«Они играют ту же роль рабочей лошадки, — говорит профессор Массачусетского университета Ральф Уайтхед, — но в культурном и в значительной мере в политическом отношении это совершенно новая порода людей»²¹.

Политические деятели мечтают об их голосах, потому что, во-первых, эти «рабочие лошадки» должны обеспечить работоспособность «кремниевых мозгов» и, во-вторых, они составляют 13% всего избирательного корпуса. Голоса их особенно важны, поскольку «новые воротнички» не хранят верности конкретным политическим деятелям или партиям, поэтому их колебания могут неожиданно повлиять на результаты выборов. «Новые воротнички» часто обнаруживают, что их финансовое положение неустойчиво. Принадлежность к среднему классу означала ранее определенную степень финансовой обеспеченности. «Однако это новое поколение среднего класса начинает понимать, что о работе приходится беспокоиться, — говорит Уильям Маккриди, директор исследовательского центра культурного плюрализма при Чикагском университете. — Они с трудом платят свои счета, иногда они подвержены обнищанию. Многие не видят возможности улучшить свое положение. Они находятся на грани»²². Немудрено, что, оказавшись на грани, те из них, кто работает в области программирования и компьютеров, преступают ее и начинают совершать компьютерные преступления. К этому их подготовили не только социальные условия, но и усвоенная в ходе профессионального обучения «роботоэтика», и вечное положение «узников досье» в «прозрачном» для властей компьютеризованном обществе²³.

Еще одну причину называет политический консультант республиканской партии Ли Этуотер: «Я вижу в этой возрастной группе новую разновидность попавшего в западню американца. Нынешнее поколение в основном воспитывалось в период беспрецедентного оптимизма, однако многие избиратели из числа „новых воротничков” впервые познают, что американская мечта не оправдывается»²⁴. Л. Этуотер предсказывает, что рост разочарования среди «новых воротничков» в конечном итоге приведет к бунту против системы, возможно, уже в 1988 г.

К бунту, скорее неосознанно, направлены и устремления хэккеров. Предположение о неосознаваемости реальных мотивов навевается большим количеством случаев, когда они врываются в военные системы — ведь не по склонности же к самоубийству, в самом деле. В Конгрессе США однажды прозвучали слова, в которых, по-видимому, правильно отражается существо ситуации: «В реальном мире организации, обладающие компьютерными системами, по общему правилу уподобляются тоталитарным, полицейским государствам. Эта печальная действительность возмущает хэккеров и подогревает у них желание бросить вызов тому направлению, в котором идет развитие власти»²⁵.

В романе Герберта Франке «Игрек минус»²⁶ описывается будущее государство, люди в котором заменяются роботосистемами, все ходят под номерами, вырастают компьютерные города. Этот роман — фантастика. Но среди сценариев развития США в 1995-2010 гг. есть и такой, который описывает возможность того, что средства телекоммуникации окажутся и причиной, и деятельной силой, используемой для контроля над обществом²⁷. Некоторые английские политологи не сомневаются, что уже сегодня Великобритания становится более авторитарным обществом²⁸. Компьютер представляет собой потенциальную опасность, потому что дает выход авторитарным и репрессивным силам в обществе. Поэтому неслучайным представляется замечание Барта Слоана, двадцатилетнего хэккера из Массачусетского технологического института: «Я не согласен с существующей системой. Это фашистская система. Те, кто наверху, захватывают с помощью компьютеров все большую власть. Когда я проникаю в информационную систему, я освобождаю часть ресурсов системы для всех пользователей»²⁹.

Способность, с одной стороны, получать точную информацию о каждом гражданине, а с другой — манипулировать массами людей предельно возрастает при использовании компьютерных сетей. И можно представить себе такое положение дел, когда правящие круги знают все, что им нужно, а все остальные не знают ничего. Так буржуазное общество вместо «афинской демократии» порождает новое явление, получившее образное название «электронная диктатура».

Компьютер, выступая одновременно в роли бога и в роли дьявола (во второй чаще), становится предметом поклонения и слышит проклятия по своему адресу, его именем отпускают грехи и склоняют к ним. Посмотрим, каково же политическое положение, в котором оказалось это техническое устройство.