или Центральную Америку. Такой канал дал бы Франции контроль над расцветающей торговлей с Востоком и огромные стратегические преимущества. Мексика тогда производила почти одну треть серебра, добываемого в мире. Контроль над Мексикой помешал бы росту власти США и открыл бы дверь в неспокойные страны Центральной Америки. И вот теперь мексиканский дефолт наконец-то дал Наполеону III повод для своего появления в Новом Свете.

Мексиканский дефолт также сыграл на руку и консерваторам, которые жаждали восстановления своей власти над Мексикой и прекращения американской помощи Бенито Хуаресу. Они нашли преданного друга при французском дворе в лице Евгении де Монтихо, набожной испанской католички, ставшей французской императрицей Евгенией. Кроме того, в ужасные дни консервативного правления генерал Мирамин занял 750 тыс. франков все у того же швейцарского банкира Жана Батиста Жакера. Эта ссуда была обеспечена мексиканскими государственными обязательствами на сумму 75 млн франков, и правами на прииски в Соноре и Нижней Калифорнии. Хуарес отказался выплачивать ссуду, обозвав ее ростовщической и мошеннической, но на выручку Жакеру пришел Огюст де Морни, незаконнорожденный брат и близкий друг Наполеона, который договорился с одним французским предприятием о выкупе обязательств у Жакера.

Начиная с момента провозглашения доктрины Монро политика США состояла в том, чтобы выступать против расширения европейской власти над новыми независимыми государствами Латинской Америки. Процесс обретения независимости в Латинской Америке находился, по сути, под британским контролем, но и позицию США нельзя было не принимать во внимание. Так было до ноября 1860 г., до избрания Авраама Линкольна. Вследствие последовавшего за этим отделения Юга американское правительство было парализовано. Но в апреле 1861 г. в форте Самтер было положено начало Гражданской войне, и Мексика лишилась эффективной поддержки из Вашингтона.

14 декабря 1861 г. 6 тыс. испанских солдат высадились в Вера-Крусе. 2 января к ним присоединились 800 британских пехотинцев. Через шесть дней европейский контингент пополнили 2 тыс. французских пехотинцев и 600 зуавов из французского Африканского корпуса. Очень скоро союзников встретили первые неприятности. Завладев Вера-Крусом, они наступили на экономическую артерию Мексики, но оказались в месте, губительном для здоровья. Болотистая Терра Кальенте, в которой высадились интервенты, была излюбленным местом обитания москитов и малярийных комаров. Еще одним бичом этих мест являлась желтая лихорадка. За пару недель генерал Прим, командующий испанским контингентом, отправил в госпиталь на Кубе порядка 800 человек.

Освободительной борьбой мексиканского народа против англо-франко-испанской интервенции руководил Бенито Хуарес. Уже в середине февраля 1861 г. союзники согласились на компромисс с ним и его сторонниками, приняв предложение о переговорах по проблеме долгов, в обмен на позволение пройти в глубь страны на 200 миль с тем, чтобы покинуть эпицентр желтой лихорадки. Вопрос, казалось, был решен. Но тут французы показали свое истинное лицо. Они высадили 3000 дополнительных солдат в Вера-Крусе под командованием бригадного генерала Фердинанда Лотрилля, графа Лоренсе. 11 апреля британцы и испанцы, поняв настоящие цели своих французских коллег и не желая быть ввязанными в войну с целой страной, погрузились на корабли и покинули страну. И в тот же самый день французы объявили себя находящимися в состоянии войны с Мексикой. Пять дней спустя в Каирдоба генерал Лоренсе выпустил прокламацию, объявляющую о намерении Франции «умиротворить» Мексику, и стал искать консервативной поддержки для контрреволюции.

27 апреля 1862 г. Лоренсе начал движение на Мехико по тому же самому маршруту, по которому наступали на город Эрнан Кортес в 1519 г. и армия США во время войны с Мексикой.

Мехико расположен в одноименной долине, находящейся на высоте 7300 футов выше уровня моря, в середине высокого плато, что в самом центре буйного сердца Мексики. Ключ к дверям от центрального плато находился в городе Пуэбле, отстоявшем от столицы на расстоянии пешего марша, на высоте 5000 футов над уровнем моря. 5 мая 1862 г. бригадный генерал Лоренсе начал развертывание 7 тыс. французских солдат, чтобы отправить их, как он думал, в легкую схватку с противником под Пуэблой. Там стояло 4000 мексиканских солдат, которыми командовал талантливый генерал Игнасио Сарагоса. Самонадеянные французы начали движение по направлению к Пуэбле прямо в руки жаждущих крови мексиканцев. Первую атаку французов с блеском отбил соратник Сарагосы Порфирио Диас, оставив на поле боя 500 раненых и мертвых захватчиков и вынудив Лоренсе отступить к Оризабе.

