л. 104 Житие и подвизи вкратце старца Касиана, рекомаго Босого, иже бысть во Иосифове монастыре[404], о немже слышах преже мене бывших, иное же своима очима видех
Сей убо честный старец родом града Переславля, от родителей православных, Козма бе имя ему. И егда дошед свершена возраста, и бысть силою крепок и мужествен, и сводворяяся с жывущими в царской полате. И его ради мужества, и крепости, и силы позна его и самодержець, князь велики Иван Васильевич всея Русии[405], иже и научи его, самодержьца, праволучно стрелы пущати по знамени, и сего ради бысть от дрьжавнаго в чести и в брежении.
И сей Козма некогда разсуди суету ми//ра
л. 104 об. сего, и честь, и славы его, и позна, яко преходна суть, и в небытие преходить, и, яко дым, вскоре по воздуху изчезает, и прииде в монастырь к преподобному игумену Пафнутию, иже в Боровьске[406]. Перподобный же, видя его, яко от усердьства от мира сего отбегша, постриже его во иноческый образ и нарече имя ему Касиан; и бысть у старца в послушании. Преподобный же зело любя его за его смирение, и послушание, и за великиа труды его.
Старцу же Иосифу в та времена устав держащу, и видя его старец Касиян1 живуща житием крепким, пребывая в посте и в молитвах, паче же в велицем послушании преподобнаго игумена Пахнутиа, и прилепися к нему духовною любовью о Христе. Старец же Иосиф нача помышляти, дабы //
л. 105. опщее1 житие устроити, еже бы в келиах здравым и могущим не ясти, ни паки питии или что снедно имети, но все бы трапезою и равностию довлетися; такоже и одежа, и обуща — все бы имети обще, своего же никако не имети, но украшатися безоимением и равностию, — якоже бысть и в апостолех, иже во мнозех телесех яко едина душа, иже есть имение всем равно и телесное требование обще всем, — еже не услажатися мира сего красотами, но имети в памяти, еже о души попечение и како изьбыти2 мукы вечныя[407]. Сказа же сей помысл и Касиану-старцу, и отвеща Касиян: «Бог и пречистыя Богородица твой помысл делом соврьшит, а яз с тобою же».
И егда же преподобный //
л. 105 об. игумен Пафнутие отъиде к Господу, и понудиша на игуменство старца Иосифа[408], и паки Иосиф не преста помышляя, дабы совершити свой помысл; и бысть их о сем в совете седмь[409]. И начяша его советникы понужати Иосифа, дабы прешел рускыя1 обители[410] и лучша изобрал ко спасению душам, а собя бы нигде знаема не учинил. Игумен же Иосиф послуша их совета, и взя с собою единого от советник своих — старца Герасима, пореклу Черного[411], и пройде вся большая обители; и не познаша его ни во едином монастыре. Егда же прииде на Бело езеро во обитель святого великаго чюдотворца Кирила[412], и полюби предание и закон, еже предаде преподобный, узаконоположи2, и како братия пребы//вают
л. 106 по заповеди и преданию святаго чюдотворца Кирила, и великою радостию духовною возрадовася, яко обрете, яже помышляше.
И егда прииде на место, идеже ныне пречистыя обитель, и бысть знамение[413]: освети молниа, паче солнечнаго света, солнцу же сияющу, а воздуху светлу сущу; бысть же сиа яко от полудьни. И полюби игумен Иосиф место, и начя тружатися с немногою братиею, и пребывая в великих трудех, в посте и в молитвах.
Сей же старец Касиян, о немже нам слово, прииде на другой год ко Иосифу, и видя старца игумена Иосифа и с ним братию в великих трудех стражуща, и поревнова им духовною ревностию, и нача с ними тружатися. И возложи //
л. 106 об. на собя пансыр[414], под свитку на наго тело, и пекий хлебы на братию. Правило же его бысть в келье — 6000 молитов Исусовых[415] и тысяща поклонов. И егда же разсыпася пансыр, онже возложи на собя веригы тяшки зело[416], и тако тружаяся и постяся.
И прииде ему помысл, дабы четыредесят дней не ясти, ни пити, ни паки возлещи на ребрех. И сиа ему наченшу, и пребысть тако дьни 12, и изнеможе. И уведевшу же сиа игумену Иосифу, и, пришед, запрети ему не тако чрез силу тружатися. Он же пакы чрез день вкушая1 хлеб и воду, овогда же и чрез два дьни, и дотолика тако тружаяся, еже от очию ему и свет омрачися. И в та времена бысть у него ученик — старець Иона Голова, пореклу Пушечников[417], //
л. 107 и той вожаше его к пению. И тако пребысть 30 дьней не видя, водим учеником. Видя же сия Иосиф-игумен и позна, яко от великих трудов ему и поста сиа бысть, и паки запрети великим запрещением. Он же послуша Иосифа, и мало от поста ослаби, и отздраве очима[418].
