Гости в бальном зале внимательно слушали, как Стейси благодарит их за щедрые пожертвования. Потом она пригласила ключевых сотрудников фирмы «Планировщики вечеринок» на сцену.

— Без этих людей ничего не получилось бы, — объяснила она, когда гости зааплодировали. — А теперь я предлагаю вам выйти на улицу, где вас ждут снегоочистители для лыжных трасс. Оденьтесь теплее. Я и мои помощники ждем вас снаружи.

Стейси покинула сцену, когда гости бросились забирать свои пальто и ботинки из гардероба. Лукас ждал ее у подножия лестницы.

— Спасибо, — вежливо сказал он. — Я знаю, это твоя работа и за нее тебе платят, но сегодня ты превзошла себя. Я очень доволен.

— Благодарю. — Она едва заметно улыбнулась и поспешила к гостям, собирающимся на улице.

Лукас просто поблагодарил ее за вечеринку. Неужели это все, что он хотел ей сказать?

Стейси стало тошно.

Стараясь не думать об этом, она с улыбкой собирала взволнованных гостей в группы. Если она зациклится на поведении Лукаса, она раскиснет. Его пренебрежение обидело ее так сильно, что она поверила, будто для этого была причина. Он не мог так быстро измениться и стать таким холодным. Она знала: у него проблемы с чувствами и эмоциями, но…

Приказав себе успокоиться, Стейси занялась гостями.

Операция «Восхождение на гору» стала желанным отвлечением. Стейси обожала наблюдать, как люди наслаждаются жизнью на организованных ею мероприятиях, и никогда не позволяла личным переживаниям мешать ей. Горели фары, гремела музыка, вечеринка продолжалась, пока гости поднимались по склону на снегоочистителях. Стейси сидела рядом с Лукасом, но обменялась с ним только парой фраз, связанных с гостями.

Когда все прибыли во впечатляющее шале Лукаса, она позаботилась о том, чтобы его гостям подали шампанское, глинтвейн и безалкогольные напитки.

— Ты все продумала, — заметил он и коснулся ее руки. — И ты потрясающе выглядишь.

Она моргнула. Хотя прикосновение Лукаса было не таким страстным, как раньше, а его взгляд не таким выразительным, она решила довольствоваться его комплиментом.

— Ты тоже неплохо выглядишь, — сказала она. — Поговорим позже, ладно?

Вздернув волевой подбородок, покрытый густой щетиной, Лукас сдержанно посмотрел на Стейси:

— По-моему, я смогу найти для тебя время.

— Постарайся выделить для меня минутку, — произнесла она и ушла заниматься делами.

Он нашел ее на пустой кухне за несколько минут до начала фейерверка и последующего факельного шествия с горы.

— Я отправила Марию смотреть фейерверк, — объяснила она равнодушным тоном, проводя салфеткой по гранитным столешницам и не поднимая на него глаз.

— Итак? — Он с трудом переводил дыхание от напряжения. — У тебя есть новости для меня?

Она остановилась и медленно подняла голову:

— А ты не догадываешься?

Он уже знал обо всем — его служба безопасности работала отлично. Но он хотел, чтобы Стейси сама во всем ему призналась.

— Просто скажи мне.

— Поздравляю! — произнесла она тем же бесстрастным тоном. — Ты будешь папой.

Лукас с такой силой стиснул зубы, что чуть раскрошил их. Стейси сообщила ему замечательную новость, но та оказалась омрачена событиями из его прошлого.

— Тебе нечего сказать? — настаивала она.

— Поздравляю! — Он быстро улыбнулся.

— Твой энтузиазм ошеломляет меня.

— Не сейчас, — предупредил он, когда Мария торопливо вошла на кухню.

— А когда? — спросила Стейси через кухонный стол.

— Когда все уйдут и мы останемся одни.

Пожав плечами, она, казалось, смирилась с его заявлением, и они расстались. Каждый из них пошел выполнять свои обязанности, переполняясь мучительным нетерпением, которое не пройдет, пока они все не обсудят.

Самый впечатляющий фейерверк, который когда-либо видела Стейси, сопровождался классической музыкой. Вспышки в небе и страстные оркестровые звуки превратили захватывающее событие в сказку. Она напряглась, когда Лукас подошел и встал рядом с ней. Она не видела, а почувствовала его присутствие.

— Наслаждаешься? — спросил он.

— Удивительная красота, — ответила она. — Разве ты не должен быть со своими гостями?

— Ты тоже, — тихо произнес он.

— Как скажете, сеньор.

— Ради всего святого, не называй меня так! И останься со мной, — приказал он, схватив ее за руку, когда Стейси начала уходить. — Я хочу смотреть фейерверк с тобой. Гости обойдутся без меня.

Внезапно ей страстно захотелось, чтобы они оба сбросили оковы прошлого и свободно выражали свои чувства. Чтобы Лукас обнял ее и поцеловал у всех на виду, а она поцеловала его в ответ. Но этого не произойдет. Особенно после того, как он бросил ей сухое: «Поздравляю!» в ответ на новость о ребенке.

Лукас желал обнять Стейси и целовать ее до тех пор, пока у них обоих не закружится голова. Однако он знал, как нелегко ей было начинать новую жизнь, и меньше всего хотел привлекать к ней интерес мирового сообщества. Ниал рассказывал ему, что в детстве и ранней юности Стейси часто витала в облаках и страдала от отцовского безразличия. Ее упрекали в смерти матери, а она изо всех сил старалась все исправить. Отец придирался к ней постоянно, отчего она выросла довольно неуверенной в себе девушкой. Уйдя из дома, она усердно работала, чтобы укрепить веру в себя, а Лукас может поколебать ее самоуверенность всего несколькими неверными словами.