Победа над французскими интервентами при Пуэбле (ныне этот день отмечается как мексиканский национальный праздник — Пятое мая), хотя и не была блестящим тактическим триумфом, воодушевила мексиканцев, а французы в ответ увеличили численность своего экспедиционного корпуса. Она дала мексиканскому народу повод для национальной гордости и на целый год задержала французский марш на Мехико. Либералы получили необходимую передышку для объединения страны под своей властью. В то же время Север начал одерживать верх в Гражданской войне. План Наполеона III мог иметь успех только в случае, если Север будет занят бесконечным мятежом Юга. Если бы Север одержал победу, то положение французов в Мексике оказалось бы незавидным.

Но теперь на карту были поставлены гордость и престиж Франции и лично Наполеона III. Новый командующий французской армии, генерал Эли Фредерик Форей, довел численность французского контингента до 28 тысяч. Одной из главных проблем, с которой столкнулся Форей, был долгий и опасный путь снабжения армии из порта Вера-Крус. Защита этой дороги стоила ему большого отвлечения сил. К тому же значительная часть пути проходила по смертельно опасной Терра Кальенте. Вместо того чтобы рисковать жизнями французских солдат, Форей отправлял на охрану дороги солдат из подразделения, впоследствии названного Иностранный легион, в котором служили главным образом наемники из суданской пехоты, предоставленные Франции египетским хадивом. Вот здесь и прячется главная слабость французской позиции. Основным преимуществом Наполеона могла стать скорость. Если же война продлится достаточно долго и потребует больших вливаний французских денег и постоянного пополнения контингента, то план потерпит крах. Поэтому целью сторонников Хуареса было не столько победить французов, сколько выжить их из страны.

Между тем французская армия была профессиональной и хорошо дисциплинированной. В феврале 1863 г. французы снова выступили в поход. При помощи консервативного генерала Маркеса, задержавшего войска либералов в Сан-Лоренсо в начале марта, 16 марта они вновь осадили Пуэблу. Либералы направили на освобождение города все свои войска. Это затруднило его взятие, но дало французам тактическое превосходство. Если бы город пал, то мексиканская армия перестала бы существовать.

В этот период произошел инцидент, который покрыл славой французский Иностранный легион, но вместе с тем и проявил основные проблемы, с которыми в Мексике столкнулись французы. Когда французы продвинулись в глубь страны, они встретилось с неизбежным сопротивлением в лице партизан. Однажды до либералов дошли известия, что французы везут из Вера-Круса 3 млн франков золотом в качестве жалованья для солдат. На перехват были отправлены партизанские отряды. Золото сопровождали 62 солдата из Иностранного легиона под командованием генерала Данжу. 30 апреля 1863 г. на гасиенде Камерон, в пятидесяти милях к юго-западу от Вера-Круса, две тысячи сторонников Хуареса напали на конвой. Легионеры дрались с отчаянной смелостью. Когда мексиканцы наконец их одолели, в живых оставалось всего пятеро. С тех пор Легион ежегодно отмечает день Камерон. Но храбрость не смогла скрыть тот факт, что французы существенно недооценили силу своих противников, их разведывательную сеть и изобретательность.

17 апреля, после двух месяцев ожесточенной осады, сдалась мексиканская армия в Пуэбле. Двадцать шесть генералов и 16,5 тыс. солдат вошли в город. Несмотря на храбрость мексиканских защитников, по либеральному делу был нанесен сильный удар. 31 мая 1863 г. правительство Бенито Хуареса отошло в Сан-Луис-Потоси, находящийся в 400 милях к северо-западу. Затем оно, не имея ни финансов, ни армии для сопротивления оккупантам, еще несколько раз эвакуировалось: в Эль-Пасо-дель-Норте, Сьюдад-Хуарес и, наконец, в Чиуауа. За следующие шесть месяцев французы со своим новым агрессивным командующим, маршалом Франсуа Ашиль Базеном, поставили под контроль империи всю остальную страну.

В начале июня 1863 г. французы вошли в Мехико. Сразу же вслед за этим по приказу Наполеона III был установлен марионеточный режим Второй Мексиканской империи, правителем которой был провозглашен австрийский эрцгерцог Максимилиан.