И паки1 посем не во мнозе времени впаде в немощь, и отняшяся у него ногы, яко не мощи ему ни ступити, и тако, ползая, исполните свою телесную нужу. И во един от то дьни лежащу ему и молящуся пречистой Богородици, и начата звонити литоргию, он же, лежа, возрев на образ пречистыя Богородица, держащаго на руку Создателя всего мира, Превечнаго Младенца, и, прослезися, нача глаголати: «О пречистыя //
л. 107 об. госпоже1 владычице, Мати Божиа, аще ми даси на ногах своих ходити, донели жив буду, никакоже обую сапог на ногу мою, ни пакы шубу на грешное тело мое и до кончины живота моего». И абие в той чяс воста, и, яко лежа, тако и потече скоро в божественую церковь, и многы слезы точя, благодаря пречестную Богоматере. И тако нача2 ходити, и до кончины живота своего не измени обета своего, еже обещася пречистой Богородици: якоже лете, тако и зиме бысть, и во единой ризе хождаше. Некогда же зима бысть многомразна, яко и птицам зябнути, он же никакоже на собя что прибави, но тако терпя, глаголаше собе: «Терпи, грешный Касиане, терпи! Горек мраз, но сладок рай, и аще не ныне умрем, //
л. 108 умрем же всяко». И тако терпя до отпущения божественаго пениа, еще бо в та времена теплыа церкви не бе.
И егда же в старости постиже его и немощь, — бе бо ему от роду 90 лет, — и видя его братиа уже телом изнемогша, сняша с него вериги, и не хотяща ему, и сковаша в них чепи ко кресту, иже и доныне на церкви над колоколы. И егда же он устрабися от болезни, повеле паки иныя сковати, но тяшки не потолику, и паки возложи на ся, — и тако пребысть в них, тружаяся, и до кончины живота своего.
О кресщении царя, великого князя Ивана Васильвичя всея Русии[419]. И бысть егда родися дрьжавному великому князю Василию Ивановичю всея Руси сын[420] — царь и великий князь Иван Василиевич //
л. 108 об. всея Русии1; дрьжавный же государь всея Руси, князь великий Василье возрадовася великою радостию, зело бо о сем много лет моляся, и постяся, и по монастырем великиа милостыня посылая[421]. Бог же услыша молитвы его.
И егда получи желаемое, посылает старца Тихона Зворыкина[422] во Иосифов монастырь с великим смирением к старцу Касияну2, дабы принял от святыя3 купели сына его, великого князя Ивана. Сиа же старцу Касияну слышавшу от старца Тихона, яко родися великому князю сын, бяше убо уже старец в велицей немощи и в старости; и скоро воста от постеля своея, и став предо образом Божиим, и воздаде благодарение и славу Богу, и возрадовася духовною радостию, яко государь желаемое получи, земля Руская //
л. 109 не опусте, и род православных царей рускых не оскуде. И паки возлеже, и нача1 радоватися, и глаголаше: «Еще Бог Рускиа земля не забыл».
Тихан2 же сказа ему приказ дрьжавнаго, яко: «Велел тобе принять от святыя купели сына своего, великаго князя Ивана». Он же усумнеся и рече: «Кто есмь3 аз и откуду, яко дерзнути ми на толикое дело великое, не мощно ми и помыслити, кто есмь аз, грешный?» Видя же его старець Тихон ни мало уклонна, возвещает игумену Нифонту[423] и всем преимущим старцем, сказа же им и прещение дрьжавнаго. И слышав сиа игумен и старцы таков приказ от боголюбиваго государя и милостиваго царя, и с великим трепетом потекоша, и начата молити старца Касияна, еже не ослушатися боголюбиваго государя. //
л. 109 об. Он же послуша их и рече: «Буди Божиа воля!»
И егда приеде старец Касиан во град Москву, и уведе государь его приезд, и того часа скоро сам дрьжавный государь всея Русии1 приеде на подворие монастырьское. И егда узре старца Касьана2, и снемь царскый3 венець со главы своея и поклонися, глаголя: «Честный старче Касияне, кланяюся тобе на твоих великих трудех, еже в толицей старости и немощи не ослушася нашего слова и бысть ми сопричастник радости моей, и ныне тобе челом бию: приими от святыя купели во святемь кресщении на руки своя Богом дарованнаго ми сына Ивана ваших ради молитов». Старець же Касиян слыша сиа и рече: «Буди, царю дрьжавный, Божия4 воля и твоя5, государя всея Русии6» //
л. 110 И посла его князь велики с великою честию и брежениемь с сыном своим, великим князем Иваном, в честную святую обитель живоначалныя Троица великаго чюдотворца Сергия[424]. Игумен же бысть тогда во святей той обители старець Иасаф, еже и бысть митрополит после[425].
