- Это здесь. Николо Чезаре должен жить наверху в здании.
Электрик выступил вперед и объявил на языке Мухаммеда:
- Я Николо Чезаре. Ты из полиции?
- Мы полиция, - заверил толстый.
Он обратился к другому и заказал!
- Вы сделаете несколько снимков.
В кратчайшие сроки фотоаппарат был готов. Это была немецкая марка SLR. У Чезаре было такой же. Щелк… Щелк… Щелк.
- Думаю, хватит.
К Чезаре:
- Вы должны открыться.
Электрик вынул ключи и активировал различные замки. Решетки безопасности, которые были взломаны, немного задерживали. Наконец, они смогли войти.
Николо Чезаре включил свет, железная занавеска окна была опущена. Два араба внимательно огляделись.
- Ничего не украли?
- Конечно, нет, - ответил итальянец. Вы сами видели, что они не смогли попасть внутрь.
Он подробно рассказал, как это произошло. Толстый араб молча слушал. Механически он ходил по магазину кругами, затем открыл дверь, ведущую в мастерскую, и вошел в нее. Продолжая говорить, Николо Чезаре последовал за ним.
Он услышал, как за ним захлопнулась дверь, и, повернувшись, увидел, что второй араб прислонился к ней. Он замолчал посреди предложения, внезапно ошеломленный. Как он мог позволить себе одержать себя так по-детски?
Он повернулся к большему и увидел, что маузер указал ему на внутренности.
- Что ... Что с тобой происходит? Ты сумасшедший ?
«Нет», - ответил толстяк, опасно размахивая пистолетом. Но у нас есть несколько нескромных вопросов к маленькому электрику. Привет !
Никколо решил подурачиться. Сотню раз он представлял себе такую сцену и думал, что сыграл свою роль.
- Для этого не нужно вытаскивать пистолет! Прошу только ответить вам ...
- Во-первых, - сказал толстый араб, - это не пистолет, а револьвер. Очень разные. Тогда мы очень хорошо знаем, что нам нужно делать ... Давайте посмотрим, давайте немного поговорим, но давайте поговорим хорошо. Около двух или трех недель назад некий Минос Каллонидес, греческий купец из Медине, пришел предложить вам две плоские катушки из белого металла ...
Николо согласно кивнул.
- Совершенно верно. Катушки с лентой. Купил у него… не помню за сколько…
Казалось араба, эта неожиданная откровенность застала врасплох. С подозрением глядя на него, он продолжил:
- Ну, раз уж они у вас есть, то отдадите нам. Я тебе компенсирую ...
Никколо беспомощно развел руками и возразил:
- Привет ! Я еще не сказал, что у меня они были. Через несколько дней я продал их бельгийскому туристу.
Никколо понимал, что дела пойдут к худшему. У него не было времени понимать больше. Железная рука сжала его шею. Тряака с хлороформом заблокировала ему нос и рот. В отчаянии он попытался отодвинуться. Но тот, кто держал его, должен был быть наделен титанической силой. Все запуталось. Его мозг, казалось, закрутился, как мяч в черепе. Его тело стало невесомым ...
Араб уложил его спать к его ногам, затем осторожно взял тряпку в мешок из водонепроницаемого нейлонового полотна, который затем засунул в карман. (7). Другой вложил свой маузер в кабуру и сказал:
- Давай поторопимся. Две плоские катушки из белого металла ...
- Я говорю.
Они поделились работой и начали поиски. Они шли быстро. Катушки были довольно большого объема. Через несколько минут они завершили обыск мастерской и вошли в магазин.
Вскоре им пришлось столкнуться с фактами. Катушек там не было. Они обыскали карманы электрика и нашли ключи от его квартиры.
- Пойду посмотрю там, - сказал старший. Оставайся здесь и наблюдай за ним. Скоро нам придется дать ему ещё хлороформа; он может проснуться ...
- Быстро. Может приехать полиция ...
- Пух! В этот час ?
Вышел толстый. Другой связал Чезаре запястья и лодыжки с помощью найденного там электрического провода. Затем он вернулся в фургон и обнаружил старый брезент, достаточно большой, чтобы в него можно было завернуть человека. Он был почти уверен, что его сообщник ничего не найдет в квартире ...
Толстый вернулся через пять минут, когда Николо Чезаре только что вдохнул, не получив ещё дозы хлороформа.
- Ничего, - сказал он. Абсолютно ничего. Поверить, что этот парень сказал правду? ...
Казалось, он колеблется. Его спутник вспоминал:
- Начальник сказал, что надо его забрать.
- Возьмем его.
Они закатали его в старый брезент и схватили узел каждый за один конец. Прохожие на тротуаре не обращали на них внимания. Они загрузили пакет в кузов фургона. Толстяк сел за руль, а его спутник остался. Машина с треском тронулась ...
ГЛАВА XI.
Cloc! ... Cloc! ... Cloc! ... Cloc! ...