Максимилиан, эрцгерцог Австрийский и младший брат Франца Иосифа, императора Австрии из династии Габсбургов, был весьма честолюбив, но до сих пор находился не у дел. Наполеон III понимал, что если бы он смог утвердить его на мексиканском престоле, то Франция помирилась бы с католической Австрией, отношения с которой были испорчены французской поддержкой итальянской войны за объединение, и получила бы союзника на случай ухудшения отношений с могущественной Пруссией. К тому же это был преданный союзник французов в Мексике. Максимилиан с радостью откликнулся на предложение французского императора и 12 марта 1864 г. подписал с ним Мирармарское соглашение, которым принимал титул императора Мексики. В обмен на французскую военную поддержку Максимилиан согласился, что Мексика признает долг в 270 млн франков. Таким образом, настоящий долг страны был утроен (!) и тяжким бременем повис на ней на долгие годы. После прибытия в 1864 г. в Мексику супруги короновались и остались жить в Мехико, выбрав резиденцией Чапультепекский дворец. Став императрицей, амбициозная Шарлотта сменила имя и стала на испанский манер именоваться Карлотой.

Постепенно республиканцы были оттеснены в голый, редконаселенный север, где Бенито Хуарес столкнулся с растущим недовольством сторонников. Либеральные губернаторы оказались представлены сами себе, и Хуаресу приходилось применять весь свой дипломатический талант, чтобы удерживать их на своей стороне. Наиболее ненадежным был губернатор Видорри, управлявший двумя северо-восточными провинциями Коахила и Нуэво Лерин на границе с Техасом. Доход провинций составляли таможенные пошлины и контрабанда в блокированную Конфедерацию. Видорри направил эти финансовые потоки себе в карман и превратился в де-факто независимого королька. В феврале 1864 г. Хуарес попробовал перенести свою столицу в Монтеррей, столицу миниимперии Видорри, но встретил сопротивление губернатора. В конце концов семитысячная армия Хуареса изгнала Видорри в Техас, где тот превратился в рьяного сторонника империи. Положение Хуареса становилось все более шатким.

К весне 1864 г. французы управляли одной седьмой всей территории Мексики с населением в 3 млн человек. Но в Мексике только каждый двадцатый был действительным императорским сторонником. К тому же французы и их консервативные союзники не могли установить гарнизон в каждой деревне, даже имея в наличии почти 40 тысяч солдат. Как только деревню покидали французы, туда возвращались сторонники Бенито Хуареса.

Все это работало против Максимилиана. Наполеон III преднамеренно приказал генералу Форею, по его возвращении в Париж, не вступать в контакт с Максимилианом, а сам эрцгерцог не сделал ничего, чтобы узнать настоящее положение вещей в своей новой империи. Все время морского путешествия из Триеста в Вера-Крус он с женой Шарлоттой, дочерью бельгийского короля Леопольда I, провел за трудом, достойным его императорского величества — составлением трехсотстраничного придворного этикета. По прибытии в свою новую столицу Максимилиан нашел дворец в абсолютной разрухе, полным вшей и прочих паразитов.

Следует отметить, что новоиспеченный император Мексики хотел быть приличным, просвещенным правителем, проповедующим либеральные настроения. Кстати, именно они являлись главной причиной, по которой Франц Иосиф желал удалить Максимилиана из Австрии. Став императором Мексики, он начал одеваться в мексиканскую национальную одежду и сделал официальным праздником годовщину обретения Мексикой независимости. Он приказал пересмотреть кодексы и уволить коррумпированных судей, отказался отменить либеральное постановление о конфискации церковных земель и признать право Франции на «аренду» серебряных копей в Соноре. Но дело в том, что Максимилиан не имел никакого опыта управления страной, власть в которой принадлежала французским оккупационным войскам генерала Базена, а экономика находилась в руках владельцев крупных поместий.

Пока французская армия одерживала победы, дела шли хорошо. К осени 1864 г. французы достигли границы Техаса по Мексиканскому заливу. Это дало им контроль над торговлей с Конфедерацией и таможенными доходами. В феврале 1865 г. генерал Базен принудил к капитуляции восьмитысячную республиканскую армию в крепости Оахака, к югу от Мехико. Хуаресу пришлось сбежать в далекий и бесплодный северный штат Чиуауа на границе с Аризоной.

