После анализа всех, без исключения, источников, так или иначе связанных с Марией, необходимо признать справедливость замечания Ипатьевской летописи под 1182 г. о том, что сестра Марии, выданная замуж за князя Мстислава Святославича, являлась «ясыней», а следовательно, и Мария также происходила из ясов. Как было выяснено историками русского летописания, Ипатьевская летопись состоит из трех основных частей, центральной из которых является Киевский свод 1199 г. Это, в свою очередь, означает, что запись об этнической принадлежности сестры Марии была сделана если не очевидцем, то современником этих событий и, следовательно, может быть признана достоверной.

Но как быть с показаниями позднейших летописей, содержащих данные о якобы чешском происхождении Марии? В ходе предпринятого исследователями анализа этих известий было установлено, что все сведения о Марии Шварновне как «чехине», читаемые в летописях, генетически вторичны летописной статье «А се князи Русьстии». В наиболее полном и, видимо, исходном виде она включена в сборник, содержащий Комиссионный список Археографической рукописи Новгородской первой летописи[383]. При этом данная статья ни текстологически, ни генетически не связана с указанной летописью.

С тем же конвоем, что и в сборнике с Новгородской первой летописью, текст статьи «А се князи Русьстии» вошел в состав Летописи Авраамки[384]. Статья обнаружена в еще неизданных летописных памятниках[385], а ее фрагменты и их развитие можно найти в Супрасльской, Никифоровской, Софийской первой, Новгородской четвертой, Новгородской Карамзинской, Воскресенской, Никоновской летописях, Московском летописном своде, Рогожском и Владимирском летописцах, Тверском сборнике.

В свое время А.А. Шахматов предположил, что статья «А се князи Русьстии» была отредактирована составителем Новгородского свода 1448 г., в одной из своих частей восходящего к Ростовскому владычному своду 1418 г. Полагают, что окончательно статья сформировалась в 1410-1420-х гг.[386], а ее домонгольская часть в общих чертах, вероятно, сложилась в Ростове во второй половине – конце XIV в.

В настоящее время Комиссионный список Новгородской первой летописи хранится в Санкт-Петербургском институте истории РАН, в собрании Археографической комиссии под № 240. Рукопись в 4°, на 320 листах. Текст на л. 7–13, где помещена статья «А се князи Русьстии» написан полууставом первой половины или середины XV в. (по определению первого издателя летописи А.Н. Насонова), а бумага имеет водяной знак в виде женской фигуры, который Н.П. Лихачевым датируется 1441 г.[387]

Нетрудно подсчитать, что первые записи о чешском происхождении Марии относятся к середине XV в., или, говоря по-иному, отстоят от ее времени на два с лишним столетия. Если делать параллели с более поздней эпохой, то это равносильно тому, если бы мы изучали события Наполеоновских войн по источникам первой половины XXI в.

Обычно подобные примеры приводят студентам на лекциях по источниковедению, когда говорят о том, что следует опираться в первую очередь на более ранние источники, составленные современниками событий и в силу этого являющиеся более достоверными.

В нашем случае все произошло с точностью до наоборот. Пытаясь доказать чешское происхождение Марии, исследователи сделали упор не на анализе единственного и уникального свидетельства Ипатьевской летописи, а на многочисленных летописных источниках XV–XVII вв.

Тем не менее проделанный нами анализ сведений о Марии в поздних летописных источниках показал достоверность даже мелких деталей их известий. При этом в работе исследователя главным становится привлечение всей совокупности имеющихся источников, а самое главное – правильной их интерпретации. Только тогда он придет к успеху в своей работе.