Юбер почувствовал, что сходит с ума. Медленно, но верно. Его крепко связали кожаными ремнями на каком-то верстаке, тяжелом и прочном. Жгут на шее держал его привязанным к дереву. Шипы, прыгающие из кусков дерева, прикрепленных к верстаку, не позволяли ему повернуть голову вправо или влево. При малейшем движении одна из острых кромок жестоко жалила его в висок. Влево или вправо. В метре над ним была подвешена старая банка, и с конца куска шерсти одна за другой вырывались капли воды и попадали ему в лоб, точно между двумя глазами ...
Cloc! ... Cloc! ... Cloc! ... Cloc! ...
С первых же капель мы смеемся над этой старой китайской пыткой, эффективность которой кажется сомнительной. Затем, через двадцать минут, в точке удара образуется своего рода болевой центр, похожий на нервное сокращение. Мы больше не смеемся. Стараемся повернуть голову так, чтобы капли приземлились в других местах. Но острия скручивают вам виски и мешают двигаться.
Cloc! ... Cloc! ... Cloc! ... Cloc! ...
Появляется страх. Мы можем повторить себе, что это всего лишь капли воды, и что капли воды никогда никому не причинили вреда ... Впечатление, будто в вашей собственной плоти выкапывается яма под действием повторяющихся небольших ударов, постепенно налагается на испуганный ум. ...
Cloc! ... Cloc! ... Cloc! ... Cloc! ...
Изображение небольшой насыпи из песка под желобом. Крошечный кратер, увеличивающийся в ширину и глубину. Все нервы в голове, которые сжимаются и запутываются, как резинки, под воздействием ударов. Миграине, которое начинается от висков до пазух. Ужасно!
Cloc! ... Cloc! ... Cloc! ... Cloc! ...
Безжалостный темп. Под горячей кожей пробивается пленка льда. Вода, несомненно, проникает в череп через дыру, которую она только что вырыла. Между глазами, которые со страхом прищуриваются, наблюдая, как враг приближается с каждой новой секундой. Уронить. Капля, убивающая ...
Cloc! ... Cloc! ... Cloc! ...
- Достаточно ! Достаточно ! Прекратите!
Хьюберт кричал, и его безумная ярость не была подделкой. Он чувствовал, что не может больше терпеть, не слишком рискуя. Не рискуя потерять всю мотивацию, всю силу воли, всю полезную память ...
- Достаточно ! Боже !
Ужасное лицо, искаженное косоглазием боли, появилось над ним:
- Вы все еще Ганс Пресслер из Франкфурта? Вы все еще продаете пишущие машинки?
- Нет ! Нет ! Останавите!
Большая волосатая рука с пурпурными ногтями поднялась до конца шерсти, на который падали смертоносные капли. Внезапно пытка прекратилась, и разрыв был настолько внезапным, эффект настолько ошеломляющим, что Юбер потерял сознание ...
Когда он открыл глаза, на него смотрели двое. Горилла и "незначительный". И Незначительный начал говорить своим уравновешенным голосом, словами благовоспитанного человека:
- Мы сожалеем, что нам пришлось это сделать с вами. По крайней мере, ты не выйдешь изувеченным ... Хм! Вы со временем поняли. Упорствуя, вы наверняка рискуете сойти с ума ...
- Развяжите меня, - умолял Юбер.
- Нет. Вы сначала ответите на наши вопросы. У нас нет времени тратить его зря, и было бы пустой тратой времени снова прикреплять вас ... Как вас зовут?
Юбер закрыл глаза. Он собирался вспомнить? Ему просто нужно было не торопиться. То, через что он только что прошел, объясняло его колебания. Он громко вздохнул и ответил:
- Георгий Крест.
- Национальность ?
- Американец.
- СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ.?
- Да.
Он открыл глаза и увидел, что Незначительный что-то делает.
- Дата и место рождения ?
- 20 января 1916 года в Сан-Франциско.
- Имена и имена ваших отца и матери?
Допрос по порядку. Юбер приложил немало усилий, чтобы восстановить свободную игру памяти и интеллекта.
- Питер Кросс и Джин Моррис.
- Твоя работа ?
Юбер заколебался. Человечек повторил более высоким тоном:
- Я… у меня пока нет.
- Как давно вы в Александрии?
- Думаю, четыре дня.
Приходилось играть наугад. Верил ли Незначительный в его историю или нет, значило очень мало. Детали, интонации голоса ...
- Откуда ты прибыл?
- Из Марселя. Я путешествовал на Квантаре, на «Хедивиальных почтовых линиях».
- Остановка в Неаполе?
- В Генуе.
- Почему вы уехали из Франции?
- Я ... я дезертировал.
- Вы были в армии. Где ?
- В отряде передовой секции в Вердене. Казармы Мажино.
- Звание?
- Капитан.
Незначительный резко заговорил по-американски.
- Почему ты дезертировал?