Но постепенно великий замысел Наполеона III стал давать трещины. Положение французов ухудшали несколько главных проблем. Дело в том, что планы Наполеона III по превращению Мексики в источник дохода исключали любую возможность самоуправления Мексиканской империи. Если бы французы хотели создать из Максимилиана жизнеспособного императора, они должны были не увеличивать втрое государственный долг Мексики, а, напротив, сократить его и помочь стране в создании настоящей армии и администрации. Первого они не сделали бы никогда, а к созданию армии приступили, лишь когда стало слишком поздно. Австрийский император сформировал корпус из 6 тыс. добровольцев, готовых помочь его брату удержать трон, еще 1200 человек присоединил к этому формированию Леопольд I Бельгийский, отец Шарлотты. Но это не было достойной заменой мексиканской армии. К тому же маршал Базен, несмотря на свой опыт войны в Алжире, не потрудился создать разведывательную сеть и противодействовать эффективной разведке Бенито Хуареса. Коррумпированное консервативное правительство Максимилиана было так же разрозненно, как и правительство Хуареса в самые свои худшие годы. В любом случае, оно катастрофически быстро теряло поддержку в большей части страны.

Изменилась и международная ситуация. Во Франции растущая оппозиция начала осуждать Наполеона III за то, что он держит десятую часть армии неизвестно где, безо всяких шансов на возвращение. Тем временем на другом берегу Рейна «железный канцлер» Отто фон Бисмарк превращал королевство Пруссию в эффективную военную машину и пообещал железом и кровью создать новый немецкий рейх. В этих условиях ни французы, ни брат Максимилиана Франц Иосиф больше не могли отправлять солдат за океан.

Но хуже всего на положении французов и Максимилиана отразилось падение Конфедерации. В июле 1863 г., когда французы уже месяц находились в Мехико, произошла битва при Геттисберге — самое кровопролитное сражение в ходе Гражданской войны в США, считающееся переломной точкой в конфликте. Победа Северян в этой битве заставила Юг перейти к постоянной обороне. Тогда же генерал Улисс Грант захватил Виксберг — последний южный оплот на Миссисипи. Это раскололо Конфедерацию надвое. Чувства Максимилиана к Конфедерации всегда были смешанными. Любой мексиканец знал, что южные штаты управляются рьяными сторонниками расширения за счет мексиканской территории. Если бы Максимилиан или Франция признали независимость Конфедерации, то дали бы Северу возможность открыто выступить на стороне Бенито Хуареса. 9 апреля 1865 г. в Аппоматтоксе капитулировал генерал Ли и, вслед за ним, одна за другой сдались остальные южные армии. К концу мая был подавлен мятеж в Техасе. В июне 1865 г. генерал Эдмунд Кирби Смит, последний мятежный командир, сдался армии Союза в Гальвестоуне.

Сразу после падения Конфедерации изменилась стратегическая ситуация и в Мексике. Если мятежники были доброжелательно нейтральны, то Союз был решительно недружелюбен к мексиканской империи. Как только сдались последние мятежники, генерал Улисс Грант отправил на границу Техаса три корпуса, численностью в 50 тыс. человек, под командованием жесткого кавалерийского командира, генерала Филиппа Шеридана. Чтобы уничтожить любые силы Базена по всей Рио-Гранде, было достаточно одной этой «Наблюдательной армии». Армейские патрули не только угрожали французским интервентам, но и регулярно снабжали оружием войска Хуареса. Более того, генерал Шеридан быстро «растерял» американское оружие и запасы провизии по пустыне и позволил Бенито Хуаресу «найти» его. Вскоре у Хуареса было четыре тысячи винтовок для перевооружения своих солдат. Около трех тысяч отставных солдат армии Союза, включая большое число негров, перешли на его сторону. Однако Хуарес был осторожен и сопротивлялся столь активному присутствию американской военной силы в Мексике. В тех сложившихся для их страны обстоятельствах все мексиканцы, вне зависимости от их политических пристрастий, понимали истинные американские намерения.

Осенью 1865 г. Базен перешел к обороне. Хотя он знал о том, что США демобилизовали свою армию, он не мог не опасаться открытого вторжения. Он даже отвел французские войска от Рио-Гранде, чтобы не дать генералу Шеридану повода для наступления. Тем самым французы также попытались решить еще одну свою проблему. Как только их войска приближались к американской границе, резко возрастало дезертирство. Однажды Иностранный легион потерял 93 солдата-дезертира только за один-единственный день. С весны 1866 г. бегство из французской армии стало превышать боевые потери.

