Так получилось, что никто не знал, куда и зачем ушли из турлагеря «Спутник-4» двое ребят. Видели, что Гленн Хилл был возбуждён и, переговорив с Игорем с глазу на глаз, увёл его вниз по горной речушке к лесопитомнику.

Мальчики выбрались на острый козырёк висевшего над лесом утёса.

— Куда ты меня тащишь. Гленн? Участок наш вон где, а ты всё влево да влево. Я знаю этот утёс. В войну у партизан тут был наблюдательный пункт.

— Война, партизаны — это грустно. Не надо так грустно. Пусть будет весело. Мы правильно идём, — загадочно проговорил Глени.

— Куда уж веселее! Потерял фотоаппарат и даже не помнишь, где потерял. Жаль, ребята устали. Надо бы отряд поднять.

— Отряд тоже не надо, — решительно сказал Гленн и расхохотался. — Это была маленькая шутка. Фотоаппарат цел. Он лежит в рюкзаке. Я немножко провёл всех. Не хочу, чтобы ребята знали. И чтобы ты тоже никому не сказал. А теперь слушай, командир. Я тут нашёл груши, вкусные как мёд. Только мало. Но нам двоим хватит. Поэтому я привёл тебя одного.

— Ты осёл, Глени! И я тоже, что поверил тебе. Притащились обворовывать лесника, которому сами помогали…

* * *

Марат только что простился с лесником. Он пригласил его с сыном к ребятам.

На подступах к «Спутнику» стояли пионерские, посты. Марат встретил Кощея.

— На горизонте всё спокойно, — отрапортовал он　вожатому. — К сожалению, никаких приключений.

— На горизонте, пожалуй, — согласился Марат. — Придёт лесник с сыном, дай сигнал и приведи в штаб-палатку.

— Сделаю, — солидно сказал Кощей.

Палатки лагеря были разбиты на высокогорной альпийской лужайке. У походной кухни пылал костёр. Блестели горки котелков и ложек.

Марат взял у дежурных ведро и пошёл за водой. На обратном пути он услышал сигнал тревоги. Расплёскивая воду. Марат бросился напрямик через заросли.

Отряды стояли на линейке. Перед строем — Игорь и Алёнка. У Игоря был растерзанный вид. Он что-то говорил, показывая в сторону лесопитомника.

Марат поставил ведро и вышел на линейку. Тотчас всё объяснилось. Гленн Хилл пропал. Он полез за грушами, его увидел сын лесинка Славка, с которым у него были старые счёты. Мальчишки подрались. Когда подоспел лесник, Глени бросился в лес. Где он теперь — никто не знает…

«Спутник-4» был объявлен на особом положении.

В поздний час, после отбоя, в штаб-палатке вновь собрался совет командиров. На розыски Гленна были посланы три поисковые группы.

Гленн как провалился.

Члены совета заняли свои посты. Вместе с Алёнкой они будут дежурить всю ночь. Ближайший телефон находился в конторе лесничества. Марат решил идти туда.

Он плотнее закутался в плащ-палатку и ушёл в темноту. На тропинке показалась фигура мальчика. Марат вздрогнул от радости:

— Гленн!..

Мальчик подошёл ближе.

— Славка, — неторопливо поправил мальчик.

Славка откинул с лица капюшон и переложил из руки в руку старенький электрический фонарь, который, по его словам, выл, как сирена, а светил, как кошачий глаз.

— Не бойтесь, Гленн не заблудился, он забрался в орешник, потом в Солнечный двинул. Там такая дорога, что слепой не заблудится.

Марат посмотрел на часы.

— Если так, то через час Гленн будет в лагере, — прикинул он. — Эх, Славка! Перехватить бы его.

Славка подумал.

— Хотите рискнём? — предложил он. — Есть такие тропы. Вы не знаете, а мы с батей знаем. Я живо проведу. Минут через тридцать будем на шоссе, а там попутную машину остановим.

 Они ринулись в глубину леса и через полчаса спустились к шоссе. Машину ждали долго. Наконец увидели самосвал, возивший с гор щебёнку. Шофёр посадил их в кабину.

Едва они тронулись, как самосвал обогнала лагерная продуктовая машина.

