50 лет назад (14–25 февраля 1956 г.) состоялся ХХ съезд КПСС — одно из наиболее замифологизированных событий советской истории. В этой мифологизации активно поучаствовали и власть (господствующие группы советского общества), и либеральная совинтеллигенция (ЛСИ) (шестидесятники), и западные советологи. ХХ съезд стал началом большой лжи о советской истории — на смену сталинской школе фальсификации истории пришла хрущёвско-шестидесятническая, которую углýбили горбачёвцы, а развила медиабуржуазия 1990-х годов. Так, пусть пунктиром, прочерчивается линия (или протягивается цепь?) длиной в полвека. Пока мы не поймём реальные причины этого важного события советской истории, лежащего на полпути из 1917 в 1991 г., — ХХ съезда, выкованных им мифов, мы не сможем понять и нынешнюю нашу ситуацию. Как заметил Б. Мур, если людям будущего суждено разорвать цепи настоящего, они должны понять природу тех сил, которые выковали эти цепи в прошлом. Миф о ХХ съезде — это одно из главных звеньев в идейной цепи, тянущейся из 1956-го в год 2006.
В ночь на 25 февраля на закрытом заседании съезда Хрущёв прочитал знаменитый доклад «О культе личности и его последствиях». Речь шла о Сталине, на которого и повесили весь негатив предыдущей истории СССР, прежде всего, массовые репрессии.
На ХХI съезде КПСС (27 января — 5 февраля 1959 г.) тема Сталина, по сути, не возникала, хотя несколько положительных ремарок в адрес Вождя Хрущёв сделал, — властная конъюнктура, в отличие от 1956 г., позволяла: на июньском (1957) пленуме ЦК Хрущёв отправил в политическое небытие «антипартийную» группу «сталинцев» — прежде всего, Молотова, Маленкова, Кагановича; на октябрьском (1957 г.) пленуме он избавился от Жукова, а в марте 1958 г. — от Булганина, став помимо первосека ещё и предсовмина, оставшись, по сути, единственным сталинцем (разумеется, сталинцем Хрущёв был лишь формально, так сказать, хронологически, по сути же он всегда оставался троцкистом) у власти, — нечего других сталинцев бояться, некому в пояс кланяться, как в сталинские времена. Гайдар-дед писал: «Живи да работай — хорошая жизнь».
Но… «Год, другой проходит мирно; / Петушок сидит всё смирно. / Вот однажды царь Дадон / Страшным шумом пробуждён». Действительно, через два года ситуация изменилась, и срочно созванный XXII съезд (17–31 октября 1961 г.) стал во многом продолжением ХХ. Хрущёв повторил сказанное пять лет назад, ужесточив формулировки и добавив тему роли Сталина в убийстве Кирова. В результате съезд постановил вынести тело Сталина, «нарушавшего ленинские заветы», из мавзолея и захоронить его у Кремлёвской стены (что и было сделано поздним вечером — в 22 ч. 55 мин. 31 октября).
Окончательный вариант антисталинской партийной версии ХХ и ХХII съездов выглядит так. Жили-были хорошие, правильные, высокоморальные большевики-ленинцы, победившие в революции и Гражданской войне. Однако в середине 1920-х годов появился плохой Сталин, который отменил НЭП, поставил себя над партией («культ личности»), начал нарушать ленинские заветы, а затем взялся за самих ленинцев — героев революции и Гражданской войны, номенклатуры 1930-х годов. В 1937 г. он устроил этим героям кровавую баню (спусковое событие — убийство Кирова в 1934 г.). Массовый террор 1930-х годов (и прежде всего 1937 г.), ошибки 1941 г., послевоенные репрессии — всё это дело рук Сталина и его ближайших подручных. В 1956 г. на ХХ съезде «культ личности» был разоблачён самой партией. Десталинизация — заслуга КПСС, партия выступила инициатором исправления накопившихся из-за культа одной, отдельно взятой личности, ошибок, вскрыла их, обнародовала, дала оценку, исправила и вернулась к ленинским нормам.
После снятия Хрущёва, а по сути уже с 1962 г. тема культа личности, репрессий, лагерей постепенно уходит. В брежневские времена о ХХ съезде вспоминали мало. И хотя осуждения культа личности и перегибов, допущенных при строительстве социализма, никто не отменял, Сталин в 1970-е годы начал опять появляться на экранах кинозалов (нередко приветствуемый аплодисментами), что позволило части ЛСИ обвинить Брежнева в реставрации сталинизма.
С середины 1960-х годов эстафету фальсификации советской истории, произведённую ХХ и XXII съездами КПСС и отодвинутую на второй план после XXIII съезда, подхватила наиболее активная часть ЛСИ, шестидесятники. Критикуя и осуждая (на кухне) власть за отход от линии ХХ съезда, они автоматически воспроизводили его версию ранней фазы советской истории, сведя её к «сталинским репрессиям», «сталинскому террору» и трактуя как отклонение от истинного, т. е. ленинского социализма.