Между тем в августе 1865 г. Бенито Хуарес и остатки его правительства были оттеснены в Эль-Пасо дель Норте (ныне Сиудад Хуарес). Но французские войска и Мексиканская императорская армия не могли прогнать Хуареса. Несмотря на дезертирство и предательство, он все еще мог посылать свою армию на поле боя.

Тем временем Конгресс США единогласно принял резолюцию о непризнании учреждения монархии в Мексике. 12 февраля США потребовали, чтобы французы вывели свои отряды из Мексики. Также США приступили к подготовке морской блокады французских кораблей, чтобы французы не имели возможности поставлять в Мексику новых солдат, и выдвинули американские войска на позиции вдоль Рио-Гранде.

В это время в Европе стало очевидно, что война между Пруссией и Францией становится неизбежной. 22 января 1866 г. Наполеон III, опасаясь внезапного нападения прусских войск, объявил о постепенном выводе французских войск из Мексики. Их отвод начался 31 мая и закончился в ноябре 1866 года. А в июле 1866 г. во время Семинедельной войны прусские войска разбили австрийскую императорскую армию в сражении при Каниггратце (ныне — Садова, Чешская республика). После этого на улицах Парижа стали говорить, что Францию ждет участь Австрии. Теперь Наполеону III солдаты были нужны на другом берегу Атлантики.

Но не только война с Пруссией стала причиной решения императора вывести из Мексики свои войска. Французский монарх понимал, что мексиканская война обходится для его страны неоправданно дорого и с каждым годом расходы на нее только растут. Так, к концу 1866 г. заокеанская авантюра обходилась Франции в 60 млн ежегодно. Весной Франц Иосиф завербовал 4 тыс. солдат для отправки в Мексику, но 6 мая США направили протест Австрии по поводу участия в конфликте австрийских добровольцев. Одной угрожающей телеграммы от госсекретаря США Уильяма Сьюарда было достаточно, чтобы австрийский император отказался от этого замысла. Один за другим сторонники Максимилиана, дома и за границей, покидали его.

Незадачливый император попытался наладить отношения с президентом Хуаресом, предложив ему заключить мир. Но тот отклонил это предложение. Тогда Максимилиан отослал Шарлотту в Европу за помощью. Но Наполеон III не пошел навстречу его просьбам, а французские солдаты, очень недовольные авантюрой своего монарха, отправляться в Мексику не желали. Шарлотта пригрозила Наполеону отречением мужа от мексиканского престола, на что тот спокойно ответил:

«Серьезно? Я также думаю, что это будет лучшим выходом из сложившейся ситуации». Тогда Шарлотта с последней надеждой обратилась в Ватикан, но все было тщетно.

Тем временем объединенные республиканские силы одержали серию значительных побед — 25 марта 1866 г. они оккупировали Чиуауа, 8 июля взяли Гвадалахару и позже в июле захватили Матаморос, Тампико и Акапулько. Теперь каждый порт был в руках республиканцев, и в них же находилась большая часть дохода таможни. 14 июня 1866 г. два батальона Императорских мексиканских войск перешли на сторону Бенито Хуареса в сражении около Матамороса на границе Техаса, оставив 300 австрийцев на растерзание. Наполеон III призвал Максимилиана покинуть Мексику. Теперь сторонники Хуареса наступали по всем фронтам. Французы оставили 26 июля Монтеррей, 5 августа — Сальтильо и в сентябре — весь штат Сонору. 18 сентября члены французского кабинета Максимилиана ушли в отставку.

Стремительное наступление мексиканской армии продолжалось. В октябре республиканцы разгромили имперские войска при Миауатлане в Оахаке, в ноябре оккупировали всю Оахаку, так же, как и части штатов Сакатекас, Сан-Луис-Потоси и Гуанахуато. 6 декабря австрийские и бельгийские добровольцы расформировались и присоединились к мексиканской армии, однако 3500 (по другим оценкам, 4648) человек не последовали их примеру и попытались покинуть страну. 13 ноября Рамон Корона и французы пришли к согласию по поводу условий освобождения Масатлана. В полдень интервенты погрузились на три корабля «Рин», «Мари» и «Талисман» и уплыли восвояси.