Юбер скривился, сглотнул слюну, избегал невыразительного взгляда маленького человечка и ответил на своем родном языке:
- Неужели нужно, чтобы ...
- Совершенно необходимо.
- Меня собирались арестовать. M.P ... ищет меня.
- Почему ?
- Я ... Я занимался обслуживанием автомобильной техники. Я ... я сделал подделки, чтобы получить запчасти со склада казарм Грибоуаль. Меня спросили ... Мне нужны были деньги. Грузовик с украденными деталями был остановлен на рейнской переправе. Водитель заговорил ... Я узнал об этом достаточно скоро, чтобы спастись. Я поехал в Марсель, где смог получить паспорт, который вы знаете, и ...
- Почему вы приехали в Александрию?
- Я не знаю. Стечение обстоятельств. Парень из Марселя сделал мне немецкий паспорт, потому что я говорил на этом языке без акцента, и он сказал мне, что в Египте к немцам хорошо относятся. Итак, здесь или где-то еще ...
Тишина. Юбер много отдал бы, чтобы прочитать мысли своего оппонента. Он был так напряжен, что забыл о своем положении. Он не должен. Он умолял:
- Хоть сними те очки, которые скручивают мне виски.
Незначительный сделал знак своему товарищу, который отвинтил гайки и повернул деревянные бруски, чтобы освободить голову Хьюберта, который сразу же зашевелился от удовольствия.
- Мы, конечно, проверим все ваши заявления ...
Юбер в этом не сомневался. Как он не сомневался, что Баг предоставил ему убедительную историю.
- Теперь ты расскажешь мне о своих отношениях с фрау Мариацелль…
Этого следовало ожидать. Юбер очень быстро задумался. У этих людей не было причин интересоваться им, пока они не увидели его с рыжеволосой красавицей. Так что, вероятно, его не повернули на пути к «организованному спасению» Веры. Последняя, с другой стороны, у которой больше не было никаких сомнений в том, что она занималась тайной деятельностью, должна была принять меры предосторожности, чтобы пойти на полуночное собрание. Если предположить, что Вере затем придется встретиться с кем-то из команды Незначительного, маловероятно, что они опознали бы Хьюберта в темноте. Вывод: «они» не заметили его, пока он не вернулся с этой прогулки, когда он вернулся в отель с австрийцем.
На следующее утро за ним следили, но перед тем, как отправиться к греку, он запутал своего последователя по базарам мечети. В тот день он ничего не сделал для обеспечения тайны своего свидания с указанной леди.
Незначительный настаивал:
- Слушаю вас ... фрау Мариацелль.
Юбер облизнул губы. По его шее текла струйка воды, щекоча его. Это помогло ему улыбнуться.
«Очень красивая женщина», - сказал он. Я встретил его во вторник вечером. Я возвращался из экскурсии по городу на арендованной машине ... Я только что выехал с бульвара Султан je ne sais quoi, который проходит вдоль залива Анфучи, чтобы добраться до Променада де ла Рейне Назли, чтобы присоединиться к Сесилу, когда Я увидел женщину, которая бежала как сумасшедшая… Ну, знаете, форт в конце, старый маяк…
- Кайбай.
- Думаю, все. Я остановился, она, затаив дыхание, забралась рядом со мной и сказала, что на нее только что напала банда арабов. В остальной части разговора мы обнаружили, что были соседями по комнате в «Сесил». Любопытное совпадение ...
- Да, действительно любопытно ...
- Мы ... поладили, - продолжил Юбер тем же тоном. Она действительно очень… привлекательна. Я безуспешно попытал счастья. Вчера днем мы вместе пошли гулять в Медине.
- Кто предложил эту прогулку?
Юбер сделал вид, что смотрит.
- Эээ… я не знаю… я думаю, это она. Да, это она ... Я хотел встретиться на следующий день, прежде чем уехать от нее в первую ночь, и она сказала мне, что хочет на следующий день поехать в арабский город, но она не решилась идти без сопровождения. После того, что с ним случилось, это было понятно ...
- Вчера вечером, вы вышли. Куда ты ушел ?
Юбер посмотрел Незначительному прямо в глаза.
«В бордель», - прямо ответил он. Это не давало мне уснуть.
Тишина. Тяжелые шаги. Лицо Гориллы промелькнуло в поле зрения Юбера, повернувшись к нему спиной. Длинный пурпурный шрам пересекал толстую шею: это был тот, кто следил за Юбером накануне утром в Медине.
- Каковы были ваши намерения в отношении фрау Мариацелль?
Юбер криво улыбнулся.
- Переспать с ней, если можно, а потом ...
Он сделал вид, что взял себя в руки, и поджал губы.
Незначительный настаивал:
- А потом…
Юбер вздохнул. Вид человека, который уже отдал слишком много себя, чтобы внезапно скупиться на детали.
- У меня почти закончились деньги. Я должен думать о будущем ... Может, эта женщина могла ... Понимаете?