Егда же крестиша царя, великого князя Ивана Василиевичя всея Русии1, и прияста2 его от святыя купели 3архимандрит Данила Переяславьский и4 старец Касиян[426], и даста5 на руки отцу его, великому князю Василью 6Ивановичу, всея Русии самодерзцу; боголюбивый же великий князь приим сына своего у старца Касияна с великою радостию, что желаемое у Бога получил7. И егда же приехаша во град Москву, что же боголюбивый и милостивый отець его, князь великий Василие Иванович всея Русии8, от великиа радости на многых победных милость показа: овех от казни смертныя свободи, а инех ис темницы пусти; и во вся монастыри посла милостыню. //
л. 110 об. И во всем граде Москве бысть благоденьство и радость неизреченная; и не токмо же сиа бысть на Москве, но и во всей Русской земли. 1Архимандрита же и старца2 Касияна великому чрежению и чести сподоби, и великими дарованми одари, и отпущаеть их3 во своя.
И после того поживе старець Касиян полтретя года, и отоиде с миром к Господу. Бысть же всех лет от рожениа его 90 и 3. Богу нашему слава ныне и в бесконечныя веки веком. Аминь.
И бысть некогда загореся кровля4, иже на трапезе древяный верх. И егда зело разгореся, и воста великий5 ветр и начя пламень клонити на келиа, иже близ трапезы стоят. И бысть толик жар, яко вмале не заняшася келии пламенем. Мне же в та //
л. 111 времена лучися быти в келарех[427], и зрящу ми толику беду, и не домышляхся, како1 пособити. И текох скоро к старцу Касияну, и падох пред ним, и начях молити его со слезами, дабы помолился Господу Богу и пречистой его Богоматери. А ему стоящу у дверей в кельи своей, и обратився ко образу пречистыя Богородица, держащаго2 на руку своею Превечнаго Младенца, иже стоит в келии его, и рече: «Пречистая, Пречистая! Возлюбила еси место сие, попусти же наказание с милостию». И сотвори «Достойно», и прослезися, и, обратився ко мне, рече: «Не бойся, не оскорбит нас Пречистая выше нашия3 меры». И абие в той час обратися пламень на другую страну, и паки начя //
л. 111 об. пламянь вихром витися вверх, инаго ничего не повреди, и тако паки и пагасе1 от собе2.
О преставлении старца Касияна Босово3 . Благородному и христолюбивому государю, великому князю Василию Ивановичю, всея Русии самодержцу, Пречистыя обители, Иосифова монастыря, грешный чернець, игумен Нифонт со священники и з братнею челом биет4. Прислал еси, государь, ко мне, к своему нищему, велел отписать, коим обычаем старца Касияна не стало5.
И дал Бог, государь, по житие его и конец хрестияньской6. День за десять и болши до7 преставления его мало понемог, а в суботу мясопустную[428] по меня прислал: велел себе покаяние проговорити; а сам старец Касиян8 за мною говорил слово в слово и прочее извещение в совер//шенне
л. 112 разуме; и все правило ему отправили причастьное. И егда прииде священник и з Божественым таинством, и Касиан стретил святая в сенех и Божественых таин причастился со страхом и радостию. И потом с пятка на суботу Сырные недели[429] паки причастился Божественых тайн, и после того устрабися; и неции от братии начаша к нему приходити, желающе получити от него благословения и прощения; и он с ними беседоваше кротко, обрадованным образом когождо нас 1от скорбий2 утешая. И во время вечерняго собрания в неделю повеле у собя3 говорити вечерню, и потом повеле начати правило на исход души. И на втором кануне4 третей песни и дух Богу предаде.
И5 яз тебе, государю, священники и з братиею — все соборне челом бием6, и должне Бога //
л. 112 об. молити о твоем здравии и о спасении, и о твоей благоверной великой княгине Елене[430], и о вашем сыне и нашем государе, благоверном князе Иване Васильевиче.
7В лето 7040, месяца февраля 11, на паметь святого священномученика Власья[431], в неделю Сыропусную, в десятый час дьни[432] преставися старець Касьян Босой, восприемник от святыя купели в святем крещении царя, государя, великого князя Ивана Васильевича, всея Русии самодержца8.