— Жора! — вскрикнул Марат. — Наша машина.

— Да, незадача, — посочувствовал шофёр.

Марат опустил руку на сигнал:

— Разреши.

— Не поможет, — бросил шофёр.

Но Марат заработал кнопкой, как телеграфным ключом.

Мощный рёв автомобильного гудка послал в ночь частые сигналы Морзе.

«Жора… Жора…» — сигналил вожатый, и вдруг красный огонёк удивлённо подмигнул.

Шофёр усмехнулся:

— Шифром, значит?

— Ну да. Это же наш Жора!

— Ишь ты!

Самосвал начал нагонять продуктовую машину. Минутой позже Жора. Марат и Славка мчались в лагерь на Жориной машине.

— Увидишь, Марат, что-то сегодня будет, как в ту ночь, когда в кузове сидела белая испанка.

Славка, не принимавший участия в разговоре, поднял на шофёра глаза и вздохнул, как человек, которому пришло время расплачиваться за старые грехи.

— Вы всё ещё не забыли? — спросил он. — А ведь это я тогда в кузове сидел.

Жора и Марат разом обернулись.

— Ты — «белая испанка»?! — воскликнул Марат.

Марат с Жорой наперебой стали расспрашивать мальчика. Славка отлично помнил, как приехал в лагерь, как выскочил из машины и бросился от Жоры прочь. Мальчик действительно побежал к пирсу, но не знал, что произошло на берегу. Славка знал другое. Вот что он рассказал.

Ильмара он встретил на «Экваторе», когда теплоход вышел из Новороссийского порта. Мальчики подружились и целый день провели вместе. Играли в бадминтон, носились по палубам, плавали в бассейне и договорились встретиться вечером, но Ильмар почему-то не пришёл. Зная, в какой он каюте, немножко обиженный Славка отправился его разыскивать. В каюте никого не было. Славка побежал на палубу. Тут началось что-то невообразимое, пассажиры всполошились. Теплоход был остановлен. По палубам забегали вахтенные. Лучи прожекторов стали прощупывать поверхность моря. Пассажиры говорили, что с кормы слышали крик.

Ильмара он так и не нашёл. Когда Славка вновь заглянул к нему в каюту, он увидел, что никаких вещей там нет. Дежурная посоветовала ему отыскать забинтованного пассажира, который вначале был в одной каюте с Ильмаром и мог лучше знать, куда девался мальчик.

— Потом в порту я увидел забинтованного дядьку. — рассказал Славка. — Я побежал за ним. Увидел его у складов, а потом он исчез. Смотрю — лагерная машина, дверка кузова открыта. Тогда я прыгнул в кузов и доехал до лагеря. Дальше вы знаете.

— И больше ты его не видел? — спросил Марат.

— Кого? Ильмара? Ходил к вам на костёр. Думал, встречу, но столько ребят…

— Ильмара ты завтра сможешь увидеть. — заверил Марат. — Скажи, где проходил «Экватор», когда на теплоходе услышали крик?

— Мимо Солнечного.

Марат и Жора переглянулись.

Машина подходила к лагерю.

На шоссе маячил чей-то силуэт. Марат узнал Луня.

— Стоп! — сказал Жора и, открыв дверцу, поздоровался со стариком:

— Иван Павлович, вы тут никого из наших не встречали?

— Пионера в походном — костюмчике? — спросил Лунь. — У ворот нагоните.

Но у ворот не оказалось ни души. Гленн, вероятно, был уже в лагере.

Жора затормозил у столба с громкоговорителем и, открыв дверцу, выскочил из кабины.

Немного погодя Марат и Славка услышали голоса. Жора возвращался с Гленном.

Столкнувшись лицом к лицу с Маратом, Гленн Хилл от неожиданности отпрянул.

— Ловко! — выдохнул он. — Но так тоже интересно. Я понимаю, — он нагловато ухмыльнулся, — вы не хотите скандала. Мне всё равно, но если приехали, тогда поедем.

— Я думал о тебе лучше. Гленн, — сожалея, сказал Марат. — Трогай, Жора! А ты, Гленн, оставайся. Это всё, что я хотел тебе сказать.