С явным подобострастием Лас Зенов проговорил:

— А я и не знал, что вы на дружеской ноге с Императором, профессор Селдон.

— Почему бы и нет? Для Императора он большой демократ, и он интересуется, как я работал премьер-министром при Клеоне.

— Мы все были просто потрясены, Императоры не посещали наши залы очень много лет. Обычно, когда Императору что-то нужно в Библиотеке…

— Могу себе представить. Он делает запрос, и ему все приносят на блюдечке.

— Однажды было высказано такое предложение, — доверительно сообщил Зенов, — чтобы во дворце для Императора было установлено компьютерное оборудование, позволявшее ему иметь прямую связь с библиотечной системой, чтобы не приходилось ждать, пока его обслужат. Это было давно, когда у нас было много денег, но как вы знаете, предложение не прошло.

— Вот как?

— О да. Совет почти единогласно выступил против — дескать, тогда Император внедрится в Библиотеку и это будет угрожать нашей независимости от правительства.

— Ну а нынешний Совет, который не пожелает оказать честь Императору, позволит мне остаться в Библиотеке?

— Пока — да. Есть такое чувство — и я сделал все, что было в моих силах, чтобы поддержать его, — что, если мы будем невежливы с личным другом Императора, возможность увеличить субсидии, и без того ничтожная, исчезнет совсем.

— Стало быть, деньги — даже туманная перспектива их получения — решают все.

— Боюсь, что так.

— А своих сотрудников я смогу разместить в Библиотеке?

Зенов растерялся.

— Боюсь, что нет. Ведь с Императором видели только вас, а не ваших сотрудников. Мне очень жаль, профессор.

Селдон пожал плечами и ушел от Главного Библиотекаря в самом дурном расположении. Сотрудников разместить в Библиотеке ему не удалось. Он надеялся отыскать людей, подобных Ванде, и это ему тоже не удалось. Ему тоже были необходимы деньги для продолжения исследований на должном уровне. И денег у него тоже не было.