Рад представить нашего нового друга, потенциального гражданина-героя — Добросовестного Налогоплательщика.

Никто не любит, когда у него стреляют деньги, даже если с этой просьбой обращается доброжелательная районная управа. Правительство Штатов пыталось обложить налогами все на свете (зарплату, доходы от розничной торговли, недвижимость, подарки, наследство, сигареты), и ни один налог не принес гражданам особой радости. И вот в 1970-е и 1980-е власти набрели на старый ментальный трюк.

Превратите уплату налогов в игру, и очередь желающих сыграть вытянется во всю улицу.

Предложение «Я буду удерживать по 30 центов с каждого доллара» вызывает ворчание. Откорректируйте его: «Я буду удерживать по 30 центов с каждого доллара, а все излишки отдам одному случайно выбранному гражданину», и вы инициируете нечто феноменальное. Правительство предлагает лотереи не из благожелательности; оно применяет одну из самых эффективных схем выуживания денег. Государственные лотереи обеспечивают прибыль в $30 млрд ежегодно, что составляет более 30 % госбюджета[87].

Если вам кажется, что чем-то попахивает, то, я подозреваю, это лицемерие[88]. Смелый шаг — запретить весь игорный бизнес, а затем открыть ваш собственный, и пусть «однорукие бандиты» бренчат в круглосуточных магазинах. Черт возьми, игра «Ежедневные числа», которую правительство вело в 1980-е, была умышленным плагиатом популярных нелегальных игр[89].

Есть ли этому некое невинное объяснение? Честно говоря, государственные лотереи менее подвержены жульничеству, чем частные. Просто наведите справки у россиян, которые захлебывались в водовороте лохотронов после развала СССР[90]. И все же, если мы просто хотим защитить игроков от эксплуатации, зачем проводить агрессивные рекламные кампании? Зачем выплачивать такие крошечные выигрыши?[91] И зачем печатать аляповатые билеты, напоминающие флаеры клубных тусовок под энергетиками? Объяснение очевидно: лотереи проводят ради прибыли. И точка.

Чтобы парировать атаки наподобие той, которую я сейчас предпринял, государства применяют хитрую уловку: выделяют средства на конкретные популярные цели. «Мы проводим лотерею, чтобы собрать деньги…» прозвучит лучше, если вы добавите «…на стипендии для колледжей» или «…на муниципальные парки», а не «…для себя — чтобы, знаете ли, их потратить». Это традиция с обширным прошлым: лотереи помогали финансировать бельгийские церкви в XV веке, такие университеты, как Гарвардский и Колумбийский, и даже Континентальную армию во время Американской революции[92].

Целевые ассигнования смягчают образ лотереи, помогая привлечь неазартных граждан. Это и есть наши Добросовестные Налогоплательщики — не обязательно склонные к рискованным играм, но горящие желанием пожертвовать свои средства «на добрые дела».

Увы, их околпачивают. Доллары, поступающие от налогов, взаимозаменяемы, и выручка от лотереи, как правило, компенсируется, доллар за долларом[93], урезанием расходов из других источников. Комик Джон Оливер шутит: направлять прибыль от лотереи на определенные цели — все равно что обещать «справлять малую нужду в одном углу бассейна; моча распространяется повсюду, что бы вы ни говорили»[94].

Так почему же целевые ассигнования — и, таким образом, государственные лотереи — продолжают свое существование? Потому что «сыграй-если-захочешь» звучит лучше, чем «заплати-налоги-или-загремишь-в-тюрьму».