Все, что он говорит Стейси, следует тщательно контролировать. Но, к сожалению, Лукас, как и она, привык рубить сплеча.

Он знал: есть только один способ решить проблему — открыть Стейси самую мрачную тайну из своего прошлого. Но с этим придется подождать, поскольку вот-вот начнется факельное шествие, в котором он принимает участие.

— Прости, мне пора, — объяснил он. — Надо следить, чтобы никто из гостей не отстал на трассе.

— Я понимаю. — Она быстро улыбнулась и оглянулась на шале. — А мне надо проверить, хватает ли гостям напитков.

— Я могу оставить тебя здесь?

Она мельком взглянула на него и улыбнулась:

— Со мной все будет хорошо.

Он стиснул зубы, чувствуя, что Стейси хочет поскорее от него избавиться, и произнес:

— Смотри не замерзни!

— Не волнуйся, — рассмеялась она. — У меня куча дел. Замерзнуть я не успею.

Убедившись, что всем гостям хватает напитков и одеял, Стейси попросила гитариста из Барселоны, под музыку которого она танцевала с Лукасом, сыграть сентиментальную мелодию для участников факельного шествия, и тот согласился. Все гости отмечали страсть и любовь, с которой он играл, а когда к нему присоединился оркестр, глаза Стейси наполнились слезами. Она жалела о том, что особенные моменты в жизни никогда не повторяются.

Но она не должна плакать. Сейчас не время и не место для этого, поэтому она с силой прикусила нижнюю губу. Гости Лукаса рассчитывают, что она будет развлекать их до конца вечеринки. Ее личные чувства никому не интересны. И она не может их показывать.

Ее мысли внезапно оборвались, когда все вокруг погрузилось во тьму, сигнализируя о начале шествия с горы. Разговоры гостей стихли. Потом зажглись сигнальные фонари снегоочистителей, которые доставляли гостей на гору, и стали видны лыжники с факелами, похожими на световые точки. Стейси от души пожелала Лукасу удачи. Она знала, что руководитель шествия отлично знает постоянно меняющийся характер склона. Катание на лыжах ночью на большой скорости всегда рискованно. Оставалось надеяться, что никто не пострадает.

Длинная световая «змейка» с сопровождающей ее музыкой была незабываемым зрелищем, и Стейси смотрела на нее, как зачарованная, вместе с остальными гостями. Когда шествие закончилось, все начали спускаться в деревню в горнолыжных подъемниках. Гости то и дело говорили о том, что это была самая удачная вечеринка из всех, на которых они побывали.

Оказавшись в деревне, Стейси попыталась разыскать Лукаса.

— Некоторые лыжники решили покататься на склоне, — сообщил ей руководитель факельного шествия. — Может, Лукас катается?

Стейси покраснела от смущения, когда некоторые гости вокруг нее засмеялись. Вероятно, Лукас уединился в шале с какой-нибудь женщиной, но это не касается Стейси. Она просто хотела убедиться, что он в безопасности. Наконец она нашла того, кто видел его.

— Он помогает на склоне молодой женщине, которая отстала, а потом упала, — сказал Стейси пожилой мужчина.

— Она не поранилась?! — воскликнула девушка.

— Она в той клинике, — ответил он, указывая на здание. — Вы можете пойти туда и спросить.

— Спасибо.

Стейси должна была точно знать, что происходит. Если Лукас не собирается показываться в ближайшее время, ей придется объяснить его гостям, почему хозяин вечеринки их покинул. Вызвав по рации подкрепление от своей команды, которое присмотрит за гостями, слоняющимися по площади, Стейси перешла дорогу и направилась в клинику. У любого небольшого сообщества в горах были свое медицинское учреждение и дежурный доктор.

Регистратор клиники объяснил, что Лукас помогал молодой женщине. Как оказалось, этой «молодой женщине» всего тринадцать лет и она каталась на горных лыжах без согласия своих родителей.

— Это не первый и не последний раз, — сказала Стейси улыбаясь. — Горы тянут местных подростков как магнитом, а ежегодное шествие — способ показать себя.

— Стейси?

У нее перехватило дыхание.

— Лукас! Слава богу, ты в безопасности!

Независимо от всего, что было раньше, она радовалась встрече с ним.

По-прежнему в темной лыжной одежде, он напоминал смуглого киногероя, о котором мечтает любая молодая женщина. Но Стейси быстро образумилась, когда он хмуро посмотрел на нее.

— Почему ты здесь? — холодно спросил он.

— Я искала тебя.

— Разве ты не должна быть с моими гостями?

— Что-что? — Она уставилась на него не моргая, хотя ее сердце все еще ликовало от того, что Лукас цел и невредим. — Ты решил напомнить мне о моих профессиональных обязанностях?

Его глаза хитро сверкнули.

— Как девушка, которую ты спас? — спросила Стейси.

— Она растянула лодыжку. К счастью, больше ничего серьезного.

— А ты в порядке? — Она уставилась ему в глаза.

— Очевидно, — ответил он, но она ему не поверила. — Я пожелаю спокойной ночи своим гостям, а потом отвезу тебя в шале. Я уже позвонил родителям девочки, поэтому мне здесь больше нечего делать, кроме как поблагодарить персонал и придержать для тебя дверь.

— Я могу остаться в деревенском отеле, — возразила она. — Гости разъезжаются, поэтому там будут свободные номера.

— Подъемники тоже работают, — заметил Лукас, игнорируя ее последний комментарий. — Не спорь. Ты идешь со мной.

Она решила, что им надо поговорить. Пусть Лукас ведет себя непредсказуемо, они могут успешно общаться.

После продолжительного прощания Стейси рассталась со своими помощниками. Взяв за руку, Лукас втянул Стейси в кабину горнолыжного подъемника.