В январе 1867 г. республиканцы оккупировали остаток штатов Сакатекас, Сан-Луис-Потоси и Гуанахуато. 5 февраля французы покинули Мехико. Когда последний французский солдат ушел из Мексики, Максимилиан с горечью произнес: «Наконец-то я свободен!» Видимо, он устал от надоедливой и бесполезной опеки французского монарха, втравившего его в безвыходное положение. Спустя пять дней вместе со своей оставшейся армией он перебрался в город Куаретаро, в 300 милях к северо-западу от Мехико, тем самым совершив свою последнюю ошибку. Хотя Куаретаро все еще находился на проимперской территории, он был расположен слишком далеко от порта Вера-Крус, единственного, через который император мог бы бежать. К тому же город лежал в долине, которую окружали холмы. Таким образом, путь для отступления был Максимилиану отрезан.

Вскоре три раздельных колонны республиканской армии соединились у Куаретаро. К марту его окружили 30 тыс. хуаристов; акведук, снабжавший его население пресной водой, был перерезан. Город оказался на осадном положении, его защитникам грозила мучительная смерть от жажды. Императорский соратник, генерал Маркес, отправился с кавалерией в Мехико, чтобы попытаться найти там подкрепление, но на обратном пути на подходах к Пуэбле он был разбит.

Тем не менее Маркесу удалось бежать из страны, прихватив с собой миллион долларов. Но Максимилиан не был столь же удачлив. 15 мая 1867 г., спустя два месяца после того, как последний французский солдат покинул Мексику, республиканцы прорвали остатки императорской обороны. Максимилиан был взят в плен на Керро де лас Кампанос (Колокольный холм) в предместьях Куаретаро. Здесь необходимо упомянуть о том, что за четыре месяца до этого имперская кавалерия чуть было не схватила Бенито Хуареса во время смелой атаки на его штаб. Мексиканский вождь этого не забыл и прибыл к императору с уже подписанными смертными приговорами для него и его подчиненных. 13 июня 1867 г. Максимилиан был расстрелян в Куаретаро вместе со своими генералами Мигелем Мирамоном и Томасом Мехиа. Множество коронованных особ в Европе, а также другие известные личности (включая Виктора Гюго и Джузеппе Гарибальди) посылали письма и телеграммы в Мексику, выступая за сохранение жизни Максимилиану, но Хуарес отказался смягчить наказание. Он счел необходимым показать, что Мексика не может терпеть какого бы то ни было вмешательства в свои внутренние дела со стороны других стран. Шесть дней спустя после казни Максимилиана республиканцам сдалась столица Мексики — город Мехико. Республика была восстановлена. Президент Хуарес вернулся к власти в столице.

Таким образом, завершилась полная трагизма история, которая впоследствии была названа самой главной авантюрой Наполеона III. По большому счету, практически все колониальные предприятия того времени носили авантюрный характер. Если попытка удавалась — происходило расширение владений той или иной империи. Удачными оказались попытки Франции в Северной Африке, Сирии, Индостане. Так почему же было Наполеону III, который так верил в свою удачу, не попробовать закрепиться в Мексике? Попытка не удалась, но, как видно из описания происходивших событий, шанс у французского императора все же был.

Но одно дело завоевать страну, совсем другое — удержать ее. Мало захватить вражеские крепости и разбить армию противника, нужно еще создать работоспособное правительство и предотвратить гражданскую войну. Однако Наполеону III не удалось получить одобрение своего плана даже у себя в стране, и в конце концов он посчитал свою затею слишком дорогостоящей. Максимальное число французских интервентов в Мексике достигало 38 тыс. солдат. 7 тысяч человек числятся в безвозвратных потерях, из них 5 тысяч — умерли от болезней. Из оставшихся 2 тысяч убитых 1918 человек приходились на долю одного-единственного подразделения — Иностранного легиона, показывая тем самым ту важную роль, какую данное воинское подразделение играло в этой кампании.

Почти 32 тыс. мексиканцев погибли во время сражений с интервентами или были расстреляны по приговору императорского суда. Погибло также 5 600 вооруженных сторонников империи. Суммарные людские потери Мексики за пять лет интервенции приближаются к 300 тыс. человек. Пролив эту кровь, Мексика возродилась с новым чувством национальной гордости. Герой нации, Бенито Хуарес, придавший новый смысл фразе «драться до последней капли крови», умер в 1872 г. И хотя история Мексики, последовавшая за французским вторжением, полна неудач и разочарований, это была ее история. Что же касается французов, то в мексиканской авантюре они потеряли не только около 7 тыс. солдат и офицеров, но и понесли убытки в размере 340 млн франков. И что немаловажно — был нанесен огромный удар по международному престижу страны.