«Где взять следователей, способных раскрывать компьютерные преступления?— задает вопрос известный специалист по компьютерной преступности Донн Паркер. — Как следователь может заниматься этим, если он не знает, что такое компьютер?»25 Д. Паркер провел социологический опрос с целью выяснить уровень технических знаний следователей прокуратуры. Только половина из них ответили, что могли бы объяснить суду, из каких основных компонентов состоит компьютер, как функционирует компьютерная программа и что делает программист. Значительно меньше могли объяснить значения команд в распространенных языках программирования и прочитать распечатку с ЭВМ. И совсем уж единицы понимали, в чем существо таких криминальных приемов, как «троянский конь», «салями» и т. д. Самая поразительная вещь, которую выяснил Д. Паркер, состояла в том, что большинство следователей прошли специальный курс по компьютерам.
В полиции и спецслужбах дело поставлено значительно лучше. В Канаде применяется централизованный подход: специально обученная группа специалистов по компьютерным преступлениям занимается их расследованием на территории всей страны. А в Академии ФБР в Куантико (штат Вирджиния, США) читается специальный курс. В каждом отделении ФБР имеется по крайней мере один специалист по компьютерным преступлениям.
Что касается судей, то большинство их весьма и весьма пожилого возраста и не в состоянии вникнуть в вопросы, связанные с программированием.
И тем не менее ЭВМ чрезвычайно широко применяются сегодня во всех сферах правоприменительной деятельности. Большинство крупных юридических контор в США и практически все юристы используют в своей деятельности компьютеры, а в недалеком будущем полностью перейдут на них. Системы «ФЛАЙТ», «ДЖУРИС«, «ЛЕКСИС», «УЭСТЛОУ»26 стали обыденным инструментом работы юриста27. Управляющие информационные системы на базе ЭВМ применяются и в сфере судебного делопроизводства. Компьютерная сеть связывает суды, обеспечивает накопление данных, обработку уголовных и гражданских дел, выполняет статистический анализ материалов28. В Японии ЭВМ даже научили подсказывать судьям, как точнее квалифицировать преступление или какое вынести решение29. Экспертные системы — самая успешная область применения искусственного интеллекта на сегодняшний день — часто продаются в виде «пустых оболочек» — программ, которые можно наполнить конкретными знаниями, требуемыми пользователями. В Сиэтле (США) полиция успешно использовала экспертную систему для раскрытия дела с несколькими убийствами30.
В последнее время компьютеры привлекаются даже к борьбе с музейными кражами. Сбывать столь часто сейчас похищаемые шедевры живописи стало бы намного труднее, если бы салоны-магазины, музеи и частные коллекционеры, страхуя свои сокровища, одновременно передавали всю информацию об этих шедеврах в специальный компьютерный центр. Если ЭВМ могут следить за огнестрельным оружием, за автомобилями, за отпечатками пальцев, то они с неменьшим успехом могут делать это и в отношении картин. Компьютер тут же даст знать коллекционеру или торговцу, собирающемуся купить картину, не украдена ли она.
Такая великолепная компьютерная оснащенность юстиции, очевидно, должна давать ей возможность быть чуть впереди в гонке с компьютерной преступностью, несмотря даже на те слабости, которые были отмечены выше. Уж не этим ли положением более сильного объясняется снисходительность сидящей за пультом ЭВМ Фемиды в отношении хэккеров и других компьютерных пиратов? Может быть. Но не только этим.
Посвященные общественным проблемам, связанным с компьютеризацией, слушания в Конгрессе США нередко начинаются с предоставления слова кому-нибудь из хэккеров, прославившихся в последних скандальных компьютерных историях. Это не просто реклама, по своеобразная острая приправа для возбуждения интереса конгрессменов. На одном из таких слушаний в сенатском подкомитете выступил известный эксперт по компьютерной преступности Огюст Беко:
«О. Беко: Пока я сидел здесь в аудитории и слушал, как распространяется эта леди (молодая девушка-хэккер. — Ю.Б.), у меня сложилось впечатление, что у нас в Америке двойная система уголовной юстиции: одна для преступников в белых воротничках, использующих сегодня компьютеры, и другая — скажем так — для менее образованных. Поэтому мне представляется, что мы наказываем людей не за ущерб, который они причиняют, а за способ, который они применяют. Зайдите, например, в местные суды, прямо здесь, в городе, и вы увидите четырнадцати-пятнадцатилетних подростков, осужденных на 6 или 7 месяцев за угон велосипеда. На моих глазах тринадцатилетнему мальчику дали пять недель за то, что он стащил в школе коробку цветных карандашей стоимостью 1 доллар 25 центов. Вот вы сидите и слушаете, как кое-кто заявляет: «Ну, знаете, я ведь имею право провести время за этим занятием и избежать наказания». Я позволю себе утверждать, что, если бы хэккеры оказывались бедными людьми либо чернокожими, их бы привлекли к ответственности. Я настаиваю на этом.
Председательствующий: Благодарю Вас, джентльмен»31.