Соколов — Чичеров. № 270. Зап. от И. Ф. Сидорова, дер. Щанниково (Кенозеро). Иван Гостиной сын похвастал он добрым конем. По логике сюжета более естественно, что конями хвастает и вызов присутствующим бросает князь, а Иван необдуманно принимает вызов (см. вар. I). Меж обедней, заутреней благовещенской. Подобно некоторым другим сюжетам, исполнение богатырского подвига падает на праздник (см. «Илья Муромец и Соловей-разбойник» и «Дюк Степанович»). Три девяноста — т. е. три раза по девяносто. В других вар. «заклад» — в соответствии с былинной традицией — подтверждается «порукой» других лиц, причем подчеркивается антагонизм поручителей (Гильфердинг-3. № 307):

Не тоскуй-ка ты и т. д. В образе матери Ивана явно проступают черты сказочной или эпической мудрой матери, которой ведом ход событий и которая способна помочь сыну. Да и рве он шубы соболиные. В вар. I этот эпизод изложен по-другому: после всех испытаний Ивана князь намерен захватить коня, когда тот будет в чистом поле. Узнав об этом намерении, конь советует Ивану надеть кунью шубу, и, когда Владимир начинает осматривать в поле коня, тот стаскивает с хозяина шубу и рвет рукав, после чего перепугавшийся князь решительно отказывается от коня. Дам три погреба да золотой казны и т. д. Есть вар., где князь отдает Ивану «пол-Киева... полдворца восударского» (Григорьев-1 № 90, 129).

I. Ончуков. № 22. Зап. от П. Р. Поздеева, село Усть-Цильма. Подобно ряду других печорских редакций различных былин, в этой усилены антикняжеские мотивы: князь признает свое поражение лишь после серии дополнительных испытаний, не предусмотренных «закладом»; усилен триумф героя, который побеждает многократно.